Цитаты про жизнь
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |
* * *
- Дорогая мама. Пишет вам ваш сын, орденоносец Федор Черепец. Сообщаю вам о наметившемся изменении в моей жизни. Зовут ее Мария, работает она по питанию, детей мы планируем иметь трех.
- Котлеты сегодня пригорели.
- Да, удивительно хорошо сегодня...
* * *
- Я верю, что любовь всегда права! Я ждать её всю жизнь могу!..
* * *
- Женечка. Прости меня. Прости меня, пожалуйста. За всё. Я тебя люблю. Я тебя люблю. Ты - мой единственный. Да просто... Жизнь... Жизнь... Жизнь такая. Такая собачья. Жень. Я... Я вообще не знаю, как ты со мной живешь. С такой, с такой крысой. Я тебя мучаю, мучаю... Всё время... А ты терпишь. Я люблю тебя. Ты мой родной. Ну, не бросай меня. Ну, не бросай меня, пожалуйста. Ну не бросай меня, пожалуйста. Жень, а помнишь... А помнишь песенку... Ты у меня одна... Ты у меня одна... Одна... Словно в ночи луна. Словно в степи сосна...
* * *
- Такая жена - серьезная перспектива для семейной жизни. Ну что ей муж? Комар, и все. Ты смотри, как она на тигров цыкает. "Алле, Мокин!"
- Дядя Вася, брось шутки.
- И будешь прыгать с тумбы на тумбу...
* * *
- Мы служим президенту, конституции и народу, который этого президента и выбрал.
- В этом все и дело. Ты пойми, если бы мы тебя тогда в Завидово не дернули, ты бы в Чечне оказался. И хочешь - не хочешь, столько на душу бы пришлось тебе жизней взять. Что не то, чтобы онеметь, ослепнуть и оглохнуть смог бы с твоей тонкой психикой. Так что считай, что мы тебя от многих смертей оградили...
* * *
- Стреляй, стреляй! У меня такое жизненное наблюдение есть. Чем больше человек тренируется, тем вернее, когда до дела дойдет. Человека убивать противно и глупо. Но приходится. Тут в сорок седьмом я одного стрелка натаскивал. Жалко было, потому что догадывался, на кого натаскиваю. Но натаскивал. "Цирк" видел? Кино? Там он еще этого негритенка качает. Этот... "Спят медведи и слоны". Стрелок мой уже муху мог сбить на лету. Все говорил: завтра, завтра. А завтра включил радио, а там говорят - в автомобильной катастрофе погиб вот этот народный артист. Мы тут микроны измеряли, а они его грузовиком. Культуры нет...
* * *
- А стоит ли вести такой долгий разговор в такой ранний час?
- А почему бы и нет? Куда нам торопиться? Почему бы нам не поговорить по душам? Думаешь, часто случается, когда два человека могут поговорить по душам? Ну? Почему ты сошёл с поезда и остался?
- Бывают в жизни такие моменты. Если бы я не поступил так, то потом бы жалел. Мне хотелось хоть раз в жизни не подчиниться.
- Ну и чему же это вы не подчинились?
- Обстоятельствам, будням. Впрочем, разные названия, но смысл один...
* * *
- Рано или поздно, под старость или в расцвете лет несбывшееся зовёт нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов. И вот тогда, очнувшись среди своего мира, тягостно спохватясь и дорожа каждым днём, всматриваемся мы в жизнь, всем своим существом стараясь понять, не начинает ли сбываться несбывшееся? А, между тем, время проходит, и мы плывём мимо высоких туманных берегов несбывшегося, толкуя о делах дня...
* * *
- Всю жизнь нас зовёт несбывшееся. Смерть тоже несбывшееся, пока мы живём. Единственное несбывшееся, которое сбывается...
* * *
- Я всё понимаю, но школу надо кончить.
- Да я кончу, никуда не денусь.
- Тебе трудно это сейчас представить, но... жизнь - это не только любовь. Только любовь, если хочешь знать, это даже бедность...
* * *
- Но всё-таки любовь меньше всей жизни, поверь мне, девочка, на слово.
- Да? А как вы живете без любви?..
* * *
- Как подумаю, что из всех мальчиков она выбрала именно твоего сына. Ничего не понимаю в этой жизни. Я передал это ему по наследству...
* * *
- Директриса нам читала мораль - "вам и не снилось горе!". И буравила меня глазами. Танечка говорит, что жизнь больше любви. А глаза у самой тоскливые, как у больной собаки...
* * *
- Всегда стоял на том, что все хорошие люди встречаются в этой жизни...
* * *
Попробуйте забыться, не думать о дурном.
Оставьте злые лица направо за углом.
Оставьте боли и заботы своему врагу,
Я в этом охотно помогу.
Когда вы слишком чинны, мы вянем от тоски.
Усталые мужчины - плохие шутники.
Не выпьют лишнего ни йоты, мало куражу,
Пока я им что-то не скажу.
Ах, жара!
Какая здесь жара!
Всё игра, вся наша жизнь - игра.
Но в игре бывает удача, и счастливые номера.
Нет золотой долины, всё проигрыш и прах.
А выигрыш мужчины - в отдельных номерах.
Играйте, но не для наживы, а на весь кураж.
И номер счастливый будет ваш!
Ваш!
На нас ни пелерины, мы бабочки в пыльце.
Порхаем, а мужчины меняются в лице.
Порхайте с нами беззаботно, словно на лугу.
Я в этом охотно помогу.
Порхайте с нами беззаботно, словно на лугу.
А я вам охотно помогу!..
* * *
- Ты мне говорил, что в жизни всегда можно добиться правды.
- Да, если на это хватит жизни...
* * *
- Меня не интересует её прошлое, я люблю её сейчас. А наша совместная жизнь впереди.
- Если вы будете делать свадьбу широко...
- Нет, папочка. Мы будем делать свадьбу по-городскому. Но денег дай. Я хочу совершенно шикарное платье!..
* * *
- Что будет с эквивалентом труда и жизни, если золото начнут копать, как глину? Погибнут промышленность и торговля. Умрут большие города...
* * *
Меня обступают друзья и подруги.
Без них не сумел бы вести я рассказ
О жизни и смерти, любви и разлуке,
О трудной эпохе, взлелеявшей нас.
Хорошо над Москвою-рекой
Услыхать соловья на рассвете,
Только нам по душе непокой -
Мы сурового времени дети.
Комсомольцы-добровольцы!
Мы сильны нашей верною дружбой,
Сквозь огонь мы пойдем, если нужно,
Открывать молодые пути.
Комсомольцы-добровольцы!
Надо верить, любить беззаветно,
Видеть солнце порой предрассветной -
Только так можно счастье найти.
Поднимайся в небесную высь,
Опускайся в глубины земные,
Очень вовремя мы родились,
Где б мы ни были - с нами Россия...
* * *
- А про кино я сам читал критику в газете. Значит, так. С приходом в кино звука, а позднее и цвета, картины смотреть невозможно.
- Критика тебе напишет, ты только читай. А ты "Путевочку в жизнь" смотрел?
- Ну...
- Что, ну?!
- А "Кукарача"! Я Кукарача, я Кукарача... Это ж... красиво!..
* * *
Тишина за Рогожской заставою,
Спят деревья у сонной реки.
Лишь составы идут за составами,
Да кого-то скликают гудки.
Подскажи, расскажи, утро раннее,
Где с подругой мы счастье найдём?
Может быть, вот на этой окраине,
Возле дома, в котором живём?
Не страшны мне ничуть расстояния,
Но куда ни привёл бы нас путь,
Ты про первое в жизни свидание,
И про первый рассвет не забудь.
Как люблю твои светлые волосы,
Как любуюсь улыбкой твоей,
Ты сама догадайся по голосу,
Семиструнной гитары моей...
* * *
- У тя отец щас с кем?
- Ммм, с нами.
- Ну понятно, что с вами, есть у него кто-то?
- Кто?
- Кто, кто, женщина какая-нибудь?
- Нет, ты чё, он, знаешь, как маму любил - больше жизни.
- Ну и чё, он же мужик, ему надо.
- Чё ему надо?..
* * *
- Жизнь продолжается. Тем более она - дочь попа, ей в раю место забронировано...
* * *
- В жизни всё бывает, ты это запомни, Евдоким. Всё в жизни бывает, и обижаться не надо...
* * *
- Когда ж кончится эта проклятая война? Молилась о детях своих. Всем им просила жизни. Все имена перечисляла, но отчаяннее всего молилась о Павле. Ведь сколько месяцев ни весточки. И хотя уже сомнение занозило ей сердце - да есть ли Бог действительно? Может, прав Евдоким, правы дети - нету Бога? Если он есть, премудрый и милосердный, то как же он допускает, чтобы столько погибло людей, чтобы столько крови и горя было на свете?..
* * *
- Я стал лучше, умнее стал. Живу чище. Целеустремленней, чем жил. Верно говорю. Только жизнь от этого легче не становится.
- Ну и что ж?
- Да ничего. Просто я говорю, что многое в жизни пересматривать приходится, решать заново. Вот простейший случай. Живут муж и жена в любви и согласии. Быт налажен, заработки у мужа хорошие. По вечерам в театр ходят. Гармоническая семья, так сказать. И вся гармония летит прахом, едва ставится под вопрос столичная квартира. Короче говоря, когда муж сказал, что уезжает на периферию...
* * *
- А вы, небось, не приучали вашу жену к настоящей жизни. По театрам водили, а от трудностей берегли...
* * *
- Помнишь, сказку бабушка тебе рассказывала?
- Про голую бабу, что ли? Ну, помню.
- Так вот, ты не верь, это не смерть была, это любовь по земле ходит.
- Как это, не понимаю?
- Любовь ходит по земле.
- А чего она ходит-то?
- Чтоб люди знали её, чтоб не забывали.
- Она что, тоже го-голая, да?
- Она красивая-красивая!
- Хоть бы разочек увидеть её!
- Увидишь, она придёт к тебе.
- А если не придёт? Ведь нельзя же сидеть и ждать, что придёт кто-то и научит, как добиться счастья. Ведь нельзя?
- Нельзя.
- А говорили, что можно, прощали, значит.
- Прощал немножко.
- А зачем же? Будешь ждать, что найдётся кто-нибудь, кто научит, а он возьмёт и не найдётся. Так и проживёшь дураком, п-правильно я рассуждаю?
- Правильно, а учиться можно не только в школе, жизнь, это, брат, тоже школа! Только лучше.
- И опять же, если я буду сидеть и ждать, то...
- Зачем же ждать? Надо искать. Надо всё время искать, Павел.
- Вот, я и ищу. Но ведь я же хочу идеал!..
* * *
- Он - викинг. Его жизнь - походы , его дом - ладья...
* * *
- У викинга нет дома. Его дом - ладья, его жизнь - походы...
* * *
- Знаешь, как я развёлся? Я домой пришёл под утро. Ну ночевать не пришёл. Ничего особенного, встретил друзей: посидели, выпили, преферанс. Вот. А домой вернулся, а она ничего не спросила, а я ничего не объяснял. А через неделю она сама домой ночью не пришла. Она у мамы была и позвонила, чтобы я не волновался. Вроде как в отместку. А на другой день мы развелись. Потому что... Мне можно, а ей нельзя. И в жизни также. Одним что-то можно, а другим нельзя! Понимаете, а?..
* * *
Спасибо, жизнь, за то, что вновь приходит день,
Что зреет хлеб, и что взрослеют дети.
Спасибо, жизнь, тебе, за всех родных людей,
Живущих на таком огромном свете.
Спасибо, жизнь, за то, что этот щедрый век
Звучал во мне то радостью, то болью.
За ширь твоих дорог, в которых человек,
Всё испытав, становится собою.
За то, что ты - река без берегов,
За каждую весну твою и зиму,
За всех друзей, и даже за врагов,
Спасибо, жизнь, за всё тебе спасибо!
За слезы и за счастье наяву,
За то, что ты жалеть меня не стала,
За каждый миг, в котором я живу,
Но не за тот, в котором перестану.
Спасибо, жизнь, что я перед тобой в долгу,
За прошлую и завтрашнюю силу,
За всё, что я еще успею и смогу,
Спасибо, жизнь, воистину спасибо.
За то, что ты - река без берегов,
За каждую весну твою и зиму,
За всех друзей, и даже за врагов
Спасибо, жизнь, за всё тебе спасибо!
За слезы и за счастье наяву,
За то, что ты жалеть меня не стала,
За каждый миг, в котором я живу,
Но не за тот, в котором перестану...
* * *
- Всё-таки плохо, когда к человеку всё сразу приходит.
- Что, "всё"?
- Что? Счастье.
- А как оно должно приходить?
- Постепенно и очень долго. Так, чтобы на всю жизнь хватило. А то вспыхнет, как спичка - ни света, ни привета...
* * *
- Повторяю ещё раз: в обязанности химчистки не входят такие операции, как отпарывание и пришивание пуговиц к одежде, сдаваемой в чистку. У нас другие функции.
- Согласитесь, это странно. Было бы более логично, если бы пуговицы входили в ваши функции. Вот я, например, пока ещё холостяк, и мне очень трудно возиться с этими проклятыми пуговицами.
- Очень сожалею, но ничем не могу помочь. Я тоже холостяк.
- Тогда вы более, чем кто-либо другой, можете меня понять.
- Я всю жизнь занимался научной деятельностью, и пуговицы прошли мимо меня...
* * *
- Мне надоела твоя двойная жизнь! И врать из-за тебя я не намерена!
- Я не прошу врать. Я прошу не говорить правду...
* * *
- Мои коллеги дело делают, а я деньги. Они книги пишут, а я никому не нужной халтурой занимаюсь! И всё это для денег, для денег! Они инфаркты, как твой Скворешников, зарабатывают! А ты живёшь, как нормальный человек! Не как нормальный, слышишь?! Не как нормальный!
- Вовик! Нормальный человек от такой пустой жизни давно свихнулся бы! Я живу как сторож при собственном барахле! Мои соболя! Вовик! С ума сошёл!
- Ты знаешь, кем бы я мог быть?! И на что я сам себя променял?! На мебель! На антиквариат! На хрусталь! К чёрту!..
* * *
- А что это за глыба?
- Не удивляйся, обыкновенный волшебный камень.
- Волшебный?
- Прямо пойдешь - жизнь потеряешь.
- Нам туда нельзя, ведь судьба Земли от нас зависит.
- Налево пойдешь - добро потеряешь.
- Нам добро терять нельзя.
- Правильно, а то мы станем злыми и жестокими.
