* * *
- Быть может, не все, о чем мы собираемся рассказать, было именно так в действительности. Это не хроника и не протокол. Но подлинными являются чувства, мысли, поступки людей и события, которые принадлежат уже истории...

* * *
- Не нравятся мне эти срочные вызовы перед тридцатиминутной готовностью...

* * *
- Типичный визит-эффект, отказ прибора в присутствии руководства...

* * *
- Статистика ни при чем. Существует факт. Пойми, Андрюша - факт...

* * *
- И вообще, где предел количеству испытаний на земле? Кто его установил?..

* * *
- По законам космической подлости наиболее вероятно событие, которое наименее желательно...

* * *
- Космос - это одно, испытательный стенд - совершенно другое. Условия стенда не соответствуют полету.
- А почему не соответствуют? Что у вас за стенд? Денег вам не дали, что ли?
- Уж не по вашей ли милости пускать корабль за бугор?..

* * *
- Стопроцентную гарантию дает только страховой полис...

* * *
- Интересно у нас получается: как работать, так всем коллективом, а как расхлебывать - мне одному.
- Ты главный, вот и неси свой крест...

* * *
- Ну подумаешь, отложили. Велика беда.
- Для меня велика...

* * *
- Все должно быть перепроверено и архинадежно. Нельзя же швырять в космос миллионами. На самоокупаемость ты не перешел...

* * *
- Космос не покоряют на стендах! Для этого надо летать!..

* * *
- Время - вот что невосполнимый ресурс. Дело не в приоритете, черт с ним, наконец. Но этой работой мы открываем дорогу новому направлению в космосе. Эта программа на много лет, а мы торгуемся из-за какого-то пуска!..

* * *
- Я полечу в Москву.
- Когда?
- Если не возражаешь, сейчас.
- Ну что ж, запретить тебе я не могу. Но не советую. Ты неправ. Завтра проснешься и поймешь, что сегодня ты был неправ.
- Может быть, я завтра и пожалею об этом, но сегодня полечу...

* * *
- Знаешь, где мы находимся? С этого города я начинал, отсюда уехал мальчишкой. И было мне тогда девятнадцать лет. А что если нам махнуть туда сейчас? Времени у нас вагон. Побродим по старому пепелищу... Подышим дымом отечества, который, как утверждают, и сладок, и приятен. -Ну давай. Я позвоню в местный обком, пусть пришлют дежурную машину.
- Не надо. Домой не возвращаются на белом коне. Домой принято приходить в рубище...

* * *
- Воспользуемся древним как мир способом.
- А именно?
- Стрельнем попутного левака...

* * *
- Андре-е-ей! Андре-е-ей!
- Чего орешь? Сдурела?
- Почему мне ничего не сказал?
- А что я должен был сказать?
- Что уезжаешь.
- Ну и что? Ты тут при чем?
- Если уедешь, умру...

* * *
- Андрей, а можно я поеду с тобой?
- Можно, только сперва подрасти.
- Я уже подросла на три сантиметра.
- Опять подрасти.

* * *
- А зачем ты едешь в Москву?
- Что ты устраиваешь базар? Я сконструировал самолет. Аэроплан. Понимаешь? С электромотором, который будет питаться от батарей. Ясно?
- Ясно.
- Что тебе ясно?
- Зачем ты едешь в Москву? Не пущу...

* * *
- Значит, скоро на Марс?
- Скоро, в известном смысле.
- В этой пятилетке у нас по плану?..

* * *
- Оглянитесь вокруг. Ведь мы только начинаем. Чем мы работаем? Лопатами, грабарками, экскаваторами, купленными за границей. И это всего-навсего металлургический комбинат. А для междупланетной ракеты представляете, что нужно? Промышленный потенциал, промышленная культура нужна. Ракета - это не трактор, не трамвай. Ракета - это ракета...

* * *
- Получается заколдованный круг. Чтобы осуществить космический полет, нужны средства, которые без общественного признания получить невозможно. Но с другой стороны, только полет и может обеспечить это признание. Под космический полет никто денег не даст. Таких чудаков нет.
- А подо что дадут?
- Под что-нибудь реальное.
- Что может быть реальнее космического полета?
- Например, самолет, у которого вместо мотора ракета. Это понятно всем.
- Но меня не интересуют самолеты.
- Напрасно. Я бы на таком полетал...

* * *
- Здесь все правы. При обычном полете реактивный аэроплан убыточнее поршневого в пять раз. Вот мы здесь напишем пятерочку. Но стоит набрать высоту и выйти туда, где плотность воздуха в четыре раза реже, как реактивный аэроплан вдвое увеличивает скорость, а убыточность сокращается пополам. Было пять - стало два с половиной. Естественно, с минусом. Зато на высоте, где среда реже в сто раз, реактивный аэроплан просто вдвое выгоднее поршневого. Таким образом, Андрей Ильич, реактивный аэроплан, завоевав стратосферу, вытеснит поршневой. А меня у нас подняли на смех.
- К этому следует привыкать. Я уже давно привык. Я здесь просто хожу в городских сумасшедших. Рутине, слабости мысли, как, впрочем, и Вселенной, не существует границ. Коперника сочли еретиком и поволокли на костер. Но, слава богу, теперь не сжигают, а то меня непременно ждала бы та же самая участь, а это было бы крайне неприятно. Спасибо. Неприятно.

* * *
- Пока еще люди слабы. Но когда-нибудь они поймут, что судьбы земных существ зависят от судеб Вселенной. Космос бесконечно значительнее Земли. По своему объему, массе, времени. Перед человечеством великая цель - достигнуть пустых миров и заселить их разумными существами...

* * *
- С Испанией дело табак. Чувство неопределенности у меня исчезло.
- Неужели будет война?
- Она уже началась. С Испании. А ты тут занимаешься всякой ерундой, какими-то мифическими самолетами. Быть или не быть нам на земле - вот как встанет вопрос...

* * *
- Толя, милый, с тех пор как я познакомился с Циолковским, определилась вся моя жизнь. Навсегда. Это завтрашний день.
- Может быть. Но не надо забывать о сегодняшнем. Он еще напомнит нам о себе...

* * *
- Не имеете права рисковать головой.
- Сами-то небось не из парка культуры едете. И потом, моя голова принадлежит мне.
- Ошибаетесь.
- Ну это уже схоластический спор.
- Горяч, сукин сын!..

* * *
- Послушайте, а не сообразить ли нам чайку? У меня случайно лимон завалялся.
- Лимон - это хорошо. У вас случайно не завалялось хлеба? Я бы поел...

* * *
- Мама, поедем со мной, а? Как же можно здесь жить?
- Все так живут. Страшное позади...

* * *
- Батюшки! Вот это двигатель! Судя по критическому сечению, солидный. Тяга не менее двадцати тонн. Это, вероятно, немецкая Фау.
- Очевидно. Не вдохновляет?
- К чему эти беспредметные разговоры? Ну, допустим, вдохновляет. И что? Для меня это уже несбыточная мечта.
- А если несбыточную осуществить? Попробовать потихонечку.
- Попробовать? А вы представляете, что значит попробовать?
- Представляю в общих чертах.
- Потом, скажите мне, зачем? Немцы обстреливали ракетами Лондон. Мы же не будем обстреливать Берлин?
- Да нет, мы просто не успеем. Никто не ставит таких задач. А немцам ракеты уже не помогут. Они проиграли войну, с ракетами или без.
- Тогда тем более нет смысла.
- А разве существуют только военные цели? Долго ли еще продлится война? Наступит же послевоенное завтра. Об этом надо думать сейчас.
- Как - сейчас? Вы шутите?
- Не шучу. Начнем заниматься ракетами...

* * *
- Это ваша личная точка зрения?
- Какая разница, чья? Поверь, что это авторитетная точка зрения...

* * *
- Я учился у Циолковского и Кондратюка. Мне учиться у Брауна нечему...

* * *
- С кем ты споришь! Если бы ты знал, с кем ты споришь!
- Не знаю и не желаю знать! Мне это неинтересно!
- Неубедительный аргумент. Что ты намерен делать конкретно?
- Ничего. Возьму и уйду.
- Куда? Что ты хреновину порешь? Встал в позу. Античный герой! Тоже мне, непонятый гений. Для него по копейкам рубли собирают, пол-России в развалинах, люди спят в землянках, жрать нечего, землю пахать нечем. А он, видите ли, "уйду"! И уходи. Уходи! Плакать не станем! Обойдемся как-нибудь и без тебя...

* * *
- Товарищ главный конструктор, кому кроме вас разрешается на старте курить?
- Что уж теперь, курите все, к чертовой матери...

* * *
- Разрешите, товарищ Сталин.
- Что вы хотите сказать? Ваша позиция изложена Логуновым. Я его докладную читал.
- Управляемыми ракетами у нас еще пока не занимался никто.
- Говорите по существу. Я знаю, кто у нас чем занимался.
- Хорошо. Только я прошу, если можно, не сбивать меня, мне и так трудно сосредоточиться.
- Продолжайте, я помолчу...

* * *
- Вы желаете что-нибудь предложить?
- Одного моего желания мало.
- Желание тоже великая вещь...

* * *
- Вас не тревожит моральная сторона?
- Меня тревожит одно: как в случае необходимости все это доставить в любую точку земного шара...

* * *
- Страшна не физика, а авантюристическая игра. Не наука, а использование ее подлецами. Это банальная истина, мне совестно вам ее повторять. Неужели вы не понимаете, что всё это только ответный шаг?
- Да, но мы-то проповедники самых гуманных идей - и вдруг нате вам эта кошмарная бомба.
- Вы касаетесь моральных аспектов войны. Наука не оперирует подобными категориями. Наука - исследование, предположение, эксперимент. Попробую ответить вам как гражданин. Когда наука совершает рывок и открывает возможность для действий, затрагивающих миллионы людей, возникает необходимость переосмыслить нормы морали, чтобы поставить эти действия под контроль. Но ничего похожего не произошло. Скорее, наоборот. Вы вдумайтесь. Речь Черчилля в Фултоне. Военные базы, бомбардировщики вдоль наших границ. Намерения предельно ясны. Науку превратили в орудие шантажа, в главный, решающий фактор политики. Неужто вы думаете, что их остановит мораль? А если дело обстоит так (а оно обстоит именно так), приходится разговаривать на их языке. Да, я знаю, оружие, которое создали мы, является инструментом насилия. Но нас вынудили его создавать во избежание более отвратительного насилия...

* * *
- Вы знаете легенду о четырех великих факирах? Ты не знаешь?
- Не знаю и не стремлюсь узнать.
- А напрасно. Любопытно. Они хотели удивить мир. Первый взял несколько палочек и превратил их в костяк. Второй нарастил плоть, третий облек кожей, четвертый вдохнул жизнь. Но создание, которое они сотворили, оказалось огромным тигром.
- В чем же мораль?
- А морали нет, потому что всё это глубоко аморально. Кстати, тигр сожрал всех четверых...

* * *
- Создается странное впечатление, будто все мы за войну, за всеобщее уничтожение человечества, а вы пытаетесь нам помешать. Согласитесь, что это смешно.
- Возможно. Но я бы на вашем месте...
- Каждому лучше быть на своем...

* * *
- Считается, например, что проще всего управлять государством. У каждого готовый совет, как бы он поступил на твоем месте. А когда ты на этом месте сидишь и на плечах ответственность за миллионы людей, за их жизнь...

* * *
- Ну что ж, иногда и неудачи бывают полезны...

* * *
- Иногда необходим и господин Случай. Ньютон увидел, как падает яблоко, но он был готов к тому, чтобы из этого обычного явления вывести великую истину...

* * *
- Ракета, которую мы сейчас делаем, почти уже не нужна. Еще не родившись, она уже устарела. В космос на этой ракете не полетишь. А мне нужен космос. Космос! Космос! Космос! И уже попутно решение оборонных задач. Одно не исключает другое...

* * *
- Андрей, ты велИк!
- Эти идеи продаются.
- Как это? Кому?
Тебе, в обмен на твою поддержку. Двигатель-то надо будет начинать с нуля.
- Ах вот оно что. Приятный сюрприз! Сам понимаешь, что ты говоришь, что предлагаешь? У нас уже всё в синьке. Рабочие чертежи, половина в металле. Полтора года работы псу под хвост?..

* * *
- Ты последний болван! Ты посмотри на себя! Ты думаешь, у тебя двадцать жизней? На, жри валидол!..

* * *
- Ты когда последний раз отдыхал?
- Не помню.
- А в театры ты ходишь, книги читаешь?
- Ты знаешь, Женька, я не могу себя заставить читать! Мне скучно. Я читаю, а думаю о другом. Мой мозг превращается в какую-то машину. Боюсь. Я все время чего-то боюсь. Ничего еще толком не сделано, ничего не доведено до конца.
- Не морочь голову, ты немало успел.
- Ай, кой черт немало! Половина жизни ушла только на то, чтобы подступиться к главному. Подступились, а жизнь уже почти вся. А главное только еще впереди. Поди-ка возьми его, дотянись...

* * *
- Ты понимаешь, что придется создавать новый старт, новую систему управления?
- Понимаю. Все придется делать заново.
- Но ведь это ужасно!
- Правильно, это ужасно. Это фантастически заманчиво!..

* * *
- Обратите внимание! Здесь мы частично возвращаемся к поперечной схеме. Две ступени продольно, и на них поперечно третья ступень.
- А зачем третья ступень?
- Зачем?.. Вы представляете, что такое искусственный спутник Земли? Это не все. Это космический корабль с человеком, который мы выведем на орбиту. Но это еще не все! Мы достигнем Луны, Марса, Венеры! Все это сделает третья ступень!..

* * *
- Все верно! У людей определенный настрой, у людей выработалась инерция мышления. Ничего не поделаешь, придется ломать. Переступить через психологический барьер.
- Легко советовать. Научи!
- А чего учить? Скажи им правду...

* * *
- У нас что ни шаг - бумагу подай. А если без бумаги? Если на собственный страх и риск? По государственному. Мы государственные деятели или нет?..

* * *
- Ты понимаешь, куда вы нас завели?
- Но ведь я предлагаю оптимальный вариант!
- Два года назад на этом же месте ты говорил то же самое!
- Я помню, всё было именно так. Вы правы. Два года работы закончились неудачей. Два года назад мы пошли на риск, фактически не имея резервов. Бумаги были, много бумаг! Но бумаги не гарантируют от ошибок...

* * *
- Если вы сейчас меня не поддержите, ошибка конструктора перерастет в ошибку военного и политического руководства...

* * *
- Кажется, начинает признавать ошибки. Это прогресс...

* * *
- Это Винер, кажется, как-то сказал, что даже человеческое существо можно переправить по телеграфу, но трудности, возникающие на этом пути, значительно превышают наши возможности...

* * *
- А что, если возьмут да забросят?
- Забросят или нет, а вот насколько это нас отбросит по срокам?
- Полтора, максимум два года.
- Значит считай все три. Как я об этом у себя доложу?
- Да, я тебе не завидую...

* * *
- Ох, не наломать бы дров.
- А ты не бойся. К этим двигателям хоть забор привяжи - и он полетит...

* * *
- Ну что?
- Послал.
- На консультацию к ней?
- Значительно дальше...

* * *
- Ну что ж, Андрей Ильич, поздравляю вас с первой победой, с первым успехом. Ну задание-то по программе выполнено в основном. Ракета со старта ушла. Красиво ушла, отлично. А что она пожелала вернуться на старт - это ее личное дело...

* * *
- Молодец! Отлично летал!
- Нормально.
- А в космос полетишь?
- Полечу, если керосина хватит...

* * *
- Авария на аварию не похожа - вот что убивает меня. У каждой неудачи своя причина. И главное, не видно конца.
- Поймите мое положение, Андрей Ильич. Мы никого не наказываем, но так же нельзя. И с нас спросят. Работают министерство, заводы, институты, в КБ тысяча человек, а ракеты-то нет. Ракеты фактически нет. Как все прикажете квалифицировать? Чем все объясните?
- Недомыслием.
- Чем? Повторите.
- Пожалуйста. Недомыслием. Это неизбежный этап, это будни, в этом наша работа. Тебе не терпится скорее получить результат. И мне тоже, но так не бывает...

* * *
- Извините. Если бы мы занимались чистой наукой... Но речь идет об обороне страны, и в первую очередь нам нужен надежный носитель, а потом спутники, космос, сообщения ТАСС и все, что вам будет угодно...

* * *
- А с чего это ты решил, что мы застрахованы от неудач? Получается, что только "Атласы" могут взрываться на старте, и это считается в порядке вещей. А у нас тишь и гладь! Нет, взрываются и у нас. Берут и взрываются. Идет процесс познавания, его не ускорить ничем. У человечества подобного опыта нет!..

* * *
- Мой товарищ Морозов честно делает свое дело, а ты и твои друзья просто помешались на космосе. Ни о чем другом знать не хотите!
- Опомнитесь, товарищ. Освоение космоса не моя дурацкая блажь, и не понимать это могут только ограниченные люди! Извините, я лучше думал о вас, простите!..

* * *
- Ты тоже хорош. Правильно распределил с ним функции. Как удача, так бежишь докладывать ты, а как авария, так предоставляешь это право Башкирцеву...

* * *
- Ну, во-первых, всем огромный привет из Москвы.
- А кроме привета?
- Ничего. Всё.
- Как всё? А по поводу неудач?
- В этом разбирайтесь сами. Кто за вас станет разбираться?
- И оргвыводов никаких?
- Вывод один - надо работать!..

* * *
- Чего вы не поделили? Столько лет вместе, заодно и вдруг...
- Не вдруг! Кроме задач чисто военных существуют еще общечеловеческие!..

* * *
- Мне нужен ракетно-ядерный щит, а ему - освоение космоса!
- Ему, мне... Ты тоже не прав. Нам нужно и то, и другое. К чему эти противопоставления?
- В результате ракеты-то нет!
- Будет.
- Когда? Назови срок!
- В течение года.
- Конкретней.
- Четвертого октября! Тебя это устраивает?..

* * *
- Да, жаль ты вылил коньяк. Вчера в ЦК обсуждались перспективы будущего. Имеется в виду космонавт.
- Космонавт?
- Угу. Не завтра, не через год, а годика через четыре...

* * *
- А что, если мы рекомендуем его? В качестве космонавта.
- Для космонавта он староват, и комплекция грузновата, а вот председателем Госкомиссии, думаю, подойдет...

* * *
- В каждом деле необходим скептик. Это вносит здоровый баланс...

* * *
- Послезавтра с общим видом ко мне. Пятого мая мне нужен спутник в металле.
- Пятого мая?
- Да, братцы. А что? В ваши годы я спал через день.
- Прощай, личная жизнь...

* * *
- Сеня, здравствуй. Да, это я. Тебе поставили телефон не для того, чтобы ты им постоянно пользовался и трезвонил, в частности нам. Нет, решать буду я один, а они должны думать! Понимаешь, думать! В этом их основная работа, а на бумажках да на звонках не полетишь. Понял?..

* * *
- Андрей Ильич, Минаев.
- Я же тебе сказал, что меня нет! А ты ему что сказала?
- Я сказала, доложу.
- Я тебя выгоню!..

* * *
- Как вы смеете ее оскорблять? Она ведь не может вам ответить...

* * *
- Вашингтонский корреспондент передает: "90% разговоров об искусственных спутниках Земли приходилось на долю США, а как оказалось, 100% дела пришлось на долю России"...

* * *
- Страшно вдруг обнаружить, что ты один. В молодости все просто, все нипочем. С возрастом это оборачивается сложней. Черт возьми, зачем же я тебе все это говорю?..

* * *
- Господи, до чего же я знаю тебя. Я знаю каждую твою клетку. Главное в твоей жизни там. Попробуй лишить тебя дела - и ты умрешь...

* * *
- Я хочу остаться здесь, честное слово. Ну хоть до утра.
- В данном случае важно, хочу ли этого я. А я этого не хочу.
- Ну что ж, по крайней мере прямо и ясно...

* * *
- Андрей Ильич, это будет мужской разговор. Два года назад мы расстались с мужем, и я живу совершенно одна. Так. Ну а в чем ваш вопрос?
- Выслушайте меня до конца. У вас можно курить?
- Курите, пожалуйста. Для чего вы пришли? вы же отнимаете у меня время.
- Вы живете один, я тоже живу одна. Почему бы нам не жить вместе? У нас общая цель, нас связывает работа. Это ясно, ясно. Неясно одно: как я должен к вам относиться?
- Вполне достаточно меня уважать.
- Вы считаете, что этого достаточно?
- Я взрослый самостоятельный человек, вполне независимый морально и материально. Господи, что я несу? Почему вы не выгоните меня? Как можете слушать эту пошлятину?! Неужели вы не видите, что я люблю вас? Вы, старый, слепой чурбан! Простите меня. Простите...
- Ну успокойтесь. Слышите? Да я не стою того. Вы умница, вы прекрасная женщина.
- Простите меня. Простите меня.
- За что же мне вас прощать? Все это понятно... и грустно. А мне нечего вам сказать...

* * *
- Когда теряешь друзей, умирает частица тебя...

* * *
- Дурак ты. Старый дурак! И выходки у тебя дурацкие. Я серьезно говорю. Ну куда ты денешься от меня? Мы с тобой старики, Женька, в буквальном смысле. За спиной целая жизнь, и какая. Разве плохо тебе со мной? Смотри-ка, уже академик. А это что у тебя там? Смотри-ка, Золотая звезда...

* * *
- В шесть часов засекли над Памиром.
- Чей?
- Без опознавательных знаков, и радиосвязи не держит ни с кем.
- Высоко?
- Двадцать две тысячи метров. Зенитки и истребители не могут достать. Хотят попробовать ракетой. Твоей...

* * *
- Ты что вертишься? Что-нибудь случилось?
- Ничего.
- Так случилось или ничего?
- Летит. Уже над Уралом. Без четверти час будет здесь.
- Не будет...

* * *
- Сбили.
- Как?
- Первой ракетой. Летчик воспользовался парашютом. Разведчик. Сейчас его привезут в Москву...

* * *
- Всякое может случиться. Собачки собачками, а ты человек, притом первый.
- Пугаете, Андрей Ильич.
- Не пугаю. Просто я хочу, чтобы ты осознал до конца и степень опасности, и меру риска.
- Осознаю я. Вы вон больше меня волнуетесь.
- Не признаю смелости за чужой счет. Какая это к черту смелость? Жизнь у человека одна, другой не будет...

* * *
- Вчера на Президиуме ЦК был задан вопрос, гарантирую ли я 100% безопасность. Я им прямо ответил: "Нет, этого не могу гарантировать. Сделаю все возможное, но гарантировать не могу. Это выше моих возможностей"...

* * *
- Нет ничего отвратительней лжи. Сам не лгу и другим не прощаю. Всегда лучше правда, как она ни горька...

* * *
- Там у нас Крошка отелилась, то есть окотилась.
- Что?
- В общем, она принесла щенят.
- В чем же вопрос?
- Можно ли об этом передать по Центральному телевидению в одном из разделов "Эстафеты новостей"? Как вы считаете?
- Я думаю, можно. Ощенилась там Крошка или нет, по-моему, не является государственной тайной.
- Я тоже так думаю.
- Спасибо.
- А мне-то за что? Шарика благодари...

* * *
- Мы тут волнуемся, а надежда всего прогрессивного человечества лежит себе спокойно. Даже глазом не моргнул. Железный парень.
- Через полчаса о нем узнает весь мир.
- Сплюнь через левое плечо.
- Я уверен.
- Я тоже уверен, только лучше сплюнуть...

* * *
- Промежуточная... Главная!.. Подъем!
- Слышишь меня? Счастливо тебе!
- Поехали!..

* * *
- Ты счастлив?
- А ты? Вижу по глазам.
- Ради этого стоило жить...

* * *
- Черт подери, кто бы мог подумать тогда, что это все обернется таким политическим резонансом.
- Теперь даже футбольный матч не обходится без политического резонанса...

* * *
- Андрей, за тебя!
- Почему за меня? За нас!
- Нет, за тебя!
- Нет, я хочу выпить за нас. Не за кого-либо персонально, а за миллионы и миллионы нас, имя которым - народ! Человечество вступило в космический век, оно шагнуло в иную эпоху, и мост человечества перекинули мы. Те самые мы, которые мерзли по Магнитогорскам, лопатами строили Днепрогэс и Турксиб, хлебали голод и холод, отстояли Москву и взяли Берлин. Пройдут каких-нибудь тридцать лет, и в космос станут летать по профсоюзным путевкам. Люди достигнут иных миров, как мечтал Циолковский, но никто никогда не повторит того, что было совершено нами. Мы были первыми и останемся ими на века. Это так трудно - быть первыми. Давайте выпьем... за Россию! За нашу партию, за наш прекрасный народ, за первую в мире Страну Советов!..

* * *
- Андрей, ну зачем ты прислал ему мотоцикл? Ты бы еще додумался прислать Ту-104!..

* * *
- А хочешь, я договорюсь с вашим обкомом? Кто там у вас, Зимин? Алло, крымский обком. Зимина! Нет, квартиру!
- А не позвонить ли прямо в ООН?..

* * *
- Покажи-ка мне твой билет. Недействителен.
- Действуешь с позиции силы?
- Именно. Полетите моим самолетом.
- У тебя даже свой самолет?
- Представь себе.
- Ты что, шахиншах?
- Примерно...

* * *
- Я не знала, что все это ты.
- Все, что я делал и делаю, связано с обороной страны. Этим я занимаюсь, главным образом. Ну и еще, как видишь, спутники, космические корабли и прочее. Мне даны большие права. Я могу привлекать каждого, кто мне нужен. Ты хоть понимаешь? Ты мне нужна!..

* * *
- Ты мне нужна. Больше всего на свете. Близкий и единственный человек на земле. Ты и мой сын. Это тоже называется жизнью. Человек не может быть один!..

* * *
- Я выматываюсь до тошноты. Прихожу в эту пустую квартиру... сижу вот здесь, думаю о тебе. Я и впрямь сдаю. Стал слезливым и сентиментальным.
- И это говоришь мне ты? Таким я тебя не знала.
- Такие дела. Такая, понимаешь, аптека...