1
У меня есть теория о том, почему женщины любят гонщиков.
Не потому, что у них вызывает уважение наше дело - то, как мы наматываем круги один за другим, большинство из них считают жалким занятием, и возможно, они правы.
Секрет в нашей близости к смерти.
Чем ближе ты к смерти, тем более живым ты себя ощущаешь, тем ярче ты живёшь. И они видят это в тебе.
Чувствуют это в тебе.
Меня зовут Джеймс Хант.
Мой отец биржевой брокер.
Моя сестра - адвокат, а мой брат - бухгалтер.
А я... я занимаюсь вот этим.
Я обожаю такую жизнь и только так могу вести гонку: словно каждый день - твой последний.
2
Сестричка, мужчины любят женщин, но еще больше мужчины любят машины!
3
Не жди нормальности от мужчин, которые готовы расстаться с жизнью на гоночном круге.
4
Счастье - это враг.
Оно делает тебя слабым.
Заставляет сомневаться.
Внезапно понимаешь, что тебе есть что терять.
Когда называешь счастье врагом... значит, уже поздно.
Значит, ты уже проиграл.
5
Если гонку отменят, никто из нас не получит за неё денег.
Это верно, вы потеряете деньги, но возможно, сохраните себе жизнь.
6
То есть, чёрт побери, разве не потому мы этим и занимаемся?
Чтобы смотреть смерти в лицо и обманывать её?
Брось, в этом есть благородство.
Мы как будто рыцари.
Ты англичанин, вы все придурки.
7
Перестаньте считать проклятием то, что у вас в жизни есть враг.
Это может быть и благословением.
Умный человек получает от своих врагов больше, чем дурак от своих друзей".
8
А ты хорошо выглядишь, Ники.
Ты единственный, кого ожоги на лице только красят.
Конечно, он меня не послушал.
Для Джеймса одного титула чемпиона мира было достаточно.
Он доказал всё, что хотел доказать себе и любому, кто в нём сомневался.
И через два года он ушёл из спорта.
Когда мы снова встретились в Лондоне семь лет спустя, я снова был чемпионом, а он телеведущим.
Я увидел его босым, на велосипеде с проколотым колесом.
Он по-прежнему проживал каждый день как последний.
Когда я узнал, что он умер в 45 лет от сердечного приступа, я не удивился.
Мне просто было грустно.
Люди всегда считали нас соперниками, но он был среди тех очень немногих, кто мне нравился, и среди еще более немногих, кого я уважал.
Он остаётся единственным человеком, кому я завидовал.