- Направо пойдешь - коня потеряешь.
- Вот именно, у нас нет коня, нам нечего терять.
- Значит, решено, идем направо...
* * *
- А цель у тебя в жизни есть?
- Цель, Сережа, у нас одна - коммунизм...
* * *
Солдат жил, не тужил, не тужил.
Солдат Родине служил и солдатской своей честью больше жизни дорожил.
Звонче бей, барабан, помогай солдату.
Если лопнешь, барабан, положу заплату.
Чем силен, чем богат, чем богат, русской армии солдат?
Он силен своею правдой, дружбой верною богат.
Звонче бей, барабан, помогай солдату.
Если лопнешь, барабан, положу заплату.
Что начнешь, то кончай, то кончай, никогда не унывай.
Кто сильней, того не бойся, кто слабее - выручай.
Звонче бей, барабан, помогай солдату.
Если лопнешь, барабан, положу заплату.
Веселись, пой, душа, пой, душа, вольным воздухом дыша.
Ох, родимая сторонка, до чего ж ты хороша!
Звонче бей, барабан, помогай солдату.
Если лопнешь, барабан, положу заплату...
* * *
- Что стоите, дремучие вы человеки? Где ваша совесть? Лезьте, дочку спасайте!
- Легче сразу сгореть в пожаре, чем всю жизнь сгорать от стыда.
- От стыда все же полегче.
- Ну что же, мне, самому царю, в пекло лезть?
- Полезай, родненький. Мы по тебе такие поминки справим. Блинков напечем. Бражки наварим. Полезай, батюшка родненький...
* * *
- Но как же так? Ведь вы - врач.
- Совершенно верно, медицина - мое призвание, но, к сожалению, жизнь часто заставляла меня становиться солдатом.
- Возможно, вы еще расскажете мне о своей жизни?
- Конечно, если не умру...
* * *
- Не правда ли, какая неожиданная встреча, мисс Арабелла?
- Как вы посмели напасть на наш корабль? Я лорд Уэйд! Я предупреждаю вас, вы ответите за бессмысленно пролитую кровь и за насилие, совершенное над этой леди и мной!
- Бог с вами, милорд, какое, к черту, насилие? Я спас вам жизнь. Вы не представляете, какую радость доставляет мне ваше присутствие на этом корабле. Дело в том, что ваш дядюшка немножко задолжал мне, а теперь у меня есть гарантии.
- Не знаю, о чем вы говорите, но вы подлец, Левасер.
- Ну, мисс, нам не надо ссориться с вами, ведь я еще думаю. Может быть, я женюсь на тебе.
- Не прикасайтесь ко мне!
- Ну ладно, хватит на сегодня женской ласки и тепла. Отведи наших очаровательных пленников на "Ла Фудр"...
* * *
- Надюшка, я очень тебя люблю, просто жить без тебя не могу. Да. Не знаю, как бы я утром просыпался без тебя. Ты моя самая нежная. Самая любимая. Больше всех на свете. Самая, самая, самая моя единственная, моя Надюшка.
- Почему ты мне раньше про это не говорил?
- Потому что ты никогда не просила.
- Дурачок. Женщины никогда не просят. Только всю жизнь знаешь, как ждут!..
* * *
- Юрик, я не знаю, что еще говорить.
- Ты скажи одно-единственное. Чего ты еще в жизни ждешь?
- Чего я в жизни жду? Я жду ребенка...
* * *
Ночь прошла, будто прошла боль,
Спит земля, пусть отдохнет, пусть.
У Земли, как и у нас с тобой,
Там, впереди, долгий, как жизнь, путь.
Я возьму этот большой мир,
Каждый день, каждый его час,
Если что-то я забуду,
Вряд ли звезды примут нас.
Если что-то я забуду,
Вряд ли звезды примут нас.
Я возьму память земных верст,
Буду плыть в спелом, густом льне.
Там вдали, там, возле синих звезд
Солнце Земли будет светить мне.
Я возьму этот большой мир,
Каждый день, каждый его час,
Если что-то я забуду,
Вряд ли звезды примут нас.
Если что-то я забуду,
Вряд ли звезды примут нас...
* * *
- Абсолютно счастливые проживали остаток своей жизни бесцельно, не оставляя после себя потомства, потому что они были лишены и чувства любви...
* * *
- Мм... Скажи мне, Ольга, что такое любовь?
- Что?
- Что такое любовь?
- Я не знаю.
- А я думала, у тебя на этот счет есть какая-нибудь теория. У тебя же всегда есть разные теории.
- Да, есть.
- Химическая.
- Да, химическая. Мне кажется, что как соединение двух химических веществ в одно новое вещество. В одном не хватало каких-то одних элементов. В другом других. А когда они соединились, то они как бы дополняют друг друга.
- Прекрасная теория. Только это значительно сложнее в химии. А уж в жизни!.. Да вот, например. Одни говорят - умри, но не давай поцелуя без любви. Другие - могут целоваться понарошку. Я помню чудное мгновение передо мной явилась ты. Как мимолетное видение, как гений чистой красоты. А, может быть, она ему явилась на лестничной площадке, где тетя Поля хранит свои ведра и щетки?
- Да...
- Я, кажется, тоже не смогу ответить на этот вопрос. Но, я знаю одно: в человеке всё должно быть прекрасно. И лицо, и одежда, и душа, и мысли...
* * *
- Многие из нас, старых людей, надеются, что своим уходом облегчают жизнь близких. Я умру, а боюсь, что твоя жизнь станет еще печальней...
* * *
- А у тебя были связи?
- Связи? Ты что имеешь в виду?
- Ну предположим...Только ты не обижайся... Предположим, с мужчинами?
- Ну, боюсь, что были, именно с мужчинами. Мам, да ты не волнуйся. Это все в прошлом!
- У тебя есть прошлое? И много?..
- Чего много?
- Ну, этих... связей.
- Кажется, две.
- Две? Это за какой же период?
- Мам, да ты не волнуйся. Это за всю жизнь.
- Всего две! Какой ужас! А давно?
- Давненько... И почему же ты не захотела выйти замуж за этих двух?
- Не захотели они, мам.
- Идиоты! Ну, и где они теперь?
- Оба женаты, насколько я знаю.
- А ты поддерживаешь с ними отношения?
- С тех пор, как женились - нет.
- Это не дальновидно, Таня. Они могли овдоветь! Развестись... Я уверена, что они тебя очень хорошо помнят. И горько сожалеют о своих ошибках.
- Не думаю...
* * *
- Спасибо, поддержала. Обрадовала.
- Обрадовала - пляши.
- Я не пляшу.
- Плясал, не ври, знаю.
- Плясал. Один раз в жизни. И только для одного человека, и свидетелей при этом не было...
* * *
- В твои годы в жизни надо по ступенькам идти, а ты хочешь, как на ковре-самолете...
* * *
- До скорой встречи, Вера!
- Поздно, Таня, поздно. Один раз в жизни я попробовала тебя послушать. Поздно.
- Можно подумать, что на нем свет клином сошелся.
- Что?
- Не понимаю, что он в ней нашел?
- Наверное, человека.
- А я?..
* * *
- Если кто отдаст за тебя жизнь, ты никогда не умрешь. Ты будешь вечная, как мечта! Но таких дураков нет, чтобы жизнь отдать...
* * *
Как хорошо рассветом ранним
Собраться к солнцу на свиданье
И, славя землю громогласно,
Шагать, вдыхая запах трав.
Ах, кто сказал, что жизнь прекрасна,
Был кое в чем, конечно, прав.
Взгляни на руки человечьи,
Творенья их пребудут вечно.
Боятся ли работы грязной?
Их создал Бог не для забав.
Ах, кто сказал, что жизнь прекрасна,
Был кое в чем, конечно, прав.
Поверь, приятней залпов пушки
Нам выпить залпом пунш из кружки.
Ведь богу Бахусу подвластны
Сапожник, мусорщик и граф.
Ах, кто сказал, что жизнь прекрасна,
Был кое в чем, конечно, прав.
Какие новые затеи
Нам предлагают лицедеи?
Эй, лицедей, сними-ка маску.
Ну, кем ты станешь, маску сняв?
Ах, кто сказал, что жизнь прекрасна,
Был кое в чем, конечно, прав...
* * *
- Мне как-то жизнь не удавалась, зато вот смерть мне удалась...
* * *
- Анты... Анты, анты. Здесь звучит корень латинского слова "раньше". Или это греческое "против?"
- Анти. Против. Против меня, что ли? Продолжай.
- Итак, они пытаются жить в демократии. Судьбы они не знают, и вообще не признают, что судьба по отношению к людям имеет какую-то силу.
- А, это любопытно. Я их судьба! Требня, может быть нам пора собирать войско для похода за Дунай? Империи нужны подданные, ты как считаешь?
- Пора, Богоподобный. Славянам необходимо напоминать, что они лишь смертны, и нити жизни находятся не в их руках...
* * *
- Мне кажется, сейчас излишне рассуждать, пристойно или непристойно женщине быть храброй, когда мужчины находятся в нерешительности. Многие здесь говорили: "Отъезд, временная отлучка, отбытие". Я скажу прямо - бегство! А я думаю, бегство нам наиболее вредно, пусть оно и поведет к временному спасению жизни, хотя, вряд ли нам удастся избежать общей участи смертных. Тому, кто однажды властвовал, невыносимо скитаться изгнанником. Итак - беги, беги, Божественный, беги, если хочешь. У тебя горы золота, там тебя ждут корабли. Море открыто всем ветрам. Но после не пришлось бы предпочесть смерть такому спасению...
* * *
- Привет кривоногим!
- Зачем же он дрезину-то угнал? Да он механический хулиган!
- Главное, кривоногий!
- Да я в жизни никогда на лошади не ездил.
- Если я поймаю, я за себя не ручаюсь!..
* * *
- От такой жизни организму скоро жить надоест...
* * *
- Что это? Во всем обмундировании купаться задумал?
- От такого работничка не только купаться, утопиться впору.
- Помогает?
- Как видишь, помогает.
- Тимофей Кондратьевич, убери его из гаража. Убери, а то я за себя не ручаюсь!
- Что ты, на тебя вся надежда.
- Я больше не могу!
- Ты же у меня последняя инстанция.
- Ладно, если я последняя инстанция, придется тебя исправить, на всю жизнь помнить будешь...
* * *
- Что за жизнь у меня? Топором работать нельзя, не солидно. Полы натирать нельзя, не прилично. На телеге ездить нельзя, не престижно. Скажи мне, Гаврила, есть мне житье в этом доме?..
* * *
- Женщина, а что вас жалеть-то, если вы можете так поступать?
- Идиот несчастный...
- Нет, милочка, я не несчастный. Я учёный и правду видел, и кривду видел, а вот тебя жизнь ещё поучит! Узнаешь как она прополаскивает таких крашеных...
* * *
- Нельзя прожить всю жизнь у озера...
* * *
- А помнишь, ты говорил что сам человек - это целый мир и каков человек, таким и мир откроется ему?
- Вот как ты запомнила.
- Да, на всю жизнь...
* * *
- Чтобы сохранить свою жизнь, люди готовы заплатить большие деньги. Но за чужую смерть они платят ещё больше...
* * *
- Если исчезнут песчинки в основании самой великой горы, она рухнет. Если исчезнет самое малое звено живого, рухнет великое здание жизни...
* * *
- В чем дело?
- Этот господин подавился ядовитой костью. Но мы не знали, что... что кости форели бывают ядовитыми. Обычной форели нет, но в данном случае мы имеем дело с редкой разновидностью, именуемой йоникус море.
- Еще четверть часа и я не ручаюсь за жизнь господина.
- Ну, так немедленно приступайте к операции!
- К сожалению, мне надо выполнить одну небольшую формальность. Но я колеблюсь, как осмелиться вам предложить то, что я имею в виду? Вам, генерал, кавалеру орденов с бантиками и без бантиков, потомку старинного рода.
- Ты что, издеваться надо мной?
- Два месяца тому назад, князь, вы затащили сюда человека и нанесли ему огромное оскорбление.
- Э... Это, ты тот?
- Тот, тот, ваше превосходительство.
- Ну, назови сумму.
- Нет, я хочу, чтобы ты восстановил мою честь, Вамех Вамехович.
- Хорошо. Я письменно признаю, что не был прав.
- Неужели. Я потрясен, какое благородство.
- Нет, дорогой, нет. Ты поцелуешь меня туда же, куда целовал тебя я...
* * *
- А, кстати, кто скажет надгробную речь? Я хочу при жизни услышать то, что будут говорить обо мне после смерти...
* * *
- Тому, кто бредет дорогой жизни, Бог подаровал способность к забвению. Она медленно следует по пятам за смертью, и стирает оставляемые ею следы. А если сказать, друзей, которые долго будут вспоминать его. В добрый час прохожий бросит цветок на его могилу.
- Я, все-таки, добавлю пару слов. Господа! Здесь над отверстой могилой я скажу правду и только правду. Посмотрите на покойного, посмотрите на его одухотворенное восковое чело...
- Хорошо-хорошо, посмотрели и хватит...
* * *
- Я знаю, почему вы хотите выбросить всю Гренландию. Боитесь, что она упадет вам на голову!
- Hет, мой дорогой, ошибаетесь, я ничего не боюсь. Я прожил жизнь честно. Хотя на мою голову кое-что и падало...
* * *
- Страх одиночества тебя заедает. Ибо неверующий в одиночестве только о смерти и думает.
- Да, боюсь! Какая-то пустота вокруг. Всю жизнь пытаюсь убежать от этой пустоты, притворяюсь, лгу. И семья, и дело - все это самообман, чтобы не остаться наедине с собой. Чтобы не думать.
- О чем?
- О чем-то самом главном. Кто ты такой? Ради чего живешь? В чем смысл твоего существования? Кто ты? Ради чего ты жил?..
* * *
- В те дальние-дальние годы, только что отгремела по всей стране война. Далеко прогнала в ту пору Красная Армия белые войска проклятых буржуинов. Совсем хорошая жизнь настала...
* * *
- Прощайте, товарищи мальчиши. Эй, вы, мальчиши-малыши, страны Советской, слышите вы меня? Жизнь впереди за дымом да за пожаром светлая-светлая!..
* * *
- Сегодня беспризорник, завтра враг труда, бандит! На бойне мировой отцы их погибали в царских ротах. Их матерей терзали интервенты голодом блокады. В младенчестве на лица их морщинами легла забота. По городам они скитались злым, голодным, волчьим стадом. Что их спасёт? Благотворительность? Нравоучение? Им и нам смешно всё это! Мы знаем больше: человека создаёт среда. Путёвку в жизнь им даст Республика Советов, познавшая могущество свободного, всеобщего труда!..
* * *
- Барин, милый, что же теперь делать? Лошадь подохнет и мне подыхать? Барин. Милый.
- Что ты говоришь, о себе, о лошади, когда вся Россия, весь русский народ, не щадя сил и жизни лучших сынов своих, напрягаясь в великой героической борьбе, защищает Родину? И с этой великой борьбы Россия выйдет обновленной и окрепшей. Время ли отчаиваться, когда сердце переполнено радостью и сознанием скорой победы? Близка победа! И только победой над немцами... Победа полная и решительная поднимет тебя из этой грязной ямы! Иного пути нет...
* * *
- Товарищи, всю свою сознательную жизнь я отдал трудному искусству выращивания того прекрасного, что заложено в ребенке от рождения. Но, как радивый садовник, я беспощадно вырываю плевелы! Преступно было бы ждать, что они зацветут розами! Радивые садовники умеют отличать плевелы от роз...
* * *
- Но дело не в нас, а в Люде. В конце концов, мы можем с вами подраться, если вам так хочется. Но Люду не вмешивайте в нашу драку. Она у порога жизни. Она должна верить тем, кто ведет ее в жизни. И вам, и мне, и своей матери. Она не должна спрашивать, кто из нас прав. Это очень мучительно. Очень. Особенно, когда неправым окажется отец...
* * *
- Слово обладает могучей силой. Оно может убить человека и возродить к жизни. Надо подумать раньше, чем произнести...
* * *
- Я детей ваших всю жизнь в этой школе учила. Как слепые котята приходили они ко мне, тыкались, а я их грамоте, добру, правде обучила. Иные теперь летают высоко.
* * *
- За всю жизнь за горькую отлюблю! А там хучь убейте!..
* * *
- Чего же ты молчишь?
- А об чем гутарить с тобой?
- Рассказал бы, как пьянствовал, как с жалмерками вязался.
- А ты уж знаешь?
- Весь хутор знает. Есть от кого услыхать.
- А коли знаешь, чего расспрашиваешь?
- Опять за старое берешься?
- Оставь, Наталья.
- Кобелина проклятый, ненаедный! За что ж ты меня опять мучаешь? Дети вон уж у тебя какие! Как гляделками не совестно моргать!
- Ты бы поменее брехни слухала. Ну, трошки виноват перед тобой. Она, жизнь, Наташка, виноватит. Все время на краю смерти ходишь, ну и перелезешь иной раз через борозду. Я вот и к водке потянулся. Надысь припадком меня вдарило. Неправильный у жизни ход, и, может, и я в этом виноватый...
* * *
- Куды ж идешь?
- Легкую жизнь шукать. Может, и ты со мной?
- Легкую? Нет. Ступай один...
* * *
- Митинг свободной Лилипутии объявляю открытым!
- Ну что, проснулся? Путешественник!
- Ребята! Какие вы большие! Какая жизнь большая!..
* * *
- Послушай меня, Вася! Не бегай ты за ней, не унижайся. Она будет думать, ты слабый, всю жизнь будет на этой струнке играть. Я женщин знаю. Она никуды не уйдет. Побегает, побегает и явится. Вот истинный Бог, заявится...
* * *
- Есть пианисты, которые блестяще подражают установленным образцам, это хорошие пианисты. А есть пианисты, в игре которых звучит голос эпохи. Голос сегодняшней жизни! Это чудесные пианисты!..
* * *
Неведомая, дикая, седая -
Медведицею белою Сибирь...
За Камнем, за Уралом пропадая,
Звала, звала в серебряную ширь.
Что в этой шири? Где конец раздолью?
А, может быть, и нет у ней конца?
Но к ней тянулись за вольготной долью
Отчаянные русские сердца.
И вот однажды сквозь туман и мрак
К реке Тоболу подошёл Ермак.
В тот день Тобол ярился и шумел,
Теперь и волны молнией блистали,
И беспрерывно гром гремел,
И ветры в дебрях бушевали...
Но Сибирь в тот день была покорена
А племя Ермака, Хабаров, Московитин -
Всё шло вперёд. Мол, довершим сполна,
Уж больно был для русского завиден
Седой простор, огромный, как луна.
И наш казак нехоженой тропою,
Пугая зверя воинской трубой,
Все шёл да шёл, ветрами обуян,-
И вот великая Россия пред собою
Увидела Великий океан.
Ищи края, что и пышней, и чище.
Найди простор, где дремлет столько сил.
То лютый царь сибирские землища
В край каторги, смертей, и горя превратив.
Здесь были Пугачёвцы, декабристы,
Народовольцы были и большевики...
Здесь Чернышевский на реке на Лене
Творения обдумывал свои.
Здесь план восстанья разработал Ленин,
Предвидя пролетарские бои.
Отсюда, Сталин вьюгой обуянный,
В Россию шёл он руководить боями.
Могучая, тучная, полная жизни,
Ты мощно, Сибирь, отвечаешь на труд.
Недаром по праву гордится отчизна
Поэмой лесов твоих, сказкою руд.
По тигровым сопкам, по волчьим полянам,
Из тундрой, из леса, из недр, из болот,
Навстречу великим Сталинским планам
Сибирь золотая встаёт!
Сибирь, Сибирь,
Благославенный русский край, русский край,
Земля потомков Ермака!
Полна ты хлебом золотым,
Железом и рудой!
И твой народ непобедим, непобедим,
Строитель и герой!
Сибирь, Сибирь,
Благославенный русский край, русский край,
Земля потомков Ермака!..
* * *
- Я уверена, что я трачу денег не больше, чем полагается светской женщине.
- Нет, нет. вы не будите тратить больше денег на такую безумную роскошь.
- Ну, жизнь! Покупать лошадей целыми конюшнями. Убирать зимой свой будуар цветами! Тратить на это столько, что на эти деньги можно было бы превратить Сахару в оранжерею.
- Сэр Питер, а разве я виновата, что зимой цветы дороги? Вы браните климат, а не меня...
* * *
- Значит, по-вашему, я должна согрешить и расстаться с добрым именем ради самозащиты?
- Да! Да, вот именно так, миледи.
- Ой! Какая странная теория! Новейшее средство от клеветы!
- Оно действует безошибочно, будьте уверены. Ведь благоразумие, как и опытность, даром не даются.
- Если я когда-нибудь в жизни и приду к убеждению, что вы правы...
- Конечно, придёте...
* * *
Развёрнутым, как ветер знаменем
На старый Мир объятый пламенем
В последний бой идём, товарищи!
Чтоб из застенков братьев выпустить,
Просторы радостно цветущие
Во имя высшей справедливости
Поднимем грозное оружие!
Сияй! Расти и славься Родина!
Весна и радость человечества.
Пусть жизнь поэта будет отдана
Тебе всемирное Отечество!
Споём же песню нашу юную,
Чтоб сердце было песней вспенено!
И Мир, как сад расцвёл коммуною
Под незакатным солнцем Ленина!..
* * *
- Ну как она, новая жизнь?
- Да ведь жаловаться грех. Пенсия большая - ешь, пей, отдыхай...
* * *
- Герасим горько тосковал по деревенскому быту. Но ко всему привыкает человек. И Герасим наконец привык к городской жизни...
* * *
- Видали? Женский пол. Крупнейшая ошибка моей жизни.
- Строгая она у тебя...
* * *
- Господин капитан первого ранга приказали передать вам книги для прочтения.
- Брось на диван.
- Увлекся юбкой. Проболтался месяц по парижским шантанам. Пьянствовал. Водопад жизни увлек его, Шарль потерял голову. Роковой случай привел его в игорный дом.
- Хм, интересно...
* * *
- История, которая привела меня на скамью подсудимых, печальна и поучительна. Печальна, потому что я совершил проступок, бросающий тень на мое офицерское достоинство. И поучительна, ибо молодые офицеры смогут извлечь из нее душеспасительные уроки. Более месяца тому назад я обратился к капитану первого ранга Сергееву с просьбой выплатить мне денежное довольствие за месяц вперед. Я надеюсь, что суд поймет меня, господа. Я впервые вступил на таящую в себе столько заманчивых для молодого человека возможностей землю Франции. Я очутился в Гавре, затем в Париже. Роковой случай привел меня в игорный дом.
- Каково излагает, подлец!
- Роман, господа, роман.
- Повезло...
- События разворачивались со стремительностью необыкновенной, господа. Водопад жизни увлек меня, я потерял голову.
- Чудо!
- Не чудо, а позор флота!
- А по мне, господа, месяц так пожить, а потом хоть в шпаки.
- Да что месяц... Недельку бы. Хоть на зубок попробовать.
- Эх, молодые годы, где вы?
- Что же тут судить, господа? За что? Граф Монте-Кристо...
- Итак, господа, я подхожу к концу моей печальной истории. О, как трудно, господа... Без денег, без крова, без друзей, брошенный на дно жизни, я жил лишь мечтою о возвращении в свою офицерскую семью. Тяжелым трудом собрал я нужные деньги. И вот я здесь, господа. Вам ли говорить, господа, сколь глубоко я осознаю всю тяжесть моего проступка...
* * *
- Холмогоры - это прелестно, и не увидеть их - крах личной жизни!..
* * *
- Я слышал, ты и в партизанах был. А чего ушел?
- Блокировали нас в лесу. Меня - самолетом на Большую землю, в интернат. Только я подорвал оттуда. Живешь - крупу переводишь. Знай зубри значение травоядных в жизни человека...
* * *
- Верочка, я говорю о любви бескорыстной, самоотверженной, не ждущей награды. Для которой совершить подвиг, отдать жизнь, пойти на мучения - это не трудно...
* * *
- Право же, я его люблю. Он хороший парень. И знать, может быть, будущее и покажет его любовь в свете большой красоты. Но ты пойми, о какой любви я говорю. Никакие жизненные удобства, расчеты и компромиссы не должны ее касаться. Любовь - трагедия...
* * *
- Я не виноват, Вера Николавна, что богу было угодно послать мне, как громадное счастье, любовь к вам. Случилось так, что для меня вся жизнь заключается только в вас...
* * *
- Но вот среди множества ваших профессий, самая любимая?
- Самая любимая? Самая любимая - жизнь...
* * *
- Я встречаю это впервые, юноша любит... Нет, это не заурядная любовишка, которая пройдет и забудется. Тут человек, понимаете? Жизнь не потушила его как папиросу. Он смеет. Его любовь трагична, он любит, не имея никаких надежд. Она княгиня, он чиновник, беден. Между ними пропасть. Но он чисто верен своей любви...
* * *
- Любопытно! Как же вы закончите историю героя живущего в такое время?
- Как закончу? Как закончу... Закончив с жизнью...
* * *
- На земле лежал человек, никогда особенно не боявшийся смерти. Но сейчас ему было страшно до отчаяния. Он со злобой думал о том как фашисты будут стоять над ним и радоваться, что он мёртвый валяется у их ног. Он был бы рад, если бы фашисты, придя сюда нашли тело никому не известного старшего лейтенанта, который четыре года назад сбил свой первый «фоккер» над Мадридом, а не тело генерал-лейтенанта Козырева. Он впервые в жизни проклинал тот день и час, которым раньше гордился. Когда после Халхин-Гола его вызвал, сам Сталин и произведя прямо из полковников в генерал-лейтенанты, назначил командовать авиацией целого округа. Сейчас, перед лицом смерти, ему некому было лгать. Он не умел командовать никем кроме самого себя. И стал генералом, в сущности оставаясь старшим лейтенантом...
* * *
- Говорят, человек перед смертью вспоминает всю свою жизнь. Может быть и так. Но он вспоминал перед смертью только войну. Говорят, человек перед смертью думает сразу о многом. Может быть и так. Но он перед смертью думал только об одном - о войне. Он всё-таки сбил сегодня ещё одного фашиста. Тридцатого - и последнего. В его душе не было предсмертного ужаса. Была лишь тоска, что он уже никогда не узнает, как всё будет дальше...
* * *
- Настоящая свадьба бывает раз в жизни, и пусть у вас будет все красиво.
- Нам нужен зонтик.
- Зонтик? Каждому по потребностям. Пожалуйста...
* * *
- Прежде я думал, что в жизни самое страшное - это смерть. Теперь я знаю, в жизни самое страшное - это жизнь...
* * *
- Вот прошло много лет, может быть больше прошло, чем осталось, э... И может быть я ошибаюсь, но наша жизнь - она, ведь, не продолжается непрерывно, нет. В конце-то концов, ее составляет какие-то минуты или может быть даже какие-то годы, это кому как повезет. Когда мы что-то очень сильно чувствуем, кого-то любим или работаем, если конечно работа по сердцу. Остальное время как бы не в счет. И вот, когда я смотрел и слушал как этот парень трубит свои сигналы, то вот это и были вот эти вот минуты моей жизни. С них и начался отсчет. Мы, к сожалению, как это сказать, не помним этих минут. Потому что мы не замечаем их, вот в чем беда...
* * *
- Мужиков теперь не так много, чего ломаешься!
- Пусти! Пусти! Не подходи! Всю жизнь буду солдаткой, на тебя плевать не захочу!..
* * *
- Нас с Федей движут по жизни высокие идеи, а тебя - твои кривые ножки...
* * *
- Как можно видеть во сне человека, которого вы ни разу в жизни не видели?
- А вот так. Голос ваш приснился...
* * *
- Почему-то, когда я слышу ваш голос, ваш простуженный голос, мне хочется плакать.
- Потому что это был ваш голос. Голос с которым вы беседовали. Которому многое доверяли. Теперь вместо этого голоса у вас в жизни будет ваш человек. Не плохой обмен. Прощайте.
- Подождите. Вам что-нибудь пожелать?
- Да. Чтобы он был таким, каким я представляю себе вас. Я желаю вам этого. Будьте счастливы...
* * *
- Путаная штука жизнь.
- Вот-вот. Сам дров наломаешь, запутаешь все, а в результате виновата жизнь. Красиво получается...
* * *
- Я накрепко засел в Париже. Так сказать, в плену Больших бульваров... Да, дико подумать! Был громкий, большой, бурный человек, любил жизнь, сорил деньгами, разрешал... Разрешал женщинам целовать руки, шумел на весь свет, и вдруг пшик, пустое место. Ничего не остается от музыкантов. Остается память, школа, ученики-последователи, все то новое, что он привнес в музыку.
- Утешаетесь, мой друг! Последователи, школа, ученики...
- Николай Григорьевич, всех бы отдал за один день жизни!
- Да и я так же поступил со своими статейками, да и вы... со своими сочинениями.
- С написанными, возможно, да, но с теми, что впереди - нет...
* * *
- Послушайте, почему вы всю жизнь считаете, что имеете право злоупотреблять любовью и доверием людей? Вы думаете, ваша музыка вас оправдывает? Но есть Бог и есть справедливость. Помните о расплате!..
* * *
- Что мне делать?
- Ничего. Понимаешь, если бы можно было остаток жизни прожить как-то по-новому, проснуться в одно прекрасное утро и почувствовать, что начал жить по-новому, что все прошлое забыто, начать снова.
- Подскажи мне, как начать, с чего начать? Подскажи!
- Ну тебя!. Какая еще там новая жизнь? Наше положение, твое и мое - безнадежно. Положим я проживу до шестидесяти, то остается тринадцать. Много. Как я проживу эти тринадцать лет?
- Перестань! Те, которые будут жить после нас, которые будут презирать нас за то, что мы прожили жизнь так глупо и так безвкусно, те, может быть, найдут средство, как быть счастливым...
* * *
- Мы, дядя Ваня, будем жить. Мы проживем длинный ряд дней, долгих вечеров, будем терпеливо сносить все испытания, какие пошлет нам судьба. Будем трудиться для других и теперь, и в старости, не зная покоя. А когда наступит наш час, мы покорно умрем. Там, за гробом, скажем, что мы страдали, мы плакали, что нам было горько и Бог сжалится над нами. Мы с тобою, милый дядя, увидим жизнь светлую, прекрасную, мы обрадуемся, и на теперешние наши несчастья оглянемся с умилением. И отдохнем. Мы отдохнем. Мы услышим ангелов, мы увидим всё небо в алмазах, мы увидим, как всё зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир. И наша жизнь станет тихой, нежной, сладкой, как ласка. Я верую, верую. Мы отдохнем. Мы отдохнем...
* * *
- Ну так вот... Настоящая правда... вся... до малейшей подробности, без всякого изъятия... Такая правда не опасна, не страшна. Но то, что в обычной жизни называют правдой, то, что имел этот человек из передачи - это ведь всё половина правды. Она не даёт никакого представления о том, что творится с человеком на самом деле. Она просто представляет ряд фактов, которые до тех пор были скрыты, и хорошо, что они были скрыты. Вот такая правда - предательская штука. Да, вроде той гнусности, которую непременно вытягивают из вас на суде. Что вы делали в ночь двадцать седьмого ноября прошлого года?.. Отвечайте только да или нет...
* * *
- У меня нет того материала, из которого рождаются прекрасные иллюзии.
- Тогда тебе нужно научиться жить без иллюзий.
- Не выйдет. Со мной не выйдет. Я принадлежу к другому поколению. Может быть сейчас и научили людей способности жить без иллюзий. Ну, что ж, тем лучше. А я не могу. Я весь свой век прожил среди иллюзий.
- Совершенно верно! Ну и что из этого?
- Они давали мне надежду и мужество. Они помогали мне жить - мои иллюзии. Всё это конечно, могло бы опереться на веру в жизнь, а у меня её нет. Ни религиозной, ни какой другой. Только вот этот проклятый скотный двор и всё.
- Так почему же ты не оставил всё это в покое? Почему ты кричал и требовал правды всю ночь как безумец?
- А потому что я действительно дурак. Стэнтон был прав. Это единственная причина...
* * *
- И такую женщину на какую-то побрякушку променять! Да я бы на его месте всю жизнь ей ноги мыл.
- Тебе бы, Виктор Иваныч, подождать с твоими формулировками...
* * *
- Решается судьба председателя крупнейшего колхоза. Быть ему председателем или не быть - скажут сами колхозники.
- Знаешь что? Чем больше я смотрел на неё, тем больше думал, что отказываясь от неё, ты отказываешься от чего-то такого в жизни, чего никто другой тебе заменить не сможет. Никакая другая женщина не заменит тебе этой потери...
* * *
- У мужчины в жизни два серьезных выбора: жена и машина. Работа. Работа и жена. Что требуется от жены? Чтобы она была с тобой единым целым, как две части одного и того же плода. Если ты, к примеру, половинка яблока, так она должна быть половинкой яблока. Яблока, а не груши или там, понимаете, ананаса.
- А если муж сегодня половинка яблока, завтра половинка помидора, а послезавтра еще чего-нибудь? То как быть?..
* * *
- По телевизору показывали один фильм, такой мужчина симпатичный из этой старинной жизни. Жену любил, детей, а хобби было к цыганам ездить. А еще хобби - тайная женщина легкого поведения...
* * *
Земную жизнь пройдя до половины,
Я заблудилась в сумрачном лесу...
* * *
- И все-таки, Кеша, человек должен идти своим фарватером в жизни...
* * *
- Уж я то знаю как тратить денежки. Всё спущу на бегах, переселюсь жить на ипподром. Вот будет жизнь!..
* * *
Но грустно, что напрасно
Была нам молодость дана.
Что изменяли ей всечасно,
Что обманула нас она.
Что наши лучшие желанья,
Что наши свежие мечтанья.
Истлели быстрой чередой,
Как листья осенью гнилой.
Несносно видеть пред собою
Одних обедов длинный ряд.
Глядеть на жизнь, как на обряд,
И вслед за чинною толпою
Идти, не разделяя с ней
Ни общих мнений, ни страстей...
* * *
- Нам хотелось, чтобы после победы сразу все переменилось, как в сказке. А жизнь - не сказка. Десятого мая мы увидели развалины городов, разбитые дороги, изношенную одежду, морщины на лицах близких. Но тем и велик наш народ, что он не смутился, не стал сетовать - он ожесточенно взялся за работу. Нас ждало еще одно испытание - засуха сорок шестого. Год был трудным, но именно в этот год было сделано столько необыкновенного, что год кончился легко. Мы сами себя спасли - как мы сами себя спасли в военные годы. Пострадав больше всех от войны, мы прежде всех смогли отменить карточки. Они могут нам завидовать и потому, что у нас никто не боится ни банкротства, ни кризиса, ни безработицы...
* * *
- Нашла выход - в петлю полезла!
- Что ты говоришь, Сергей?!
- Нет, милая, родила четверых - поставь их на ножки сначала - будь хоть война, хоть всемирный потоп. Вот тогда ты - мать. Вот тогда дети тебе будут благодарны всю жизнь. Что, другим легче было? Или страдали меньше, чем ты? Да ради той же памяти отца - мужа, который погиб за Родину. Вот тогда ты - мать!..
* * *
- А начальник твой - жлоб, всучил тебе пинжак, а теперь всю жизнь попрекать им будет. Я тебе пинжак дал, я тебе пинжак дал...
* * *
- О! Здрасьте, соседки! За чью жизнь переживаете?..
* * *
- И хочу я спросить тебя, вошь подкожную, не ты ли это на паршивые камешки человеческую жизнь разменял?..
* * *
- А вот ответь мне на такой вопрос. Допустим, девушка, встретила одного человека. Он влюбился в неё до беспамятства. Хорошо. Она решает вместе с ним пройти всю жизнь. А он раз - и бросил её. Она тогда встретила другого человека. А он опять - хлоп! И ушёл. А ты меня совсем не слушаешь? В одно ухо влетает, в другое вылетает.
- Почему? Я слушаю. Это бывает. Печальная история.
- Конечно, печальная...
* * *
Счастье в жизни предскажет гаданье
И нежданный удар роковой,
Дом казенный с дорогою дальней
И любовь до доски гробовой.
Карты старые лягут как веер
На платок с бахромой по краям,
И цыганка сама вдруг поверит
Благородным своим королям.
Ну что сказать, ну что сказать,
Устроены так люди -
Желают знать, желают знать,
Желают знать, что будет...
* * *
Трудно спорить с жизненною логикой,
И о чем ты там ни говори,
Прежде чем жениться на молоденькой,
Паспорт свой открой и посмотри.
Паспорт свой открой и посмотри.
Ты все поймешь,
Ты все увидишь там,
Ты все поймешь
И все увидишь сам...
* * *
- Полно вам, батюшка, томить меня жалкими словами. Разве я другой? Да разве я работаю, мало ем, худощав или жалок на вид? Разве мне чего-нибудь недостает? Да я ни разу в жизни сам себе чулок на ноги не натянул. Кому я это говорю? Не ты ли с детства ходил за мной? Ты же сам знаешь, что я воспитан нежно, ни холода, ни голода не терпел, нужды не знал, хлеба сам себе не зарабатывал, вообще, черным делом не занимался. Как же у тебя достало духу ровнять меня с другими...
* * *
- Я не могу, а ты заставляешь. Я устал.
- От чего?
- От всего! От балов, встреч, знакомств, чаепитии, разговоров. От этой беспрерывной беготни, от пересудов, сплетен. Не нравится мне эта жизнь.
- Какая же нравится?
- Не такая.
- Да что же именно так не понравилось?
- Ни у кого нет ясного, покойного лица. Один мучается, что ходит на службу, другой вздыхает, что нет такой благодати.
- Значит что ж, делами заниматься и в приемных сидеть ты не желаешь?
- Да, ровно как и светской жизни вашей не желаю. Любоваться, как симметрически рассажены гости, как смирно и глубокомысленно они сидят за картами. Отличный пример для ищущего движения ума. Да разве не спят они всю жизнь, сидя за картами? Чем я виноватее их, если лежа на диване не заражал голову валетами? Собираются, кормят друг друга. Ни доброты, ни радушия, ни влечения друг к другу. Что это за жизнь? Чему я здесь научусь?..
* * *
- Эх! Одна у меня теперь жена - воля. За волю жизнь отдам. А жизнь проста, как апельсин. И сам себе я господин. И птички в небе чик-чирик, а я мальчонка-озорник...
* * *
- Тебе же еще сидеть и сидеть.
- Освободили, Катюша, досрочно. Подчистую.
- Правда?
- Я там такую самодеятельность организовал! Представляешь, Шекспира играли. А сколько себя помню, всю жизнь мечтал сыграть Шекспира. "Буду ли умолять о любви? Намерен. Что ты получишь в обмен на лохмотья? Наряды. В обмен на убожество? Блеск. В обмен на себя? Меня"...
* * *
- Кто же виноват, что тебя парикмахерша бортанула? Ты ей синее море покажи да белый пароход. Да с каютой люкс. Да чтоб ей пальмочки веточками помахали. Вот она по-другому и зачирикает. Жизнь, Алеха, игра. Люди - артисты. Кто лучше играет, кто хуже. Мораль, честь, совесть - условности. Вроде декораций. Вот так вот. А миллион возьмем - пятая доля твоя будет. Согласен? "Никто не совершает преступлений, Берусь тебе любого оправдать"...
* * *
Все ищут ответа -
Загадка жизни в чем?
А мне плевать на это,
Я знаю, что почем.
Я женился на приданом,
Я погрелся у казны,
Ничего не делал даром,
Сам себе чинил штаны.
Воровать - себе дороже,
Брать - конечно, брал,
И родил, надеюсь, тоже
Симпатичный капитал.
Ох, вы деньги, деньги, деньги, рублики,
Франки, фунты-стерлинги да тугрики.
Ой, день-день-деньжата, деньги, денежки,
Слаще пряника, милее девушки...
* * *
Что наша жизнь? Мираж. Крадешь средь бела дня,
Кругом такой обман, что дальше жить противно.
Ах, как же хороша была моя картина,
И вот уж нет ея, а значит нет меня.
Иссякнул мой родник, светильник мой угас.
С деньгами мы цари, без денег мы не люди.
Как говорил Гамлет, коль нет вина в сосуде,
На кой нам черт сосуд, я спрашиваю вас...
* * *
- Всю жизнь мне не везет. Даже сны не те. Вон Менделеев во сне свою периодическую таблицу Менделеева увидел. Брату снится, что мотоцикл выиграл. А мне то ворона какая-то, то повестка в суд. И в любви мне, в общем-то, не везет.
- Да? Ну ничего, ничего, еще повезет...
* * *
Ты моя земля,
И серцем я чуствую
Твое тепло,
Когда мне грустно.
Из любой дали я возвращусь к тебе.
И прижмусь к тебе щекой,
Моя земля!
Земля моя,
Ты дарила мне
И любовь свою и красоту.
Земля моя,
Я пронесу твою доброту
По своей жизни.
Ты моя Земля,
И этим все сказано.
Все что у меня есть, я обязан тебе.
Я счастлив дышать твоим воздухом чистым
И радостно мне глядеть в твои глаза.
Земля моя,
Ты дарила мне
Свою любовь и красоту...
* * *
- Завтра Монсегюр падет. Мы все погибнем. Но вас я обрекаю на жизнь...
* * *
Скажи мне, друг, зачем мы так беспечны
В потоке дней и в суматохе дел?
Не помним мы, что век не будет вечным
И всем путям положен свой предел.
Не верю в чудеса, и это было б странно -
Всю жизнь летать, всю жизнь летать, однажды воспарив.
И все-таки всегда прощаемся нежданно,
О самом главном не договорив.
Мы не сбавляем шаг и не считаем дней,
И в буре передряг становимся сильней,
Но слышишь? Бьют часы в тот самый миг, когда наверняка
Никто не ждет последнего звонка...
Но нет конца пути, и так светла дорога,
И день родится вновь, и будут песни петь!
И тот, кто шел за мной, тот поспешит немного,
Успев все то, чего мне не успеть...
* * *
- Господи, могу я наконец-то жить так, как я хочу?
- Ты так и живешь: у тебя все есть, и будет все, если этому никто не помешает.
- Ты же мне обещал.
- Понимаешь, Таточка, для тебя, для меня, для всех нас жизнь может повернуться очень странно, незаслуженно глупо, и все из-за одного туповатого моралиста...
* * *
Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На сушу тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.
И чудаки такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...
Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что "я люблю", -
То же, что дышу, или живу!
И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна.
И с рыцарей своих для испытаний
Всё строже станет спрашивать она,
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна.
Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить,
Любой ценой, и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули.
Я поля влюблённым постелю,
Пусть поют во сне и наяву,
Я дышу - и значит я люблю,
Я люблю - и значит я живу!..
* * *
- Всю жизнь мечтал о свободе, а теперь не знаю, что с ней делать...
* * *
- Хорошо я придумал. Жизнь - это большая река. Мудрец никогда не станет бороться с волнами. Он плывёт по течению потому что знает: течение само вынесет куда надо...
* * *
- Можно вопрос, товарищ капитан?
- Давай.
- Сколько лет вы штурманом? Не надоело? Простите, я хотел сказать, не устали?
- Вся моя жизнь в авиации. Она мне ещё не наскучила.
- Старше вас наверное нет в нашем полку? Я имею ввиду штурманов.
- Так точно. Я самый старый. Моя подпольная кличка - "Капитан, обветренный как скалы".
- Да, юмор величайший двигатель и стимулятор...
* * *
- Никто не умеет так ждать, как жёны лётчиков и моряков. И самые счастливые из нас те, которые умеют ждать долго. Иногда всю жизнь.
- Как всю жизнь? А любовь?
- Любовь... А это и есть любовь...
* * *
- Вообще, нам, летунам, женитьба противопоказана. От настоящего боевого офицера армия всегда ожидает готовность отдать всего себя как только это потребуется. Настоящий солдат - это тот кто говорит: "Война - это моя работа". Если меня убьют, очень жаль, но ничего не поделаешь. Значит, так надо. Зачем же в таком случае обзаводится семьёй? Ведь тогда моя жизнь принадлежала бы не только мне. Так я думал по молодости. А когда спохватился, поезд тю-тю...
* * *
- Когда ты от меня ушел, то мне долго не давала покоя одна мысль: о том, как это просто. Ты приходишь домой, пустой письменный стол, два крючка на вешалке пустые, пустая полка, оброненный галстук. Оказывается, можно просто собрать вещи, уложить в чемодан и уйти. И всё. Но твоя жизнь продолжалась, а моя-то остановилась. Ты ходил на ту же работу, занимался теми же делами, ты говорил, в общем-то, те же слова, только выходил из другого подъезда. А для меня все это потеряло смысл. И работа, и друзья, и телефон - всё. И только вот одна мысль о том, как это все просто. Не война, не землетрясение, не смерть - и ничего. А просто ушел человек, которого ты любишь...
* * *
- Любимая! Только здесь, вдали от вас, я с удивительной ясностью и силой понял, что вы для меня значите. Жизнь без вас была пуста и бездарна, потому что мне не для кого было жить, а теперь! Ты даже не представляешь себе, кто я теперь. Меня прямо переполняет какое-то святое чувство своей полноценности и правоты, и дала мне все это - ты. Ты, твоя любовь, твоя кротость, нежность и мудрость. Ты знаешь, мне по ночам видится одно и то же: в нашей прихожей, рядом с дверью в чуланчик, низко-низко вбит гвоздь, а на нем висит маленькая пушистая шубка, а под ней - крошечные валеночки и такие же крошечные галошки. Это ужасно глупо, наверное, но когда я представляю себе все это, я просыпаюсь от счастья и у меня слезы наворачиваются на глаза. Как я люблю тебя, ненаглядная моя черепашка!..
* * *
- Знаете, есть люди, которые предпочитают трубить о себе. Показывают товар лицом. Даже если никакого товара нет. А есть другие, которые любят оставаться в тени. Их за это уважают. Очень любят. Но ведь так, в тени можно просидеть всю жизнь...
* * *
- Значит, захотел научиться драться как следует?
- Гены позвали, товарищ майор.
- Интересно, что же это за гены?
- А Даниловы всю жизнь воевали. Начиная еще с Наполеона. Все российские награды у нас были...
* * *
Мне снился сон: я во сне свободен был от дел,
но телефон вдруг, под утро, взял и зазвенел...
И мне сосед говорит привет, ну как дела,
А сна, как нет, и покоя нет, и ночь прошла.
Ну, как дела? Просто вопрос...
Но вот ответ не так уж прост,
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет.
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла.
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...
Учитель мой мне однажды в детстве дал совет,
Умей порой ты иным делам ответить: "Нет".
Урок не впрок, старика не понял я тогда,
Опять звонок, трубку снял и вновь ответил: "Да".
Я в суете так много лет, как много дел, а дела нет...
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет.
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла,
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...
Мне снился сон: я нашел в нем главное из дел,
Но телефон, вдруг, под утро взял и зазвенел.
Один чудак мне опять звонит и ждет ответ,
Не знаю как, но на этот раз сказал я: "Нет".
Учитель дал давно совет, но думал я так много лет:
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет,
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла,
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...
* * *
- А вот послушайте, чьи это стихи: "Так сколько же надо любви и огня, терпенья, внимания, ласки, чтоб ты никогда не покинул меня и жизнь продолжалась, как в сказке"?
- Михалков.
- А вот и нет, это я сама сочинила.
- Что вы говорите, а дальше как?
- А дальше я еще не придумала...
* * *
- Ой, родничок! В народе говорят, это к счастью, найти родник.
- Думаете, родник?
- А что же еще, конечно. Ой, вода такая холодная. Смотрите, он усиливается. Пробивает себе дорогу. Это у меня впервые в жизни, что вот так на моих глазах рождался родник. Ой, что это?
- Труба! Лопнула труба! Надо позвонить, бегите скорее!..
* * *
"Дорогая Алла Борисовна, я люблю вас уже очень давно. Женат не был, скромность гарантирую. Если у вас не устроена личная жизнь, я смогу помочь. Только срочно напишите, как вы ее себе представляете"...
* * *
- Дорогие друзья, если кто-нибудь считает, что борьба с пьянством подходит к концу, то он глубоко заблуждается. Потому что борьба за трезвую жизнь только начинается. Это не конец, это всего лишь конец фильма...
* * *
- Вкусно. Люблю красивую жизнь!..
* * *
- Вы я вижу, недопонимаете всю серьезность дела Николаева а оно касается интересов государства! Начиная со времён татаро-монгольского нашествия основная идея, которая всех нас объединяет идея, которой служили поколения наших предков это идея государственности могучее, великое государство - тот идеал, ради которого русский человек готов страдать готов терпеть любые лишения готов, наконец, отдать свою жизнь! Это иррациональная идея. Это не то прагматическое европейское стремление извлечь максимальную выгоду для себя лично это идея российского духа! Который подчиняет и растворяет в себе вашу, мою индивидуальность, но в замен, и вам и мне дает во сто крат больше оно даёт ощущение причастности к великому организму, ощущение духа! Даёт ощущение силы и бессмертия!..
* * *
- Вы не женщина, вы - тетрадь в клеточку! Знаете чем вы отличаетесь от нас? Вы всю жизнь боролись за то, чтоб элементарно выжить. А мы будем бороться, чтоб хорошо жить...
* * *
Как бессмысленна злая пальба,
Становлюсь одичавшей я особью,
И все кажется мне, будто жизнь и судьба
В пропасть катятся каменной осыпью.
Неужели беда и уже никогда
Мне не спеть под небесною синью?
И придется уйти, а потом прорасти
Голубою полынью?
Неужели беда? Неужели беда и уже никогда
Мне не спеть под небесною синью,
И придется уйти, а потом прорасти голубою полынью?...
* * *
- А знаете, я пока Толика не полюбила, всё мужу бывшему звонила. От которого Денис. Всё мечтала, что мы снова сойдемся. А теперь я рада, что так вышло. Я Толика люблю. Он у меня необыкновенный. Таких еще надо поискать. Он бескорыстный и не подлый. И еще у него большая тяга к просвещению и богатый внутренний мир. Я думаю, что у нас с ним жизнь наладится. И всё еще будет хорошо. Будет и на нашей улице праздник. Вот так...
* * *
- Как я не плыл, как я не стремился к этим чудесным женщинам, я не могу дотронуться до них рукой. Они были недосягаемые, слишком огромные для меня. И тогда я решил вернуться. Потому что во мне нет ничего больше, кроме боли за это несчастный израненный мир. Когда меня лишили этой боли, у меня ничего не осталось. Я больше ничего не умею в этой жизни...
* * *
- Понял. Я чужой на этом празднике жизни...
* * *
- Вот вы прожили долгую жизнь, но было, наверное, что-то такое, что вы вспоминаете чаще всего. Какое-то событие или человека, или случай?
- Да, был такой случай. В 1948 году я работал официантом в ресторане гостиницы "Советская". Мне один посетитель заказал мороженое, а буфетчица в это время сдавала деньги. Я отошел к окну и вдруг увидел как из нашего ресторана вышла женщина. Она была в фиолетовом платье и очень хороша собой. В ресторане я ее почему-то не заметил.
- И что было дальше?
- Ничего не было. Она постояла и ушла. Я пошел работать. Больше я никогда ее не видел...
* * *
Ни секунды без драки,
Верим в жизнь и смерть.
В глаза твоей собаки
Нам не страшно смотреть.
Сегодня, победа,
Пойми и прости.
Нам ничего не осталось,
Но есть, что донести.
Ээ-й, Рожденный в СССР!
* * *
- Я люблю жизнь, люблю страстно! У меня мания преследования, постоянный мучительный страх, но бывают минуты, когда меня охватывает жажда жизни и тогда я боюсь сойти с ума. Ужасно хочу жить, ужасно!..
* * *
- Хочу сделать себе очки с розовыми стеклами. Нет больше сил смотреть на нашу жизнь невооруженным глазом. Розовые стекла! Все в розовом свете. Какая идея!
- Розовые очки не помогут.
- А что же делать?
- А для начала попробуйте говорить правду...
* * *
Прекрасно жить среди огня и дыма, и слушать, как стрекочет пулемет.
Пусть же наш король непобедимый, вперед, вперед!
Снаряды рвутся днем и ночью.
Скорей дают чины и ордена.
Поэтому всегда пускай грохочет.
Война, война, война!
Тускнеет аксельбант от мирной жизни, и тлеет, и ветшает шелк знамен.
А тот, кто говорит о гуманизме, шпион, шпион!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому, пускай всегда грохочет.
Война, война, война!
Тут согласны мы, что физик и философ вперед науку двигали свою.
Но главные решаются вопросы в строю, в строю!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому пускай всегда грохочет.
Война, война, война!..
* * *
В жизни нам любимыми
К счастью путь обещан,
Но к нему вслепую
Идти не торопитесь.
Берегите женщин,
Берегите женщин,
Женщин берегитесь!
Берегите женщин,
Берегите женщин,
Женщин берегитесь!
Внимание, мужчины!
Для смеха нет причины -
Сегодня в каждом деле
Нам женщины под стать.
А мы по доброй воле
Чужие учим роли.
Коль так пойдет и далее,
Мы можем и отстать!
В жизни нам любимыми
К счастью путь обещан.
Но к нему вслепую
Идти не торопитесь.
Берегите женщин,
Берегите женщин,
Женщин берегитесь!..
* * *
- Заслуженные артисты всю жизнь поют одно и то же и ничего - получают "Народных"...
* * *
Жизнь играет с нами в прятки.
Да и нет - слова-загадки.
Этот мир, этот мир,
Дивный мир.
Время разлучает часто
С теми, кто нам дарит счастье -
Это жизнь, это жизнь,
Наша жизнь.
Мы вместе с птицами
В небо уносимся,
Мы вместе с звездами
Падаем, падаем вниз.
Любим, верим,
Грустим, ошибаемся.
В сердце бережно
Память о прошлом храним...
* * *
Над землей встают рассветы,
Травы в пояс клонят ветры
День за днем, день за днем,
День за днем.
Хитрое переплетенье
Смеха, слез, удач, сомнений -
Это жизнь, это жизнь,
Наша жизнь!
Мы вместе с птицами
В небо уносимся,
Мы вместе с звездами
Падаем, падаем вниз.
Любим, верим,
Грустим, ошибаемся.
В сердце бережно
Память о прошлом храним.
* * *
- Маша. Я не люблю телефон, я не люблю музыку слушать, магнитофон. Я не люблю сидеть за столиком, пить кофе и жаловаться на жизнь. Я не люблю закуривать, я не люблю курить, я не люблю красиво держать сигарету, я не люблю дым и так далее.
- Ничего этого не будет, ничего этого не будет в помине. Только будьте со мной. Пожалуйста...
* * *
- Он любил думать о самом себе в третьем лице. Иронично, чуть-чуть грустно, очень мудро, он был добрый! Душа его замкнутая в скорлупу. Прожитая им жизнь была отягощена морщинами воспоминаний, старых привязанностей. Он силился быть добрым со всеми, это было невозможно! Завязывал новые узлы, не развязывая старых. Поклажа набухала, громоздко давила на плечи, нести ее было непосильно, бросить не хватало злости...
* * *
- Моя лапочка, роднулечка, моя кошечка, любимая! Собачечка ты моя хорошая, сахар ты мой сладкий! Ну что бы я без тебя делала, этот козел так он нам надоел, так, так! Ну что бы я без тебя делала? Ну что бы я без тебя делала, а этот козел нам так надоел! Вчера пришел пьяный, начал права качать. Наверное шлялся по бабам, а я ему морду набила, не жизнь, а бардак! Этот козел так надоел, так он нам надоел! Сахар ты мой сладкий, ну что бы я без нее делал! А этот козел нам так надоел, та как надоел, так надоел! Так надоел...
* * *
- Кстати, иная дворняга поумней породистой будет, их жизнь каждый день учит и не пряниками, а пинками...
* * *
- Он опытный, из пятой облавы уходит.
- Не отлили, видать, для него пули живодеры.
- Я ему предлагал, давай, говорю, наберем крепких ребят, устроим этим гадам веселую жизнь. Не хочет, пацифист. Его всё на природу тянет. Мне, говорит, дюжину овечек, уж я бы их холил и лелеял. Пастух он по призванию, гуманист несчастный. Эх!..
* * *
- Виселица или жалкая их жизнь на этом жалком клочке земли. А я не знаю, что лучше - людская суета или уединение и труд...
* * *
- Я не сомневаюсь, что вскоре ваши взгляды на жизнь переменятся. Но до тех пор воздержитесь стрелять друг в друга...
* * *
- Что будем делать?
- Предлагаю осмотреть квартиру, чтобы составить представление о санитарных условиях жизни этих пролетариев...
* * *
- Крепче держите оружие своё. Постоим же за честь, за жизнь нашу вольную, братья мои, русичи!..
* * *
- Что вас больше всего интересует в жизни, товарищ американец?
- Джаз, бокс и секс.
- Секса у нас нет, джаза тоже. А вот бокс мы вам организуем. Как поживает Чарли Чаплин?
- По последним сведениям, он примкнул к коммунистам...
* * *
- Добро пожаловать в Одессу. Если не выйдете через пять минут, потом всю жизнь будете жалеть. Опоздаете к потемкинцам и больше их никогда не увидите. В чём дело, женщина?
- Эти апартаменты по праву принадлежат нам. Мы первые пассажиры.
- Почему?
- Потому что, когда был маленький, я просил у бога велосипед, а он не дал, значит бога нет...
* * *
- Да поймите же, если бы сейчас, в этом лифте с нами ехал маньяк, он никогда бы ни на кого не напал!
- А женщины-маньячки бывают?
- Нет не бывают, только мужчины имеют садистское воображение, женщина вам жизнь даёт, а вы её уничтожаете!
- Ишь ты, феминистка!..
* * *
- Да, теперь уж всё кончено... Кончено... А я так верил, что невредимым пройду по жизни! И когда с кем-нибудь случалось несчастье, я знал - это чужая судьба... И всегда верил, что со мной ничего не случится... Спаси его... Ах, господи, сжалься! Помоги! Милостивый боже! И вот я сижу на этой проклятой льдине. Кругом ночь и смерть...
* * *
- Всю жизнь я пыталась воспитать своих родителей, но всё бесполезно!..
* * *
- Лето ещё не кончилось и у меня ещё есть мотоцикл! Что-же нам ещё нужно? Ты слышишь?! Я же больше не смогу жить, как раньше. И если больше никогда тебя не найду то ты прокляла меня. Обрекла всю жизнь называть ту, самую лучшую и прекрасную, твоим именем, сравнивать только с тобой...
* * *
- Ты думал, что я был слишком мал тогда, чтобы запомнить это. А я запомнил. На всю жизнь запомнил...
* * *
Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастроф.
Детям вечно досаден их возраст и быт,
И дрались мы до ссадин, до смертных обид.
Но одежды латали нам матери в срок,
Мы же книги глотали, пьянея от строк.
Легли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз.
И кружил наши головы запах борьбы,
Со страниц пожелтевших слетая на нас.
И пытались постичь мы, не знавшие войн,
За воинственный клич принимавшие вой,
Тайну слова "приказ", "назначенье границ",
Смысл атаки и лязг боевых колесниц.
А в кипящих котлах прежних боен и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов.
Мы на роли предателей, трусов, Иуд
В детских играх своих назначали врагов.
И злодея следам не давали остыть,
И прекраснейших дам обещали любить.
И друзей успокоив, и ближних любя,
Мы на роли героев водили себя.
Только в грёзы нельзя насовсем убежать.
Краткий век у забав - столько боли вокруг.
Попытайся ладони у мёртвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.
Испытай, завладев ещё тёплым мечом
И доспехи надев, что по чём, что по чём.
Разберись, кто ты - трус иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус настоящей борьбы.
И когда рядом рухнет израненный друг,
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг,
От того, что убили его, не тебя,
Ты поймёшь, что узнал, отличил, отыскал
По оскалу забрал - это смерти оскал.
Ложь и зло - погляди, как их лица грубы,
И всегда позади вороньё и гробы.
Если мяса с ножа ты не ел ни куска,
Если, руки сложа, наблюдал свысока,
А в борьбу не вступил с подлецом, с палачом,
Значит, в жизни ты был ни при чём, ни при чём.
Если путь прорубая отцовским мечом,
Ты солёные слёзы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал, что по чём,
Значит, нужные книги ты в детстве читал...
* * *
- Артур - такой самолюбивый парень...
- Нет, он гордый и честный.
- Ему не легко будет в жизни...
* * *
- Извините, какое число сегодня?
- Что?
- Число?
- Двенадцатое.
- Точно?
- Разумеется. Среда.
- Значит, мы отстаем от жизни. Это завтрашнее молоко.
- Не нравится - не берите.
- Но все-таки лучше, чем вчерашнее...
* * *
- И потом - любит он ее, женщину эту. Я так понимаю.
- Это он только думает, что любит. А на самом деле так, увлечение. Что он вообще понимает в любви?
- Парень ты добрый, зла никому не желаешь. Но упрямый. Понимаешь, что плохо делаешь, не по-людски, да гонор тебе сознаться в этом не позволяет. А зря. Живем мы на этом свете коротко, трудно, порой скучно. И знаешь, я так думаю, нет большей радости, чем когда родной тебе человек счастье свое находит. А гонор наш, хоть и маленький, большие беды творит. Смотришь потом - разбитая жизнь, тоска, погасшие глаза... Грустная картина.
- Грустная.
- Женщина эта - она что, тебя обидела?
- Нет. Не обидела.
- Ну тогда, выходит, Бог тебя обидел - ума не дал...
* * *
- Любовь дается один раз, как жизнь. Полюбить пустышку - это страшно...
* * *
- Ребята, милые мои ребята, над головой у вас небо. Вокруг улицы, машины, люди. А вы ничего не замечаете. Потому что вы счастливы. Потому что всё, о чем мечталось, сбывается. В своих сердцах вы несете чудесный огонь нашей юности. Смелый, крылатый. Так пронесите этот огонь через всю свою жизнь!..
* * *
- Да, рубль-то у нас длинный, это верно. Только вот жизнь короткая...
* * *
Как хорошо, когда весна в окне бульваров оживает.
Когда душа надежд полна, когда душа надежд полна.
И о большой, и о большой любви мечтаешь.
Когда еще вам столько лет, что возраст вам скрывать не надо.
Когда мужчины смотрят вслед, когда мужчины смотрят вслед бросая праведные, пламенные взгляды.
Но дни бегут, бегут. Проходят мимо.
Не возвращаясь больше никогда.
Как хорошо любить и быть любимой.
И с тем, кто дорог, вместе быть всегда.
Как хорошо, когда весна шагает всюду рядом с вами.
Когда к вам верная любовь приходит с нежными цветами.
Я знаю где-то есть на белом свете желанный мой и самый дорогой.
И день придет за мной, меня он встретит,
И поведет по жизни за собой...
* * *
- Бывают вечера, когда небо мне кажется пустыней. Звезды - холодными мрачными покойниками. Трупами. В этом безжизненном бессмысленном мироздании только мы одни мечемся в одиночестве на нашей маленькой захудалой провинциальной планете. Как в глухом городишке, захолустье, где нет воды, темно и даже не останавливаются скорые поезда. Но бывают вечера когда все небо полно жизни. Когда, если хорошенько прислушаться, слышно, как на каждой планете шумят леса и океаны, фантастические океаны! Бывают вечера, когда все небо полно таинственных знамений, словно живые существа рассеяны по разным планетам. Они смотрят друг на друга, угадывают, подают знаки, ищут друг друга...
* * *
- Солнечная система... Солнечная система не единственная во Вселенной. Есть и другие звезды, окруженные планетами. Они находятся очень далеко от нас. Свет от них идет сотни тысяч лет. Но, кто знает, может, где-нибудь там приключение, которое у нас называются жизнью, повторяется. Под тем же небом, но с другой судьбой. Может быть, все, что здесь тяжело, там легко. Все, что здесь мрачно, там светло и радостно. Все, что мы пытаемся сделать. Все, что мы не сделали. Наши утраченные иллюзии, наши несостоявшиеся мечты. Все, что мы любили и не смогли долюбить. Словом, все-все там легко и радостно. Так же радостно, как это могло бы быть и здесь. Если бы люди понимали это. Если бы они любили друг друга. Если бы они все работали вместе...
* * *
- Какой же Петрович старый, ему еще пятидесяти нет!
- Ага, молодой. На двадцать лет с хвостиком старше.
- А я, может, любовь настоящую только сейчас узнала.
- Любит жена старого мужа, если не ревнив.
- Не лопни от зависти.
- Ты брось, Фаина. Меня бы Петрович спас, я бы тоже у него осталась.
- А я бы - нет. Это же не радость, а мука - со стариком жить.
- Дура ты! Ксения умерла бы в лесу, а Петрович ей вторую жизнь подарил.
- Уж лучше никакой, чем такая.
- А ты откуда знаешь?
- А ты на Ксению посмотри! Ходит как не доенная корова! Незамужняя жена!..
* * *
- Я и без войны всю жизнь согнутый, как в окопе. Да и ты тоже, я думаю, приучен. А вот гражданину начальнику привыкать придётся. То гоголем ходил, а теперь на карачках...
* * *
- Я перестал верить. А без веры не хочу жить.
- Зря. Ты ещё молодой. У тебя в руках была целая жизнь.
- Зачем она мне без веры?
- Вера и фанатизм - не одно и то же.
- Для меня - одно и то же. Так я устроен...
* * *
- То, что вы любите Тамару, это замечательно. Это значит, что вы пронесли свою первую любовь через всю жизнь.
- А с чего ты решила, что я еe люблю?
- Вы же у неe ночевали.
- Ну и город.
- Владимир Петрович, а что, мужчина может спать с женщинами, не любя их?
- С нами такое случается.
- Это безнравственно.
- Так, всё. Или я тебе такого наговорю. И вообще, я ухожу. Ты мне нравишься. Я начну к тебе приставать, и ты подумаешь, что я чудовище, а я нормальный мужик...
* * *
- Садовник не даривший мне цветов, входил в мой дом о жизни поболтать. Он ничего не знал про любовь, но уверял, что умеет летать. Слушай, а у тебя с икрой есть? С икрой? С икрой есть. Небылицы рассказывай, но не говори, что влюблен...
* * *
- Любовь была и всегда остается высокой поэзией природы. Жаль только, что похожа она на алоэ, цветущий только раз в жизни. Пусть любовь и приносит порой нам слезы, но эти горькие слезы оплатит с лихвой первый поцелуй.
- Горько! Горько!..
* * *
- Здесь нет ни за, ни против, нет ни черного, ни белого, нет ни сегодня, ни вчера, ни завтра, нет границы между злом и добром. Всё - гигантская иллюзия, сладкая каша из действительности и сновидений, которую ешь и смеешься! Только один раз, только у нас, в театре Мануэля, только для вас, господа, откроется вам смысл жизни!..
* * *
- Смилуйся, капитан. Мы не знаем, где эта дыра! Она нас проглотит.
- Это правда или он брешет? А вдруг мы сами уйдем на дно?
- В любом случае нам придется рисковать. Жизнь пирата - сплошной риск...
* * *
- Так сильно, как в сейчасной жизни, наверно, уже никто не любит! Знаешь, как я её люблю? Почти что, как тебя. Вот!... Не пойму только, за что же она меня-то полюбила?..
* * *
- Значит, точка?
- Разошлись, как в море корабли!
- Так, значит, поссорились, разошлись и теперь враги на всю жизнь?
- А чего враги? Я люблю его, товарищ майор!
- И он, по-моему, вас любит...
* * *
- Ну, как жизнь? Я смотрю совсем перестал заходить. Думаю, наверно женился. Теперь дома пиво пьёт, когда жена разрешает...
* * *
- Товарищи мнимобольные, не проведем лучшие дни нашей жизни за сбором анализов. Глубоко вздохнули. И-и-и! Выбросили из головы без сожаления все симптомы и подозрения. Никакой паники - раз, никакой паники - два, укрепили волю - три, привели в порядок мозги - четыре, резко и стремительно поумнели - пять. Немного усилий - и вы совершенно здоровы!..
* * *
- Так почему вы, говорите, попали к большевикам?
- Долг перед Россией.
- А, бросьте говорить красивые слова. Сейчас все только и произносят, долг, долг. Долг. Вы узнаете меня? Капитан.
- Шутить изволите.
- Не валяйте дурака, капитан. Да, девятое января, Воронеж. Офицерское собрание. Я проиграл вам в карты. У меня не было денег. Я должен принести был деньги на другой день, но вы куда-то исчезли. И я, полковник Степанов, единственный раз в жизни, не отдал карточный долг. Но счастливый случай свел нас...
* * *
- Вырастешь, жизнь-то какая будет! Голодных и обездоленных не будет. Не будет злобы у людей. По совести жить будут. А иначе за что же стольких товарищей моих под бурьянами степными, лежать осталось? Люди понимать друг друга будут...
* * *
Как в песне о самом себе расскажешь?
Что ты плохой - неловко показать,
Что ты хороший - песней не докажешь,
Но это можно жизнью доказать.
Я так хотел бы вывернуть всю совесть,
По струнам и звеня, и рокоча!
Как о себе рассказывает поезд,
По рельсам задрожавшим грохоча!
Скажи за меня всё, что я не умею, Песня моя!
Скажи за меня всё, что я не посмею, Песня моя!
К тебе сквозь слова приближаюсь на ощупь, песня моя!
Ты будешь моей, если станешь ты общей, песня моя!
Песня моя! Песня моя! Песня моя!
Песня моя!
* * *
Мы устаем в работе или в спорах,
Но, всё-таки, и в наш нелегкий век
Есть в человеке силы, о которых
И не подозревает человек.
А если трудно - зубы крепче стисни,
Не просто песню главную сложить!
Но если в человеке нету жизни,
Зачем ему тогда на свете жить?
Скажи за меня всё, что я не умею, Песня моя!
Скажи за меня всё, что я не посмею, Песня моя!
К тебе сквозь слова приближаюсь на ощупь, песня моя!
Ты будешь моей, если станешь ты общей, Песня моя!
Песня моя! Песня моя! Песня моя!
Песня моя!..
* * *
Уронит ли ветер в ладони сережку ольховую,
Начнет ли кукушка сквозь скрип поездов куковать,
Задумаюсь вновь, и, как нанятый, жизнь истолковываю,
И вновь прихожу к невозможности истолковать.
Сережка ольховая, легкая, будто пуховая,
Но сдунешь ее, и всё окажется в мире не так,
И, видимо, жизнь - не такая уж вещь пустяковая,
Когда в ней ничто не похоже на просто пустяк.
Сережка ольховая выше любого пророчества,
Тот станет другим, кто тихонько ее разломил.
Пусть нам не дано изменить всё, немедля, как хочется,
Когда изменяемся мы, изменяется мир.
Сережка ольховая, легкая, будто пуховая,
Но сдунешь ее, и всё окажется в мире не так,
И, видимо, жизнь - не такая уж вещь пустяковая,
Когда в ней ничто не похоже на просто пустяк.
Яснеет душа переменами неозлобимая,
Друзей непонявших и даже предавших прости.
Прости и пойми, если даже разлюбит любимая,
Сережкой ольховой с ладони ее отпусти.
Сережка ольховая, легкая, будто пуховая,
Но сдунешь ее, и всё окажется в мире не так.
И, видимо, жизнь не такая уж вещь пустяковая,
Когда в ней ничто не похоже на просто пустяк...
* * *
Жестокая! Зачем на жизненном пути
Ты вверилась красе бездушного предмета?
Ужель тебе холодный пламень света
Милей тепла из любящей груди?
Ужель, жестокая, ужель тебе милей
Павлин, чем скромный соловей?..
* * *
- Всё, что касается остального, наш брак длился не более, чем серенада герцога из "Риголетто". А развод тянулся более двух лет. Именно эти два года мне и показались вечностью. Истина рождается на только в спорах, но и познается опытом жизни...
* * *
- Ответьте на вопрос: почему вы решили развестись?
- Товарищи судьи, разведите нас, отпустите на все четыре стороны. Давайте так: все дело во мне. Я плохой человек, просто дрянь, мерзавец и так далее. Я порчу кровь, мотаю нервы. Что еще? Гуляю, пью, веду этот... Антиобщественный образ жизни. Это убедительные причины?..
* * *
- Ты знаешь, вообще смысл жизни в том, чтобы периодически что-то менять: обои, мебель, мужа, квартиру. Пускать свежую кровь.
- Ты права, права. Я чувствую, так жить дальше нельзя. Я задыхаюсь: одно и то же, одно и то же...
- Слушай, ты знаешь, и вообще баба без романа...
- Нет, ты меня не так поняла. Я не в том смысле...
- Гениальная идея. Македонский. Знаешь его?
- Ты что? Нет-нет-нет. Ты что? С меня хватит. Одну жизнь два раза не проживешь...
* * *
- Я человек нелегкой судьбы, тринадцатый ребенок в семье. Действительно, с чего начать жить. А начал жизнь счастливо, потому что родился в тельняшке. Принесли меня домой, а я в тельняшке. Потом были цунами, тайфуны. Потом были, значит, встречи на разном уровне, и с японскими кораблями. Ну представляете себе, врагу не сдается наш гордый "Варяг", тут цунами, слева японцы, справа я - полусмыт, почти за борт...
* * *
- Видите ли, уважаемый... Нарцисс Михайлович. Ваш порог чувствительности просто вернулся к норме, к общечеловеческой норме. Ведь до сих пор непонятно, почему один гений, другой... Но надежда... Стрессы бывают разные. Да и наша жизнь состоит не из одних неприятностей. Так что не будем падать духом...
* * *
- Вот! Полюбуйся! Мало того, что ты мне жизнь загубил, посмотри на своего сына. Выключи, я тебе сказала!
- "Я жил здесь как в пустыне!".
- Он еще издевается над нами!
- "Я могу сказать тебе то же самое. И вообще я женщина. Ты этого никогда не понимал"...
* * *
- Ну и штука жизнь. Никто никого понять не хочет...
* * *
- Светлана Одинокая.
- Красивая фамилия. Вы, наверное, стихи пишете?
- В жизни не написала ни строчки. Это не женское дело. Пускай мужчины вздыхают о закатах и восходах, рыдают и тоскуют. Тот же Сидоров вчера... Приволок в лабораторию целую охапку роз. Ах, ученый... А главное, поставил букет не на свой стол, а на мой! Ну нельзя же быть таким рассеянным, в конце концов!..
* * *
Собака бывает кусачей
Только от жизни собачей,
Только от жизни, от жизни собачей
Собака бывает... кусачей!..
* * *
- А что это за жизнь без пианины? Пиры закатывать буду!..
* * *
- Запасы не меряны, убытки не считаны. Разоримся - по миру пойдeм!
- Это что, сказка такая?
- Это жизнь такая...
* * *
- За эту неделю я всю свою жизнь передумала вновь. Я вас любила, но эта любовь была какой-то от жизни отдельной. Она была украшением, подспорьем и невелика. И не очень мала. И думаем мы только в горе. Всю ее силу я поняла. Я думала захочу - забуду, сердце мое у меня в руках. А любовь, она оказалась повсюду. В траве, в телефонном звонке. В облаках...
* * *
- А если бы они под машину попали? Оборвалась бы жизнь. С незаконченным высшим образованием. А мне неприятности...
* * *
- Не отчаивайтесь, господин судья. У вас еще всё впереди. Будут у вас еще и деньги... Остриженная овца и та обрастает. В этой жизни все еще не потеряно, господин судья...
* * *
- А вы что же? И в городе в палатке живете, товарищи туристы?
- А мы не туристы. Мы, так сказать, остро нуждающиеся.
- А в чем же вы так остро нуждаетесь?
- Ну...
- В жилплощади. Он в общежитии живет, а я у мамы.
- В горсовет обращались?
- На очереди.
- Что же это ваше начальство вашему семейному счастью не поможет?
- Слушайте, вот вы сами большой начальник.
- Ну?
- А многое вы знаете про своих подчиненных? Много ли вы их жизнью интересовались? А должно быть много лет вместе служите. Спрашивали ли вы, что у них на душе? Молчите? Сказать то нечего.
- Хм. Здорово вы меня разделали...
* * *
- Ты всё-таки об этом никому не рассказывай.
- Обязательно расскажу! Еще мораль выведу!
- Это же какую мораль?
- Из кабинетного окна живая жизнь не так видна...
* * *
- Шура, Шурочка. Мне кажется, мы обе погубили свои жизни.
- Ничего подобного. Я, например, готовлю Федору вкусную еду и счастлива. Я обязана освободить Федю от мелочи жизни, от пустяков...
* * *
- Ах, Авель, Авель... Поверьте мне, дорогой, я бы вас тут же назначил военным министром, если бы вы, к несчастью, им уже не были! Очнитесь, профессор, и приступайте к работе! В самый кратчайший срок вы должны приготовить мне миллион таких комаров.
- Ваше величество, такое количество? Неужели вам их не жалко?
- Конечно, жалко, но, в конце концов, мы с вашей помощью сделаем новых комаров.
- Я говорю о людях.
- Люди будут детьми и родителями иностранных родителей!
- Ваше величество, но ведь люди, живущие на земле, почти все иностранцы.
- Кроме нас! Поймите, профессор, как только они взорвутся, оставшиеся невзорвавшиеся оцепенеют от страха. Как только они оцепенеют, их можно брать голыми руками. Вот так, за горло. И я буду вот так их держать, пока они не поймут, что находятся в надежных руках!
- Они поймут, Ваше величество.
- Как только они это поймут, мы внедрим в них нашу культуру и наш каинский образ жизни! Все люди станут богатыми! Кроме бедных...
* * *
- Возьмите все, что у меня есть самого дорогого! Оставьте мне только вещи, деньги и жизнь...
* * *
- Вот она. Господин генерал, это я задержал преступницу. Вот укушен при поимке.
- Я прикажу позаботиться о вас.
- Я не ради чинов и наград. Я ради спасения спокойствия.
- Ну что, хваленая кукла?
- Теперь их будут судить?
- Теперь их казнят.
- Ага.
- Кого?
- Тебя.
- Дурак.
- Первый раз в жизни жалею, что я не волшебник. Я превратил бы тебя в мотылька, чтобы ты могла отправиться домой. Кому нужна моя ученость, мои знания? Как лететь с земли до звезд, как поймать лису за хвост, как из камня сделать пар - знает доктор наш, Гаспар...
* * *
- Ты как сейчас с девкой-то разговаривал?
- А как?
- Любовь - это факт. Ты на что человека нацеливаешь?
- Ну? На жизнь.
- Жизнь? Это как понимать? Жизнь буржуи живут. А мы боремся! Эх, ты! А еще комиссар...
* * *
- Жениться решил.
- Ааа.
- Баба, как баба. Только что не красивая.
- Ишь ты!
- Да кому они нужны, красивые-то!.. Тощая она только у меня.
- Бываает!
- А кому они нужны, толстые-то?
- Вот и я говору!
- Любовь ведь она как: она ведь не смотрит красивый или дурной. Втюрился и конец.
- Вот и я говору!
- Глупа только, вот чего. Беседовать не об чем. А кому они нужны: умные-то? Одна канитель.
- Вот и я говору!
- Говору, говору! Собрали тут жмуриков! Об жизни поговорить не с кем. Не говоря уж об смерти...
* * *
- Ну если у них переходный возраст, то пора бы уже о вещах серьёзных задумываться.
- О смысле жизни что ли? Но это факт. Ну, факт! А у них тетрадочка по классу ходит. Девичьи тайны.
- Чего?
- Девичьи тайны.
- Ну и что?
- Знаешь, что они там пишут? Кто тебе нравится. А как тебе нравится артист Баталов. А одна девочка написала, что её сердце чуть тревожит, неясная девичья тоска, почему-то большому. Что придёт и властно обхватит...
* * *
Вихри кружились, вихри кружились, вихри кружились - жег огонь,
Чёрные крылья, чёрные крылья, чёрные крылья - красный конь.
В сказках добро побеждает зло,
В сказках героям всегда везло,
А в жизни бывает и "да" и "нет",
Может быть в этом секрет?..
* * *
- Все не могут жить вечно. Их просто некуда девать. Почему есть временные зоны? Почему есть налоги, почему цены вырастают в один и тот же день? Стоимость жизни растет, чтобы люди продолжали умирать. А как еще могут появиться люди, у которых в запасе миллионы лет? Не все знают, что времени достаточно. Никто не обязан умирать рано...
* * *
- Ты спас мне жизнь.
- Когда?
- Сейчас. И каждый день, что я с тобой...
* * *
- Здесь много способов лишиться жизни. Да и перед смертью бывают танцы...
* * *
- Летней ночи сон. Бесцельна Песнь моя и фантастична, Как любовь, как жизнь, бесцельна, Как творенье и творец...
* * *
- Муж у меня, сын большой. А вы как?
- А у меня никого.
- Как так? Разве можно?
- Выходит, что можно...
- Нет, я о другом говорю. С детьми полная жизнь, живешь хорошо сердцем...
- Бабьего счастья нет. В памяти есть такой уголок, в который никто не заглянет...
- А у других и того нет, а живут.
- Ты мужа любишь?
- Ну уж...
- Как так можно жить с человеком и вовсе не любить?
- Конечно люблю, уважаю. Врать не хочу... Чего к тебе было, к нему нет. В жизни я ни на кого другого не взглянула, в этом меня упрекнуть нельзя... Нет, не люблю я его. Разве можно дважды любить?..
* * *
- Хоть, любить в нашей жизни не просто, будем жить в этом фильме - любя!
- Я девицу люблю!
- Я - прохвоста!
- Ну, а я, извините - себя!..
* * *
- Случай с выступлением мы помним очень хорошо. И вот по какому поводу. Через два дня из колхоза ушел ее муж, а наш лучший плотник Митька, то есть Дмитрий. А она, видите ли, не помнит.
- Александра! Ушел по предположению нашего населения за вами, так как часто вслух повторял: вот это баба, вот это жизнь...
* * *
Женюсь, женюсь,
Какие могут быть игрушки?
И буду счастлив я вполне.
Но вы, но вы,
Мои вчерашние подружки,
Мои вчерашние подружки,
Напрасно плачете по мне.
Не плачьте, сердце раня,
Смахните слезы с глаз.
Я говорю вам до свидания,
Я говорю вам до свидания,
А прощание не для нас.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржетта,
Вся жизнь моя вами,
Как солнцем июльским согрета.
Покуда со мной вы, клянусь,
Моя песня не спета.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, м-м...Жоржетта.
Вся жизнь моя вами,
Как солнцем июльским согрета.
Покуда со мной вы, клянусь,
Моя песня не спета.
Женюсь, ах, женюсь,
И холостяцкие пирушки
Затихнут, сгинут без следа.
Но вы, но вы,
Мои вчерашние подружки,
Со мной останетесь всегда.
Не плачьте, сердце раня,
Смахните слезы с глаз.
Я говорю вам до свидания,
Я говорю вам до свидания,
Расставание не для нас.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жане..., Жоржетта.
Вся жизнь моя вами,
Как солнцем июльским согрета.
Покуда я с вами, клянусь,
Моя песня не спета.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жане..., ой...Жоржетта!
Вся жизнь моя вами,
Как солнцем июльским согрета.
Покуда я с вами, клянусь,
Моя песня не спета.
Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржетта,
Колетта, Полетта, Кларетта, Флоретта, ах....Мариетта!..
* * *
- О чем спор?
- Об отметках, конечно. Папа придает им большое значение. Он учился на пятерки, это сыграло важную роль в его жизни...
* * *
- Человек, однажды почувствовавший себя учителем, сделал свой выбор на всю жизнь...
* * *
- Ой, ты жизнь моя, горемычная. Меня все ругают. В родном коллективе, в родной пещере срамят...
* * *
- Так, чем занимаются девушки в свободное от отдыха время?
- Работаем.
- И?
- И учимся. В ногу с эпохой, как говорится, учимся у жизни, работаем над собой. Именно так.
- А мы с Игорьком тоже сознательные. Но мы коммерсанты и нигде уже не учимся...
* * *
- Дайте мне гильзу или пулю и я вам расскажу всю жизнь этого пистолета.
- Гильзы нет. Пули тоже нет.
- Значит, не стреляли. А может быть использовали не по назначению? Ну... Рукояткой по голове.
- Да нет, внешних следов нет. Следы только от пожара.
- А внутренние?
- Внутренние? Ну какие могут быть внутренние, если внешних нет? Пуля без дырки не войдет.
- Эээ... У нас же есть рот, нос, уши - естественные, так сказать, отверстия...
* * *
- Да как же это может быть?
- Я вам должен объяснить, господа, что Шульц купил свою собаку Эмму значительно раньше, чем он познакомился со своей женой Эммой, и когда он женился, у него, как вы сами понимаете, начались из-за этого всяческие недоразумения.
- Я уже ничего не понимаю, какие недоразумения?
- Но ведь это очень просто! Ну, скажем, Шульц сидит один у себя в комнате, ему скучно, он хочет позвать свою жену или собаку. Естественно, он кричит: "Эмма!". И что же получается?
- И что же получается?
- Собака думает, что зовут жену и не трогается с места, а жена думает, что зовут собаку и тоже не идет. Представляете, какая у него началась семейная жизнь. Ну, терпел он, терпел и решил переименовать собаку и назвал ее Гектором.
- Но Гектор - это же мужское имя!
- Мужское!
- Мужское, да мужское.
- Ну?
- Но ведь Шульц как рассуждал?
- Как рассуждал Шульц?
- Если он даст собаке женское имя, ну, скажем, Альма, то что ждет его в будущем? А? Характер у него тяжелый. Жена может от него уйти. А собака - никогда. С другой стороны, человек он молодой и может жениться во второй раз. Где есть гарантия, что его новая жена не окажется тоже Альма? А? Где гарантия? Поэтому он и дал собаке новое мужское имя. Но собака, очевидно, этого не выдержала и сдохла. Сдохла Гектором, будучи, по существу, Эммой...
* * *
В Испании, в Испании, в Испании.
В почёте высшие образования.
И все родители хотят
Узреть своих любимых чад.
В учёном звании!
У нас в Испании,
У нас в Испании, в Испании, в Испании,
У нас в Испании...
Учёные, педанты и фанатики.
Риторике нас учат и грамматике.
Зубрило - он не пьёт, не ест,
Поставил он на жизни крест.
Уже заранее!
У нас в Испании,
У нас в Испании!
У нас в Испании, в Испании, в Испании!
У нас в Испании!
А нам постыли диспуты и лекции.
Они вредны для духа и комплекции!
Мир так хорош и так широк,
И столько разных в нём дорог.
Мы ждём свидания!
С тобой, с тобой, Испания!
С тобой, Испания!
С тобой, Испания, Испания, Испания!
С тобой, Испания!
С тобой Испания, Испания, Испания!
С тобой, Испания!..
* * *
- Простите за любопытство, зачем вам понадобилась голова купидона?
- Всю жизнь меня тянуло к прекрасному. Не смог устоять...
* * *
- Если бы нас кто-то подслушал - это же белая горячка.
- Нет, мы вступаем в интересную полосу нашей жизни.
- Ну что же, начнём! Итак, что же в нем хорошего: а) ум - в высшей степени проблематично; б) душа - потёмки; в) характер - зигзагами. Что еще?
* * *
- Думаешь, не взял деньги и чист? Ошибаешься, ты наш. Понял? И возьмешь ты деньги или не возьмешь - это значения не имеет. При случае срок тебе всё равно обеспечен. А заявишь...
- Ну, говори, говори.
- Ну, заявишь - я за твою жизнь не поручусь...
* * *
- Жизнь-то примечай. Ну, так чего увидишь или услышишь, запоминай. Узелок на память завяжи. Ну, там глядишь и поумнеешь...
* * *
- Сокровища Агры на катере?
- Уверен.
- И мы овладеем этими сокровищами?
- Двух мнений быть не может.
- И мисс Морстон станет самой богатой невестой в Англии?
- Я постараюсь добыть эти бриллианты для нее.
- Это ужасно.
- Вы переутомились, Ватсон.
- Если мы найдем их, мисс Морстон будет навсегда для меня потеряна. Отставной хирург на половинном жаловании в поисках богатых невест.
- Не огорчайтесь, друг мой. Ничто так не утешает, как музыка.
- И все-таки чтобы разыскать эти проклятые сокровища я готов посвятить этому жизнь...
* * *
- Как странно в жизни, Реваз. Сорок лет назад Кротов предал раненого политрука Георгия Георгиевича Козела. И через сорок лет его отец Георгий Петрович Козел дернул за веревочку и развязал этот узел...
* * *
- Станислав Сергеевич, а как, всё-таки, жизнь с ощущением бессмысленности происходящего?
- Это я должен спросить у вас.
- У меня?
- Да, у вас.
- Искусство. К сожалению, физика на этот счёт, ответа не дает...
* * *
- Ты знаешь, наша планета, она действительно для веселья оборудована плохо. И когда нас сочиняли, родители нас не спрашивали – хотим мы сюда, не хотим. А здесь по большей части – грустно. Так вот, я вдруг понял, что единственное оправдание человеческой жизни – это помочь другому человеку. Помочь, чтобы он не так мучился. Вот. Всё...
* * *
- Вы чьё, старичьё?
- Иду-иду.
- Иди скорее, опоздаем.
- Ничьё мы старичьё, ничьё. Никому не нужны.
- Чего ты врёшь-то? Почему никому не нужны?
- Дырок много понаделали, сквозняк. Ввыдувает всё из нашей жизни, сам же говорил...
* * *
- Всё, что сделал создатель, не приспособлено для человеческой жизни, да? Чтоб вычленить из этого пространства гостиную, необходимо потратить массу времени и сил. А сам человек... Я потратил всю жизнь на то, чтоб хоть как-то пробить его жалкие дни на холсте Лембрана. И что же? Кто оценит мои труды?
- Судя по всему, у вас европейская известность.
- Вы меня извините, господин Грилье, но вы - дилетант... При чем тут моя известность, если всё летит в тар-тара-ры?
- Почему же?
- Да потому!
- Потому что я не могу быть во всех местах сразу. Вы знаете, этого, с нимбом на голове? Ну так вот, мы с ним соперники. Только никому об этом! Он сделает, а я доделываю... Ну, например, сделает этот дом и наполнит его мокрицами и лягушками. А я подведу сюда камин и все мокрицы исчезнут от тепла. Понимаете?
- Пытаюсь понять...
- Ни черта вы не понимаете!
- Или, например, сделает человека. Глянцевая кожа, античное создание... И что же? Этот Антиной умрет в одночасье от какой-нибудь лихорадки...
- А Вы, что же, умеете лечить лихорадку?
- Мое ремесло - не лечить, а сделать этого Антиноя так, чтоб никакая лихорадка не была ему страшна. Впрочем, этот, с нимбом, он всё время меня обыгрывает. Пока он сильнее...
* * *
Ещё целых два часа жизни
Вот задача! Как их убить?
Теперь и место есть и время
Былое вспомнить не спеша.
Ах, поделиться бы со всеми,
Как жизнь чертовски хороша!
Листва под солнцем золотится,
Синеют ярко небеса,
Приятно жизнью насладиться,
Когда до смерти два часа!
Пускай неведомое близко
И смерть уже в глаза глядит,
Цыганка с площади мадридской
Мне душу сладко бередит.
Перед моим витает взором
Ее небесная краса,
Жизнь продолжается, сеньоры,
Еще осталось два часа!
* * *
- Жизнь, она как театр. Чем просто как себе ты подыхаешь на сцене и вождь тебе аплодирует. Не дай Бог! Не дай Бог, если ты не с ними, тогда ты говно. Всё так тяжко. Всё так и больно как-то, и всё не так, всё не то. Всё равно больно и тяжело одному. Как с этим жить?..
* * *
- Мужики, а давайте создадим партизанский отряд?
- Ну все, нажрался.
- А за что бороться?
- А ни за что!
- Ну тогда против чего?
- Как против чего? Ты что? Против всего! Ну, против экологии, против алкоголизма, против искажения истории, против низкого уровня жизни. Против бюрократов.
- Да, против бюрократов.
- Против равнодушия.
- Правильно, против равнодушия.
- Против нигилизма надо бороться.
- Точно!
- За свободу.
- За правду надо бороться, мужики!
- Чтобы народ не убивали.
- Против бескультурья.
- За наш пот, кровь и слезы.
- Чтобы письма доходили.
- За победу! За победу!
- Ура!!!
- А оружие?
- А вы так.
- Без оружия?
- Ну!
- Тряпками закидаем, мужики.
- Кто за? Прошу поднять руки...
* * *
- Вы должны завести любовника. Но кого?
- Я уже решила! Вы не понимаете, о чем вы говорите! Вы предлагаете воплотить в жизнь мои самые дикие сны!
- Я надеялась, что вы, что-то испытываете ко мне.
- Испытываю? Первый раз, когда я увидел вас в окне... Я даже могу сказать, в чем вы были одеты! Я помню всё! Но, Ваше Высочество...
- Называйте меня Екатериной! Григорий, если мы станем любовниками, так будет правильно.
- Но для меня вы всё, что только может пожелать мужчина... Полюбить...
* * *
- Хорошая юбка может и жизнь спасти. Запомните это, девочки...
- Её посадят за то, что она сбросила человека с обрыва. Немного не того, кого хотела, но есть нечто поэтичное в таком правосудии...
* * *
- Отлично покатались сегодня!
- Скучаешь по старой жизни?
- А ты?
- Каждый день...
* * *
- Долго это слушал?
- Вполне достаточно, чтобы понять, что ты в прослушке хорош.
- Блин. Когда ты официально сдох, то свободного времени больше, сечёшь?
- Жизнь жестока...
* * *
- Большое вам спасибо за ваш очень щедрый вклад в виде слитков из чистого золота. Жизнь стала бы намного проще, если бы больше людей платили золотом...
* * *
- Прежде ни одна экспедиция не заходила так глубоко в джунгли Амазонки. Во время нашего путешествия, границы между жизнью и смертью, прошлым и настоящим исчезли. Я видел невероятное. Зачарованные дельфины, преследующие человека во снах. Бессмертные конкистадоры, обречённые на четырёхсотлетнее заточение в джунглях. Племя, вождём которого была женщина... Нет! Она отлично правила. Суть в том, что путешествия такого рода ещё никогда не было. Приключение, поистине достойное этой Ассоциации. Но достойна ли эта Ассоциации нашего великого приключения? Видите ли, мы искали Слёзы Луны не для того, чтобы написать об этом в журнале для кучки сварливых старых пердунов. Моя сестра, ставшая штатным профессором в Кембридже, попросила вежливо отклонить ваше предложение вступить в Ассоциацию от её лица. Что я и сделаю. Только не вежливо. Джентльмены, можете взять ваше приглашение и засунуть куда поглубже в свою Ассоциацию!..
* * *
- Ты наказан!
- Да, наказан!
- На два... Три!
- На три дня?
- Недели!
- Недели! Три недели! На три срока! Наказан?
- Ты останешься тут с братиком и не выйдешь из дома, пока вы не научитесь ладить!
- Чудесно.
- Тогда я впервые оказался за решёткой. В тюряге. В камере. На всю жизнь. Минуты превращались в часы, а часы - в дни. У каждого из нас есть предел прочности. Я дошёл до своего...
* * *
- Поверьте мне, вы должны быть агрессивными, если хотите вырваться вперед. Поднимитесь по корпоративной лестнице пока вы не станете последним ребенком, стоящим наверху.
- Ух ты. На самом деле, я отдаю приоритет хорошему балансу работы и личной жизни. И позитивная среда, в которой ценятся мои идеи.
- О, ты серьезно. Ты забавный, дядя Тед...
* * *
- Знаете что? Это будет действительно красивая история, Линди. Отчаянная, маленькая сломленная принцесса мстит за смерть возлюбленного, а потом лишает себя жизни...
* * *
- Наверняка тот чувак был неудачником, ненавидевшим жизнь так же, как и мы. Только он подумал: "Может, свалить отсюда навсегда? И прихвачу-ка я с собой Хезер и еще пару лоботрясов из молла".
- У него сорвало крышу не из-за злой мертвой ведьмы. Его свел с ума город, и это единственная причина!..
* * *
- Она умерла в этом доме при загадочных обстоятельствах в возрасте двадцати шести лет.
- Сколько же людей умерло в моём доме!
- Ну что ты. Не стоит думать об этом в таком ключе. Для нас дом, в котором живет дух, сродни благословению. Он охраняет врата между мирами и проведет нас в загробную жизнь, когда настанет наше время. Этот дух — словно ангел-хранитель...
* * *
- Ты же такая бунтарка, никто тебе не указ, кроме какого-то лошары, что пофлиртовал с тобой в магазине.
- Со мной нельзя так говорить. Я твоя мать, и я тоже человек, и мне одиноко, и хорошо, что я кому-то нравлюсь.
- Чудно, тогда иди и наслаждайся своим салатом, а я тут посижу, пока моя жизнь летит к чертям.
- Что летит к чертям?
- Ничего...
* * *
- Они отменяют его условно-досрочное освобождение.
- Разве вы не хотели, чтобы вы по-прежнему сажали таких парней в тюрьму, вместо того, чтобы держать их подальше?
- Я не скучаю по жизни из обувной коробки в Бирмингеме в дешевых костюмах. И я не скучаю по тому, чтобы делать грязную работу остальных. Здесь все остальные делают за меня грязную работу...
* * *
Ты был моей жизнью,
Но жизнь далека от справедливости.
Глупо было любить тебя?
Безрассудно было помогать?
Было очевидно для всех остальных?
Что я купилась на ложь?
Ты никогда не был на моей стороне.
Обмани меня раз,
Обмани меня дважды.
Ты смерть или рай?
Ты никогда не увидишь, как я плачу.
Не время умирать...
* * *
Помни: не приближайся
Слишком близко к звездам.
Они никогда не дадут тебе
Такую любовь, как наша.
Куда ты ушел?
Я должна знать, но тут холодно,
И я не хочу быть одна,
Так что покажи мне дорогу домой.
Я не могу потерять еще одну жизнь!
Быстрее, я волнуюсь.
Слегка размытый мир,
Или, может, дело в моих глазах...
* * *
- Когда жизнь прожита, как мы оцениваем себя?
- Лански научил меня тому, что в жизни важна лишь одна оценка. И это то, какими нас видят наши любимые люди...
* * *
- Лански всю жизнь пытался контролировать игру, но под конец жизни он понял, что главную игру - жизнь, контролировать нельзя. Попытаться можно, но казино всегда в плюсе.
- Возможно, иногда людям нужны небольшие победы...
* * *
- Чувак, я не могу быть полностью нормальным с моральной точки зрения. Я убиваю людей, чтобы заработать себе на жизнь, плохие люди, заметьте, но всё же я никогда не притворяюсь кем-то другим...
* * *
- То есть вы неделю проводите здесь с нами. Так понятнее. И бонус, время от времени кто-то узнаёт, что всего неделя отделяет его от опыта, который изменил его жизнь. Моя любимая часть.
- А я считал вас забавным парнем, помешанным на «Храбром сердце».
- Ты прав, я забавный и люблю «Храброе сердце»...
* * *
- Я всю жизнь провел в исканьях, будто знал всю дорогу, что любовь - ответ в море вопросов...
* * *
- Если нет другого измерения, то как можно объяснить, что каждая религия с момента зарождения человека верит в жизнь после смерти? Кроме того, они говорят об общении с умершими родственниками или богами...
* * *
- Некоторые думают, что жить в глубине - безумие. Я думаю, что это они безумны. Не я, а они. Тут жизнь хорошая, простая. Вдали от суеты и шума, всего, что не нравится...
* * *
- Когда я был маленьким мальчиком, моему отцу подарили тигрёнка. Маленький такой тигрёнок, хорошенький. Мы все его очень любили. Он жил у нас в клетке. Однажды отец сказал мне: "Владлен, полезай в клетку, поиграй с тигрёнком". А я не полез, и отец назвал меня трусом, и ударил меня. А я всё равно не полез. Через неделю тигрёнок загрыз домработницу и отцу пришлось его пристрелить.
- Чему нас учит эта история?
- Чему? Ничему! Тому, что жизнь — говно! Закрыл глаза — и тебя трахнули!..
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |