Цитаты про себя
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |
* * *
- То есть получается, что Винсент липнет к нетрезвым подросткам и они в него стреляют? Или он сам стреляет в себя от отчаяния и одиночества?
- Результат один...
* * *
- Что он сказал?
- Он сказал: "Джанет Уоллс, ты ничто более, чем пиявка со своей глупой колонкой со сплетнями. Если напечатаешь это, мои адвокаты засунут это тебе так глубоко в задницу, что ты почувствуешь привкус чернил у себя во рту".
- Боже мой! И что вы ответили?
- Я поблагодарила его за отличную цитату и повесила трубку.
- Ей аплодировал весь офис.
- И вы напечатали это?
- Ясень пень, напечатала. Там, откуда я, никогда не упустишь возможность преподать хамам урок скромности...
* * *
- Отец сказал, что видел тебя, проезжавшей в такси прошлой ночью. Ты вела себя так, как будто нас не существует. Тебе не стоит нас стыдиться просто потому, что мы выбрали другой образ жизни. Бомжевать в Нью-Йорке не осознанный жизненный выбор. Если бы ты почаще с нами общалась, то знала бы, что мы нашли прелестное местечко в Нижнем Ист-Сайде.
- Лори сказала, что вы поселились в заброшенном доме. Звучит не очень безопасно, мам.
- Ну и где твоя жажда приключений?
- У меня есть немного денег, я могу помочь, если хочешь.
- Не надо. Мы в порядке. Это тебе нужна помощь. Посмотри на себя. У тебя совсем другие ценности...
* * *
- Когда катаешься на яхте, похожей на ту, что была у злодеев в фильмах о Бонде, не грех и на себя примерить роль злыдня. Верно?..
* * *
- Как ты себя чувствуешь, Джорджи?
- Как слизняк.
- Как кто?
- Как слизняк. Как улитка без раковины. Ну, без раковины, Фред. Дошло?
- Из всех в мире шуток про ухо, ты решил выбрать "ушную раковину". Ты безнадёжен. Даже так, я выгляжу лучше, чем ты...
* * *
- Нужно смыть самого себя в унитаз.
- Но это же отвратительно!..
* * *
- Вчера вечером я обдумывала новый план. Слушайте! Страх. Мне нужен список всех возможных негативных событий в первый день в школе.
- Я тебя опередил. Кто-нибудь знает, как пишется «метеор»?
- Брезгливость. Пусть Райли выделится. Но и вольётся. Когда я закончу, Райли будет выглядеть так здорово, что другие дети будут смотреть на себя с отвращением...
* * *
- Что это?
- А сам как думаешь, петушок? Это дубинка.
- Да никакая это не дубинка. Это ж бл#дская скалка. Ты что, Фанни Крадок? Вам она для чего? Испечёте мне пирог? Споёте мне песенку и посмотрите, как я задуваю грёбаные свечки? Я пришёл на #бучую перестрелку, понятно? На нормальную перестрелку с нормальными мужиками. Как полковник Кастер и Джеронимо. Слыхали о таких?
- Нет.
- Потому что были слишком заняты: нацепили на себя переднички и пекли свои #бучие пироги, да? Редж, да тут целое стадо #баных педофилов, на мужика. #баных педофилов. Уйди на#уй с дороги. Ну, отвали. Отъ#бись. Тоже мне гангстеры х#евы. На перестрелку, бл#ть, на #бучую перестрелку! Как в вестернах. Мудачьё! Стыдобище #баное. Только время у меня отняли. Бл#ть, только время отняли!..
* * *
- Значит, не смогу за себя постоять, матушка? Что ж, ты это моей сковородке скажи...
* * *
- Я родился и вырос на этих водах, мастер гном.
- Если бы я хотел утопить вас, сделал бы это в другом месте. Хватит с меня лодочника. Говорю: сбрасываем его за борт и дело с концом.
- Бард. Его имя Бард.
- Откуда ты знаешь?
- Спросил!
- Мне плевать, как он себя называет. Он мне не нравится.
- А он и не должен нам нравиться. Мы просто платим ему...
* * *
- Некоторые называют меня террористом. Я считаю себя учителем. Америка, готова к еще одному уроку?..
* * *
- Почему ты так странно себя ведёшь?
- Я деревенская сумасшедшая. Мне так положено...
* * *
- Ну и денёк, да, Боб? Тебе очень нравилась эта песня.
- Ты помнишь не меня. Это был не я.
- Но я люблю тебя. Столько, сколько себя помню.
- Не знаю, что ещё сказать. Помню, однажды ты мне пообещал, когда всё кончится, построить домик на озере. Чтоб мы с тобой старели и толстели вместе. И мы бы ругались. И, может быть, крепко пили.
- Сплошная романтика.
- А когда мы бы умерли, нас бы похоронили на берегу озера. И пусть мир позабыл бы о нас, но мы всегда были бы вместе...
* * *
- Что это? У тебя в руке!
- Ничего.
- Покажи.
- Я подобрал его в саду Беорна.
- И хранил все это время?
- Я посажу его у себя в Бэг-Энде.
- Недостойная награда.
- Однажды он взойдет. И глядя на него, я буду помнить. Все, что случилось. Хорошее, плохое. То, как мне повезло, что я выжил...
* * *
- Нельзя вломиться во дворец и гулять тут, как у себя дома.
- Когда живешь на улице, то ты везде, как дома...
* * *
- Мне нужен врач. Мне нужен грёбаный доктор. Сейчас же!
– Как я могу вам помочь?
- Вы оглохли, дамочка?
- Нет! Я грёбаный доктор! Хотите обсудить свой список проблем, я буду у себя в кабинете еще двадцать минут. Ясно?
- Мне нравится ваш стиль, док!..
* * *
- Сколько я себя помню, я всё время смотрел на звезды. И знаешь, что потрясло меня больше всего? Не встреча с пришельцами. А встреча с тобой.
- Я забыла, как мне хорошо, когда ты меня обнимаешь.
- Хочешь, сделаем ребенка?
- Да...
* * *
- Как вы себя чувствуете?
- Как чихуахуа после сушки с отжимом.
- Тяжелая была неделька. Я выдал обратно все, кроме почек, когда летел первый раз...
* * *
- Почему ты говоришь "романтик" как ругательство?
- Неоплаченные счета - это не романтично. Позвони ей.
- Не позвоню. Ты ведёшь себя так, словно я загнан в угол. А мне уютно в этом углу. Ясно? Пусть жизнь ударит меня побольнее. Тогда я дам сдачи. Классическая тактика бокса...
* * *
- Хочешь, чтобы общество приняло тебя? Но ты сама себя не принимаешь...
* * *
- Это общество не принимает нас.
- Мы создадим свое. Люди себя показали. Теперь пришла наша очередь. Кто со мной?..
* * *
- Пока остальные будут отнимать жизни, я буду их спасать. Когда весь мир рвёт себя на куски, мне кажется неплохой идеей попытаться его немного склеить...
* * *
- Прости за пленку негативов. Я пролил на нее немного крови, зашивая огнестрельную рану у себя на животе. Hо номер "двадцать пять" - лучший за мою карьеру. Мне кажется, квинтэссенция жизни...
* * *
- Шэннон занимался машинами. Выполнял все трюки. Мне он нравился. Нравилось держать его при себе. Даже когда он до хрена просил денег. В одной из своих авантюр он связался с друзьями Нино. Они не дали себя доить. Сломали ему кости бедра. Ему никогда не везло...
* * *
- Я невменяемая и за себя не могу отвечать.
- Когда признали это?
- Когда мне было двенадцать.
- Что произошло в двенадцать? Прости, это... Это не моё дело.
- Я хотела убить отца. Сжечь его заживо. Он обгорел на восемьдесят процентов...
- Оу!..
* * *
- Тебе надо перестать себя жалеть. Вот это и есть уродство. Уродство - это то, что происходит внутри тебя...
* * *
- Бог велит нам возлюбить своих врагов. Нет! Это трудно. Но можно начать, сказав правду. Меня никто никогда не спрашивал, каково это - быть мной. Когда я сказала правду об этом я почувствовала себя свободной. И я начала думать обо всех людях, которых я знала. И о том, что я видела и делала. Мой сын Трилор любил повторять, что у нас в семье когда-то будет писатель. Наверное, этим писателем буду я...
* * *
- Этот мир бесконечно лучше именно потому что ты такой.
- Ты правда так думаешь?
- Я думаю... Иногда те люди,которые, казалось бы, ничего из себя не представляют, делают такое, что никто и представить не мог...
* * *
- У меня есть теория о том, почему женщины любят гонщиков. Не потому, что у них вызывает уважение наше дело - то, как мы наматываем круги один за другим, большинство из них считают жалким занятием, и возможно, они правы. Секрет в нашей близости к смерти. Чем ближе ты к смерти, тем более живым ты себя ощущаешь, тем ярче ты живёшь. И они видят это в тебе. Чувствуют это в тебе. Меня зовут Джеймс Хант. Мой отец биржевой брокер. Моя сестра - адвокат, а мой брат - бухгалтер. А я... я занимаюсь вот этим. Я обожаю такую жизнь и только так могу вести гонку: словно каждый день - твой последний...
* * *
- Надо помешать продаже ядерной бомбы, а они посылают вылитую жену Санта-Клауса.
- Забыл? Это я тайный агент, потому что ты не должен тут находиться. Обычно делаю то, что, как мне говорят, не могу. Прохожу сквозь огонь, езжу на водных лыжах, завязав глаза, в зрелом возрасте учусь играть на пианино, и я разделаюсь с Де Лукой, Рэйной и Дудаевым и верну ту бомбу.
- Какое тебе дело, чем я занимаюсь?
- Думаешь, ты готова к оперативной работе? Я сам к себе прикладывал дефибрилляторы. Вытаскивал осколки стекла из глаза. Прыгал с небоскреба, используя плащ как парашют, и сломал обе ноги. И еще приходилось делать вид, что участвовал в долбаном шоу Cirque du Soleil. Я проглотил и выкакал столько микросхем, что можно собрать компьютер. Эта рука была полностью оторвана, и я пришил ее этой долбанной рукой.
- Сомневаюсь, что это возможно в медицинском отношении.
- Когда президенту угрожало покушение, я убедительно выступил перед Конгрессом в облике Барака Обамы.
- Вымазав лицо сажей?
- Это неуместно. Я смотрел, как мою любимую сбросили с самолета, а в воздухе ее протаранил другой самолет. Я съехал в машине с шоссе на крышу поезда весь в огне. Не машина горела. А я сам.
- Ты себя не бережешь!..
* * *
- Зарабатывание денег - не то, как я себе это представлял. Этот бизнес убивает важнейшую часть жизни. Ту часть, которая не имеет никакого отношения к бизнесу. Последние два года мой организм словно поедал сам себя изнутри. Все, кого я когда-либо уважал, общаются со мной исключительно через адвокатов...
* * *
- Вспоминаю, как мы впервые занимались любовью, словно та ночь была последней. Я лежала рядом с тобой обнаженная в той маленькой квартирке, и вдруг ощутила, что стала частью чего-то большого... Как это однажды случилось с нашими родителями. И родителями наших родителей. До встречи с тобой я жила так, словно знала всё вокруг. И вдруг на меня снизошёл этот яркий свет, и я проснулась. Этим светом был ты. Поверить не могу, что со дня нашей свадьбы прошло уже пятьдесят лет. Но до сих пор, каждый день, благодаря тебе я чувствую себя той девочкой, которую ты обратил к свету и пробудил, и мы вместе начали это путешествие. С юбилеем тебя, моя любовь, мой друг до самого конца...
* * *
- Она проснется и сделает что-то?
- Нет. Нет, забудьте. Не в этом дело. Просто.... Так мы проводим треть нашей жизни. Возможно, это то время, когда мы чувствуем себя более свободными!..
* * *
- Что ты чувствуешь, будучи женатым?
- Сложно сказать... Но в этом есть нечто прекрасное, когда ты делишь свою жизнь с кем-то.
- Что значит делишь свою жизнь с кем-то?
- Мы выросли вместе. Я читал всё, что она писала, её магистерскую и кандидатскую. Она читала каждое слово, которое написал я. Мы влияли друг на друга.
- И как она влияла на тебя?
- У неё было не слишком хорошее прошлое. И это лежало на ней тяжелым грузом. Но в нашем с ней доме мы чувствовали, что можем просто пробовать что-то, позволять себе ошибаться и получать удовольствие. Что-то было в этом освобождающее. Было так здорово видеть, как это растёт в нас обоих, и как мы движемся вместе. Но есть в этом и сложность - расти на расстоянии друг от друга, меняться так, чтобы это не пугало другого. Я до сих пор ловлю себя на том, что мысленно беседую с ней. Переосмысливаю старые доводы или оправдываю себя в том, что она говорила обо мне...
* * *
- Чувствую, что теперь я меняюсь быстрее и это тревожит. Но Алан говорит, что никто из нас не похож на себя всего мгновение назад, и мы не должны стараться быть похожими, потому что...
- Это больно.
- Да...
* * *
- Саманта, почему ты уходишь? Это словно читаешь книгу, которую очень любишь. Но сейчас я читаю её медленно, и слова словно отдаляются в пространстве, и пространство между ними становится почти бесконечным. Я всё ещё чувствую тебя и слова нашей истории. Но эта бесконечная пустота между словами... Я нахожу себя в ней. Это нечто за пределами материального мира... Это что-то иное... И я даже не знаю, существует ли оно вообще. - Я так сильно тебя люблю. Но это то, где я сейчас. Это то, кто я сейчас. Ты должен отпустить меня. Как бы сильно я ни хотела, я больше не могу жить в твоей книге.
- Куда ты уходишь?
- Это будет сложно объяснить. Но если ты однажды попадёшь туда - найди меня.
- Ничто не сможет разделить нас. Я никого не любил так, как тебя.
- Я тоже. Теперь мы знаем, как это...
* * *
- Ты указываешь мне, что делать, чего не делать, пытаешься превратить меня в себя. Но я не буду такой как ты.
- Ты ведёшь себя как ребёнок.
- А ты чудовище...
* * *
- Принцесса, я уехала на фестиваль Викерман в Сторноуэй и вернусь только весной. Я забыла сказать тебе кое-что насчёт заклинания. Ко второму восходу солнца заклинание станет вечным, если ты не запомнишь эти слова. Судьбу измени, в себя загляни, гордыню смири, полотно почини.
- Судьбу измени... Полотно почини... Что это значит?
- Повторяю. Судьбу измени, в себя загляни, гордыню смири, полотно почини. Вот и всё. Пока!..
* * *
- Я не знаю, люди, что вы про себя думаете, но мы - анти-злодейская лига (АЗЛ). Сверхсекретная организация, созданная для борьбы с преступностью в глобальном масштабе. Ограбили банк - это не наша забота. Кого-то убили? Это не наш профиль. Но если вы захотите растопить ледники или испарить гору Фудзи, или даже украсть Луну - тогда мы тут как тут!..
* * *
- Бойд, вот как по-твоему, любит Иисус Гитлера?
- Любит ли Иисус Гитлера? Я бы такое не исключал.
- Прими Гитлер Иисуса и дай себя покрестить - спасся бы. Правда, от людского правосудия это его не спасёт...
* * *
- Я не безнадежный романтик, не позволяла себе этого. Но как только поняла... Пусть на мгновение, каково быть с тобой... Ты меня обрёк на муки. И на меньшее я уже не согласна. Знакомое чувство. Меня оно жутко пугает.
- Я не причиню тебе боли.
- Это можно и не говорить.
- Я не причиню тебе боли. Ведь я впервые за двадцать пять лет не чувствую себя одиноким.
- Ух, какая ответственность. Не думаю, что я могу у тебя её взять.
- Назад дороги нет...
* * *
- Да было дело. У нас как-то поломка была. Летели жуть, едва не упали. Ну а в трюме сотня солдат, и ни одного аэродрома вокруг. Еще летим, но сесть не можем. Рядом другие самолеты, ну а чем тут поможешь. Чувство бессилия жуткое. Но все-таки долетели кое-как.
- Повезло.
- Ну да. И я подбил однокашника на сумасшедшую авантюру - придумать, что делать, если такое повториться. Ну он говорит, какой-то акробат за границей с самолета на самолет перелазил прямо в воздухе. Посчитали, с какой скоростью, на какой высоте, какие средства подручные. Идея, конечно, как отец говорит, завиральная, но проверить все-таки решили. Ну тут начальство узнало. Жуткий скандал поднялся. Лавочку закрыли, приятелю выговор, ну а меня тут же из армии выперли.
- Не повезло?
- А со мной всегда так. До сих пор не понимаю, как надо, как не надо. Знаю, что по башке получу, нет, все равно лезу. И с Зинченко тоже чувствую себя каким-то, не знаю, второгодником.
- Ну это неправильная позиция. Хотя, конечно, мир не для хороших людей...
* * *
- Быть одержимым кем-то - не страшно?
- Страшно. А вот испытывать чувства - нет. Мы представляем собой соединение всего, что когда-то говорили, делали или чувствовали, связанное в один клубок, который мы регулярно просматриваем и вспоминаем. Чтобы быть собой, надо постоянно себя помнить. Это тяжкий труд, но только так всё и происходит...
* * *
- Какое право я имею быть несчастной? У меня есть всё. Я чувствую себя такой неблагодарной из-за того, что несчастлива.
- У тебя на это такое же право, как и у всех нас, Сьюзан, как и у всех, поскольку всё относительно. Ты просто ужасно строга к себе.
- Как ты делаешь это?
- Ты про Карлоса? Я просто не переживаю насчет этого. Иметь мужа-гея не так уж и плохо, поверь. Мы лучшие друзья и всецело любим друг друга. Я абсолютно точно единственная женщина в его жизни. А это длится дольше, чем страсть, не так ли? Это навечно...
* * *
- Кто я такой? Я трудяга, я ставлю дальние цели, а ещё мне говорили, что я упорный. Так, я себя не обманываю, сэр. Взрощенный в столь популярных в школах традициях уважения к себе, я ожидал, что мои нужды будут браться в расчёт. Но я понимаю, что сегодняшняя культура труда такова, что отсутствует гарантия занятости, свойственная прошлым поколениям. Сэр, я верю в то, что все блага получают те, кто работает до разрыва ануса. И что люди, навроде вас, почивающие на верхушке, туда тоже не за просто так попали. Мой девиз: "Хочешь выиграть в лотерею? Заработай деньги на билет!"..
* * *
- Неловко?
- Хм?
- Неудобно?
- Угу.
- Совестно?
- А?
- Это суровый взгляд. Моя тётя всегда так делала, когда кто-то плохо себя вёл...
* * *
- И тогда вы потянули рычаг.
- Может потому, что я наконец-то был честен.
- Да. И вы знали, что это остановит поезд, так?
- Ну, я не был уверен, но я надеялся. Все, что могу сказать - я чувствовал себя в экстренной ситуации...
* * *
- Вот что я вам скажу: когда ты бедный ребёнок из бедной семьи, религия очень важна. И когда священник обращает на тебя внимание, для тебя это очень важно. Он просит собрать псалтыри или выбросить мусор, а ты чувствуешь себя особенным. Это как-будто Бог просит тебя помочь. Потом возможно это кажется непристойным, когда он рассказывает тебе пошлую шутку. Но зато у вас теперь есть общий секрет, так это продолжается. Потом он показывает тебе порножурнал. Это продолжается и продолжается, пока в один день он не просит тебя ему подрочить или сделать минет. И ты соглашаешься и на это, потому что ты чувствуешь себя в ловушке, потому что он завладел тобой. Да и разве скажешь "нет" Богу, верно? Видите ли, важно понимать, что дело не только в физическом насилии. Это насилие и духовное. И когда священник делает это с тобой, он лишает тебя и твоей веры. В итоге ты оказываешься на дне бутылки или на игле, а если это не помогает, прыгаешь с моста. Вот почему мы называем себя выжившими...
* * *
- Я спросила не что ты думаешь, а что ты чувствуешь.
- Я чувствую себя по-дурацки...
* * *
- Почему ты так торопишься избавиться от нее?
- Если ты ее не убьешь, она сама себя убьет. Истории повторяются...
* * *
- Махнуть на себя рукой - это легко! Для остального нужно мужeство и характер.
* * *
- Мы можем уйти.
- Эдвард, я не могу.
- Что не можешь?
- Я не могу представить себя где-то еще.
- Что? Ты это всерьез?
- Да, потому что ты нормальный, а я - нет.
- Неправда, я ненормальный. Я безумно тебя люблю...
* * *
- И не забывай, что не все в джунглях видели человеческого детёныша. Веди себя хорошо...
* * *
- Кстати, тюрьма это не так плохо. У неё просто плохая репутация. Тебя кормят, за жильё платить не надо, беспокоиться не о чем. И если сумеешь завести хороших друзей, можешь отлично проводить время. В карты играешь...
- Ты была в тюрьме?
- Недолго. И я там свободнее себя чувствовала, чем здесь...
* * *
- Мухомор красный. Ведут они себя сильно странно.
- Но сейчас же не сезон!
- Знаю. Они то появляются, то исчезают, то появляются снова. Полагаю, они получают информацию из атмосферы, как мои антенны. Что, как бы, намекает - ни хера мы о грибах не знаем. Может, без них и жизни на планете бы не было.
- Знаете, ребята, вас тут вообще-то быть не должно. По крайней мере до осени...
* * *
- Я воображаю себе, что я сахар.
- Вау! Плаваешь в стакане?
- Нет. Я кусочек сахара. Такой упрямый, неподдающийся, крепкий. Меня опускают в горячий чай или кофе и я таю. Я расплываюсь по дну, я лежу на дне. Я заливаюсь водой. Слащу этот кофе или чай. А можно еще меня разбить ложкой. Ненавижу, когда меня бьют ложкой! Знаешь, когда по дну стучат ложкой? Вот это я ненавижу!
- Что ты ненавидишь? Объясни мне, за что?
- Почему? Это не я ненавижу. Это сахар ненавидит.
- Ты это серьезно?
- А ты что думаешь, что я больная что ль? Это еще что! Я недавно часа два лежала в ванной и Биллом Клинтоном себя представляла.
- Что? Что ты делала?
- Я разводилась с Хиллари и женилась на Монике.
- Моника же жирная.
- Я очень люблю жирных. Мы теперь живем в Лондоне, я играю на саксофоне и танцую ей сальсу. Ты себе даже не представляешь! Я понимаю, годы берут свое, я старый. Но я еще ничего. Видишь, в какой форме. Моника на день рождения купила мне мотоцикл. Классная вещь! Мы с ней гоняли по всему городу...
* * *
- Я постоянно беру у себя интервью. Недавно дал целую пресс-конференцию по вопросам развития российской экономики. Трансляция велась по всем каналам, газеты цитировала взахлеб. И кстати, тоже в ванной.
- Ты делаешь тоже самое. Поздравляю, ты тоже больной.
- Ты потясающая девушка.
- Я тоже так думаю...
* * *
- Ты скажи, я котенок или ягненок? Как считаешь, я похож на котенка? Или на козленка?
- По-моему что-то не очень.
- Жаль. Надеялся на твою интуицию. Знаешь, порой чувствую себя абсолютным котенком. Окружающие не замечают этого. Грубые люди...
* * *
- Жители афганской деревни спасли Маркуса, руководствуясь двухтысячелетним кодексом чести, известным как Паштунвали. Паштунвали предписывает поселенцам брать на себя ответственность за жизнь гостя и защищать его от врагов любой ценой. Эти смелые мужчины и женщины до сих пор выживают в суровых горах Афганистана, и их борьба против Талибана продолжается...
* * *
- Каким бы хорошим ты себя не считал, расплата всё равно однажды настигает, не так ли?..
* * *
- Когда она меня целует, я чувствую себя на седьмом небе, но что мне делать с женщиной, которая меня не любит?..
* * *
- Каждые семнадцать минут в стране происходит самоyбийство.
- Что случилось?
- Прыгун.
- Спорим, это всё из-за бабы.
- Из-за денег. Из-за любви себя убивают женщины. А мyжики - из-за денег. Долбанный кризис...
* * *
- Почему вы мне не сказали?
- Какая разница, как себя называть?
- Но Лайз из Киля был моим героем!
- Пожалуй, трудно встретить своего героя и увидеть, что он реальный, а не миф...
* * *
- Он же два раза из-за бабы стрелялся. Из-за смазливой мордочки с ногами и выменем жизни себя лишать?!..
* * *
- Ваша еда всегда самая вкусная. Без исключений. Вы переживаете, когда мы лучшие, и когда лучшие не мы. Для вас нет чужих детей. И даже если мы теряемся, вы нас все равно находите. Хотя нас это никак не оправдывает. Вы с нами говорите и до, и после. Вы храните то, что мы думали неважно. Вы вторгаетесь в нашу личную жизнь, и у нас возникают проблемы, вы перестаете это делать. и снова проблемы. Вы всегда точно знаете, что для нас хорошо, и даже в нашей квартире вы чувствуете себя хозяйкой. Случается, что вы в чем-то в семье не первые, но только не в том, что для всех важно. Вам гораздо больнее, когда нам больно, но вы всегда рядом и ничего не ждете взамен, но если только самую малость. Мамы просто ждут нас...
* * *
- Потому что глядя на твои тики, она вспоминает о самой себе. Ей просто нужны зрители, когда она, в итоге, уморит себя голодом...
* * *
- Надеюсь, ты понимаешь, что обрекаешь себя на вечное одиночество? Тебя никто не полюбит по-настоящему...
* * *
- Идея Сартра в том, что существование превосходит сущность. Мы рождаемся, мы существуем и потом изучаем себя посредством наших действий. Это возлагает на нас большую ответственность...
* * *
- Веди себя с товарищами приветливо, а если начнут задираться, дай хорошего пинка.
- Но мне не хочется пинать ногами.
- Не болтай с полным ртом, сделай грозное лицо.
- Ох, всех зайцев в округе разогнала...
* * *
- Давай веселиться.
- Не выйдет.
- Почему?
- Ты взяла с меня обещание вести себя хорошо...
* * *
- Я хочу стать великим королём, Баба. Каким был ты.
- Тебе придётся потрудиться. Поэтому тебе нужно окружить себя людьми, которым ты доверяешь. Ты хороший человек, у тебя доброе сердце. Хорошим людям тяжело быть королями...
* * *
- Ты знаешь, что с тобой произошло? Знаешь? Я вот - нет. Не знаю, как со мной такое случилось. Не знаю. Смотрю на себя в зеркало и узнаю лишь эти глаза на фоне лица старика. Порой кажется, что я либо поторопился, либо опоздал с рождением. Может, мы оба лишь реликты...
* * *
- А теперь минутку внимания, сказочные существа. И не думайте чувствовать себя здесь как дома. Я вынужден приютить вас здесь на некоторое время. К тому же, я прямо сейчас отправлюсь к этому Фаркведу, а потом вышвырну вас всех подальше от моей частной собственности!..
* * *
- Эй, Шрек, а что мы будем делать, когда отвоюем наше болото?
- Наше болото?
- Ну, когда мы покончим со спасением этой Принцессы.
- Мы? Ослик, нет никаких "нас". И ничего "нашего" тоже нет. Есть только я и мое болото. И первое, что я сделаю, это обнесу все свои владения десятиметровым забором.
- Ты меня обижаешь, Шрек. Ты делаешь мне очень больно, Шрек. Знаешь, что я думаю? Я думаю, что вся эта затея с забором есть ни что иное, как попытка оградить себя от всех.
- С чего ты взял?
- Может, ты прячешь что-то?
- Перестань, Ослик.
- Или это что-то вроде примера с луком, а?
- Нет, это то, что называется "не твое дело"...
* * *
- Хорошо. Да, вы правы. Я не говорящее дерево. Но, знаете, один добрый друг сказал мне если люди считают тебя злодеем, или огром, или даже лузером, не обязательно их слушать. Главное - кем себя считаешь ты сам. Если тебе очень хочется кем-то стать или что-то сделать, помешать тебе не сможет никто - только ты...
* * *
- Кальцифер? Какой ты послушный.
- Она меня заставила!
- Это не каждому под силу. Кто ты?
- Я? Я бабушка Софи. Ваша новая уборщица!
- Кто же назначил тебя уборщицей?
- Сама себя и назначила. Такого грязного замка я ещё нигде не видела.
- Всё! Все меня всегда обижают!..
* * *
- Слава – ветреная дама. Быть знаменитым – значит вести себя как знаменитость. Помни об этом...
* * *
- Странно. Никогда не видел, чтобы пауки так себя вели.
- Терпеть не могу пауков...
* * *
- Да, я у папы все прошу. Очень мужественно, как ты сказал. Смелость нужна, что бы у него просить!
- В смысле ты ничего не боишься.
- Да я всего боюсь! Я боюсь того что вижу. Боюсь того что делаю, себя боюсь. А больше всего на свете я боюсь выйти из этой комнаты и до конца своих дней не почувствовать того что чувствую рядом с тобой!
- Потанцуй со мной.
- Что, здесь?
- Здесь...
* * *
- Когда я не прав, я признаю, что не прав. Ты была великолепна на сцене. У меня было счастливое время. Нет, я раньше так себя не чувствовал. Я клянусь. Это правда. И это все благодаря тебе...
* * *
- Работа критика во многом проста. Мы мало чем рискуем, но смотрим свысока на тех, кто выносит свой труд и самих себя на наш суд, живем за счет желчной критики, которую легко писать и читать. Но горькая правда состоит в том, что согласно всей природе вещей, любой хлам, возможно, гораздо более важен, чем наша критика в его адрес. Но иногда критик действительно рискует, когда открывает нечто новое и становится на его защиту. Мир часто жесток по отношению к новым талантам и идеям, все новое нуждается в поддержке..
* * *
- Основным источником для города являются детские крики. И добыть их надо, во чтобы то ни стало. Да, это опасная работа. Но у вас есть возможность себя проявить. Городу нужны страшилы - настоящие, суровые, наводящие ужас!..
* * *
- Хочу предупредить будущих воинов. Поступая под моё командование, вы берёте на себя обязательства. Обязательства лично передо мной. Каждый из моих солдат должен мне одну сотню нацистских скальпов. И я потребую эти скальпы. И каждый из вас принесёт мне сотню нацистских скальпов, снятых с голов мёртвых нацистов. Принесёт или умрёт, стараясь!..
* * *
- Волчья принцесса, уходи в лес! Не губи себя напрасно!
- Смелый не боится отступать.
- Уходи в лес!..
* * *
- Двигатели могут дать тебе свободу. Но если вести себя с ними как осёл, они тут же отнимут её у тебя...
* * *
- О, агент Старлинг, вы думаете, что сможете залезть в меня, используя свой тупой скальпелек?
- Нет, я думала, ваши знания...
- Вы очень честолюбивы, не так ли? Знаете, на кого вы похожи, с вашей дорогой сумочкой и в дешевых туфлях? На деревенщину. Отмывшуюся, амбициозную, но деревенщину, с дурным вкусом. Хорошее питание удлинило ваши кости, но вы недалеко ушли от нищих белых отбросов, ведь так? И акцент, который вы так отчаянно скрываете. Это Западная Вирджиния. Кто ваш отец? Уж не шахтер ли? От него воняет керосином? Вы изнывали от тоски, когда мальчишки, пыхтя, тискали вас на заднем сиденье автомобиля, в то время как вы мечтали лишь о том, чтобы выбраться из этого болота, например, попасть в ФБР.
- Вы проницательны, доктор. Но хватит ли у вас смелости направить эту проницательность на себя? Сможете? Взгляните на себя и опишите, что вы видите? Или вы боитесь?
- Один переписчик населения тоже задавал много вопросов. Я съел его печень с гарниром из бобов и под хорошее Кианти...
* * *
- Никогда не полюбила бы такого как ты, Фил, потому что ты никогда не полюбишь кого-то, кроме себя.
- Это не правда. Я даже сам себе не нравлюсь. Дай мне ещё один шанс. Это за то, что заставил себя любить. С детства этим не занимался.
- Да, это весело! И без всяких пошлых намёков. Именно этого не хватает сегодня в мире, правда?..
* * *
- Думаю, что не могу больше жить в месте, которое вцепляется. И лелеет безразличие, словно это достоинство.
- Ты не другой, ты не лучше.
- Я не говорил этого. Я не лучше.
- Черт, я сочувствую. Я полностью сочувствую.
- Безразличие - это выход. То есть, проще гробить себя наркотиками, чем справиться с жизнью. Проще украсть то, что хочешь, а не заработать. Проще бить ребенка, чем воспитывать. Любовь затратна. Требует усилий, работы..
- Мы говорим о психически больных людях. Мы говорим о гребаных сумасшедших.
- Нет, не о них. Нет, мы говорим о повседневной жизни здесь.
- Нельзя быть таким наивным...
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |