Цитаты про человека
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |
* * *
- Мой муж - может, он честный и хороший человек, но ведь он... Он лакей! Я не знаю, что он делает, как служит. Я знаю только, что он лакей. Мне, когда я вышла за него, было двадцать лет. Меня томило любопытство. Мне хотелось чего-нибудь... Получше. Ну ведь есть же, говорила я себе, другая жизнь. Хотелось пожить. Любопытство меня жгло. Вы этого не понимаете. Я уже не могла владеть собой. Меня уже нельзя было удержать. Я сказала мужу, что больна, и поехала сюда. И вот я стала дрянной женщиной, которую всякий может презирать...
* * *
- Вам никогда не приходило в голову, что у нас в почете должности, а не талант? Вот попробуйте выгнать кого-нибудь за бездарность. За него сразу горой вступятся месткомы, суд. И уйма возможности для бесполезного человека развить кипучую деятельность. Заседания, представительства, общественная работа, писанина...
* * *
- Ну, а "решимость умереть" - как быть с этим?
- Решимость умереть... Да это вообще из области самоубийства. На войне требуется не решимость умереть, а решимость делать в условиях, когда это грозит смертью, иногда неизбежной. А человек продолжает хотеть жить всегда...
* * *
- Тут, наверное, у каждого человека своя география страха. У меня, например, постоянный страх в память об опасности вот здесь сидит. А если внезапный страх, вот так вдруг - под ложечкой, как будто не ел три дня...
* * *
- Скажите, значит, книги могут свести человека с ума?
- Все зависит от состава крови. Одни читают и предаются размышлениям. Это люди с быстрой кровью. Другие плачут, у кого кровь водянистая. А у нашего идальго кровь пламенная. Он верит вздорному вымыслу сочинителя, словно Священному Писанию. Куда приведет идальго эта вера, и подумать страшно...
* * *
- Сеньор! Скажите мне хоть словечко на рыцарском языке, и счастливее меня не найдется человека на всей земле.
- Сражаясь неустанно, доживем, доживем мы с тобой, Санчо, до золотого века. Справедливость уничтожит корысть и пристрастие. Вперед, вперед! И ни шагу назад...
* * *
- Люди, может быть, просто забывают сказать "спасибо", "здравствуйте". Как будто официантка - не человек, не женщина...
* * *
- Бывало выйдешь на улицу, смотришь, день солнечный. Потом эдак дождик. Потом... Точно, смотришь, как будто дождик. Неприятнее всего, когда в такую погоду сидишь один. Женатому человеку совсем другое дело. Не скучно. А в одиночестве, так это просто - смерть. Совершенная смерть...
* * *
- Право, такое затруднение. Если бы один-два человека, а то четыре! Никанор Иванович недурен. Хотя, конечно, худощав. Да если правду сказать, Иван Павлович тоже очень видный мужчина. Хоть и толст. Бальтазар Бальтазарович тоже мужчина. Иван Кузьмич, тоже недурен. Если бы губы Никанора Ивановича приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Бальтазара Бальтазарыча...
* * *
- Только теперь видишь, как глупы те, которые не женятся. Ведь если рассмотреть, какое множество людей находятся в такой слепоте. Если бы я был где-нибудь государь, я бы повелел жениться всем. Решительно всем, чтобы у меня в государстве не было ни одного холостого человека. Право, как подумаешь, через несколько минут и уж будешь женат. Вдруг вкусишь блаженство какое...
* * *
- Я не боюсь никого. Потому что я труп и со мной ничего не сделаете. Нет того положения, которое было бы хуже моего. Перед вашими глазами тип нетронутого русского человека с его широкой натурой, который, вследствие своей доверчивости и великодушия, пал жертвой широко развращенных общественных слоев...
* * *
- Привычка, дорогой Серж, для русского человека - всё...
* * *
- Эй, аптекарь, дай мне опиум. У меня понос.
- О! Наконец-то я вижу человека с приличной болезнью. Нате вам опиум.
- Еще четыре пилюли.
- С ума сошли? Слона можно убить такой дозой.
- Или ты мне сейчас их дашь, или я тебе отолью такую пилюлю!
- А, сейчас, сейчас я уже вижу. У вас есть рецепт. Пожалуйста...
* * *
- Вера в человека - это прекрасно. Но она долго не живет, если не подкрепляется фактами...
* * *
- Курить хочется.
- Эх ты! Культурный человек! Токарь 5 разряда! А не знаешь, что никотин отражается на нервах?
- На чём?
- На нервах! Вот был у нас в селе один случай. Василь-счетовод, Стёпа, помнишь? Бросил курить и умер. Не постой, он сначала умер, а потом бросил курить...
* * *
- На этом пути открываются новые возможности, поистине сказочные.
Во-первых, эти люди по-своему совершенно счастливы, поскольку они начисто лишены памяти. Они отрезаны от какой либо информации извне. Ведь от чего люди страдают больше всего? От сравнения. Кто-то живет лучше, кто-то талантливее, кто-то богаче, кто-то могущественнее. А человек, прошедший психо-химическую обработку будет радоваться непрерывно.
Радоваться, что ему тепло. Что помидор красный. Что солнце светит. Что ровно в два часа, что бы не случилось, он получит свой питательный бобовый суп. А ночью - женщину. При условии, если он будет прилежно трудиться. Ну, разве это не милосердно?
А дальше Эр Эйч сможет постепенно создавать определенные типы служебного человека. Так как это мудро сделала природа в улье, в муравейнике. Представьте, человек - ткач. Человек - пекарь. Человек - шофер. Причем у него нет никаких других потребностей. Никакого комплекса неполноценности. Ну, нет же у вола комплекса неполноценности оттого, что он вол?! Ну, вол и, слава богу.
Человек робот ни о чем не думает. Всегда доволен. И он размножается. Производит себе подобных. От человека золотаря так же не может родиться человек математик. Как от кошки не может родиться слон. Исключено. Потому что влияние затрагивает генетическую структуру человека. Вот, что особенно важно! А вы говорите...
* * *
- Море и покой, свобода и музыка. Что еще нужно человеку?..
* * *
- Вам ставится в вину ввоз огнестрельного оружия. Зачем вам оно понадобилось?
- Убивать крыс.
- У вас жестокое сердце.
- А это следы от зубов все тех же крыс.
- Синьор Риварес, я пришел к вам не как судья, а как человек к человеку. Я надеюсь, вы будете отвечать искренно. Что бы вы стали делать, если бы вам удалось бежать из тюрьмы?
- Убивать крыс...
* * *
- Много лет тому назад мудрая Риада повесила в своей комнате шкуру несчастного осла...
Чтобы она напоминала вечно,
Как мало жалости у нас,
Как человек бесчеловечно
К ослам относится подчас.
И не к одним ослам, конечно...
* * *
- Ну, скажи, кто ты есть? Молчишь. Так вот, имей в виду, пленник, завтра я уже не здороваться, а прощаться приду. И не надейся, убивать я тебя буду не сразу, а в порядке постепенности. Завтра одно ухо отрежу, на другой день другое ухо, на третий день - третье. Молчишь. Бесчувственный ты человек, пленник...
* * *
- Крестная, человек сначала влюбляется, а потом глупеет, или сначала глупеет, а потом влюбляется?..
* * *
- Так ведь культура тоже нужна, Иван Лукьяныч.
- Я же не против... Расти индивидуально. Я сам культурный человек! Пришел после обеда, лег на полчасика, включил радио, взял газету. Освежился культурой, встал, умылся, и пошел. Ведь мне для этого спецдома не требуется!..
* * *
- Ты посмотри на эту красоту. Ты только посмотри! Это же не курица. Это же Уланова!
- А меня твоя курица не вдохновляет.
- А что тебя вдохновляет?
- Люди меня вдохновляют! Человек!
- И о людях ты знаешь столько же, сколь и о курице!
- И это говорит моя бабушка? Человек с такой биографией?..
* * *
- Что такое "добрый человек"?
- Ну, добрый человек... Как, ну... Как вам сказать... Не то, что добрый, а... Как бы сказать это... Сейчас я подумаю... Доброта - это вообще... Я даже не могу сказать, что такое доброта. Не знаю!..
* * *
- Что это за принцип "чечево"?
- "Человек человеку - волк". И тот волк хорош, у кого большие зубы...
* * *
- Мин херц, русский человек, ему ведь только изловчиться...
* * *
- Читала научную книгу, и там сказано, что человек очень быстро эволюционирует. И ко всему может приспособиться. Абсолютно ко всему. Нужно только чтобы тело "дышало". Кожа должна быть обнажена...
* * *
- Но человек продолжал любить, и любовь создала искусство, искусство, которое запечатлело нашу неземную тоску по идеалам, наше бесконечное отчаяние и наш вселенский крик ужаса. Вопль одиноких мыслящих существ в холодной и безразличной пустыни космоса...
* * *
Мы знаем, что человек всю жизнь врет, а перед смертью говорит правду. Мы подождем, пока ты начнешь умирать. "Спрашивайте, - сказал он, - Время пришло". И подошли они все к нему и посмотрели ему в глаза. Старший из них спросил: "Ты правду сказал сегодня?" Ты веришь в то, что ты сказал? "Идите", - ответил он. Идите, пока хватит сил. Ибо пока человек в пути, есть у него надежда...
* * *
- Я сам стою за гражданский брак. Но по-моему, если раз сошлись, то надо жить до самой смерти.
- Без любви?
- Лет восемь назад у нас тут был агентом старичок, величайшего ума человек, так вот он говаривал: "В семейной жизни главное - терпение". Не любовь, а терпение.
- Если мне захочется упражняться в терпении, то я куплю себе гимнастические гири. Но человека оставлю в покое...
* * *
- Я считаю твоего Лаевского мерзавцем и не скрываю этого. Я отношусь к нему, как к мерзавцу.
- Называть человека мерзавцем, это до такой степени нехорошо, что и выразить тебе не могу.
- Что он сделал за эти два года, пока живет здесь? Во-первых, он научил жителей городка играть в карты. Всех, даже женщин и подростков. Во-вторых, разбираться в сортах водок. С завязанными глазами они могут отличить водку Кошелева от Смирнова номер двадцать один. В-третьих, прежде здесь жили с чужими женами тайно. Лаевский живет с чужой женой открыто.
- Замолчи. Я не позволю, чтобы в моем присутствии говорили дурно о благороднейшем человеке!..
* * *
- Человек, наверное, один не может. Не должен...
* * *
- Человек недавно получил строгое взыскание. Взвинчен до сих пор.
- А если он и там какой-нибудь фортель выкинет? Зачем рисковать?
- А если война? Мы тоже будем выбирать, этому разрешить защищать родину, а тому нет только потому, что он когда-то неправильно перешел улицу?..
* * *
- Вы меня извините, но если здоровому человеку повторять постоянно, что он болен, так он и умереть может...
* * *
- Вот интересно, если когда-нибудь человеку придется покинуть Землю, сможет ли он жить в космосе? Продолжать свой род, растить детей, находить себе пропитание, влюбляться? Заниматься любовью в открытом космосе.
- Наверное, когда-нибудь и такой эксперимент проведёт человечество. Изобретут какой-нибудь тренажёр для подготовки космонавтов к... любви. "Космонавт Иванов провёл рекордное количество времени в тренажёре". Да-да, будет поставлен новый космический рекорд. - Ну хватит...
* * *
- Да, жаль...
- Кого?
- Да вот пишут, что человеку пересадили женское сердце.
- Ну и что?
- Три дня прожил, скончался.
- Понятно.
- И все таки я верю в успех. Не сегодня, так завтра. Наука идет вперед! Вот компьютер, деликатнейшие вопросы решает. Вот был я недавно в Румынии. Так как, берут данные женихов, невест, закладывают данные в машину, и если перфокарты сходятся пожалуйста, в Дворов бракосочетания.
- А как же любовь?
- Ну, бывает, обстоятельства поджимают. Не до того. Дипломату, скажем, без жены нельзя. Священнослужителю тоже.
- А вы дипломат?
- Нет, я священнослужитель...
* * *
- Хабибулин, проснись! Извини, скажи, тебе какой тип женщин нравится? Чтобы плов хорошо варила и полы у тебя в юрте блестели, или такую, чтобы завод строила, ВАЗ за собой вела, а? Если к тому же она красивая.
- Ну, так какую?
- А у которой плов, тоже красивая?
- Красивая. Которая плов. Нет, Хабибулин. Не пловом единым жив человек...
* * *
- Странно. Обычно меня встречают.
- Кто если не секрет?
- А если секрет?
- Тогда вопрос снимается.
- Благородно. Секрета никакого нет. Затрудняюсь в определении. Жених? Старомодно. Знакомый? Легкомысленно. Друг, как теперь говорят - пошловато. В общем, человек, который относится ко мне достаточно серьезно...
* * *
- Его поцеловала Снежная королева. А у человека, которого она поцелует, сердце превращается в кусок льда...
* * *
- Об чём думаешь?
- Об самой интересной загадке на свете.
- Это какой же?
- Почему один человек нравится другому, а другой нет.
- Понятно. Об очкастой своей задумался. Но всё равно, хоть месяц думай, хоть год, ничего ты не надумаешь. Не любит она тебя.
- Это надо понять, а иначе всё ни к чему...
* * *
- Эмми Степановна, вот вы жалуетесь, что у вас в кассе тесно, дышать нечем. А я смотрю, тут спокойно дышало пять человек из бухгалтерии, местком в полном составе, отдел кадров...
- Между прочим, и вы, товарищ директор, да-да, сидели в моей кассе - вместо того, чтобы как руководитель предприятия мобилизовать и возглавить массы на ловлю хищника!..
* * *
- Паршивый тигр, хищник, дороже ей хорошего человека...
* * *
- Не знаю, будем ли мы когда-нибудь с вами вместе, но если один месяц в году, неделю, день, вот как сейчас, я буду с вами, я буду счастлив, а вы?
- Ой...
- Ай-ай-ай. Как не стыдно обнимать женатого человека, двое в Пензе, один на Камчатке? Эх вы, пигалица...
* * *
Счастье, это если друг,
Друга встречает вдруг.
Главное из тысяч, звездочку отыщет
Сделает навстречу шаг
Навстречу шаг один,
Навстречу шаг один
Один лишь только шаг.
Один лишь только шаг.
От меня не прячьте глаз
Я хочу спросить у вас
Может вы тот самый
Человек мой славный
И до вас всего лишь шаг один
До встречи шаг один
До встречи шаг один
Один лишь только шаг.
Один лишь только шаг.
Почему нам трудно так
Сделать этот первый шаг
Страшно ошибиться,
Страшно ошибиться,
Но кто-то должен сделать шаг один
Навстречу шаг один,
Навстречу шаг один
Один лишь только шаг...
* * *
- Конечно, мы можем позволить себе стрелков одноразовых. Так даже безопасней. Но с другой стороны в новой экономической ситуации мы тоже начинаем бороться за каждую копейку в бюджете. Так что иметь рядом человека, который сотрудничает творчески и главное добровольно, конечно спокойнее...
* * *
- Стреляй, стреляй! У меня такое жизненное наблюдение есть. Чем больше человек тренируется, тем вернее, когда до дела дойдет. Человека убивать противно и глупо. Но приходится. Тут в сорок седьмом я одного стрелка натаскивал. Жалко было, потому что догадывался, на кого натаскиваю. Но натаскивал. "Цирк" видел? Кино? Там он еще этого негритенка качает. Этот... "Спят медведи и слоны". Стрелок мой уже муху мог сбить на лету. Все говорил: завтра, завтра. А завтра включил радио, а там говорят - в автомобильной катастрофе погиб вот этот народный артист. Мы тут микроны измеряли, а они его грузовиком. Культуры нет...
* * *
- А стоит ли вести такой долгий разговор в такой ранний час?
- А почему бы и нет? Куда нам торопиться? Почему бы нам не поговорить по душам? Думаешь, часто случается, когда два человека могут поговорить по душам? Ну? Почему ты сошёл с поезда и остался?
- Бывают в жизни такие моменты. Если бы я не поступил так, то потом бы жалел. Мне хотелось хоть раз в жизни не подчиниться.
- Ну и чему же это вы не подчинились?
- Обстоятельствам, будням. Впрочем, разные названия, но смысл один...
* * *
- Ромка дурак. Он отрастил себе такое чувство долга, что его уже и носить нельзя. Я ему пишу об этом в каждом письме.
- Девочка моя, когда у тебя будет муж, ты поймешь, как это надежно - иметь человека с чувством долга.
- Чепуха. Я думала над этим. Долгом человека только вяжут.
- Но ведь должно быть что-то, побуждающее человека... ухаживать за больными, кормить стариков, беречь детей?
- Только любовь вправе побуждать...
* * *
- Мам. Помнишь мальчика, который катал меня на велосипеде в 10 классе? Коля Рыженький.
- Да. Ты всем повторяла: Рыженький - это фамилия.
- А ты помнишь, как ты злилась?
- Я? Злилась?
- "У человека должна быть высокая цель! Крутить целый день педали безнравственно!". А мы были влюблены...
* * *
- Мне бы только наверняка узнать, добрая она или злая?
- Узнать, наверное, можно.
- А как?
- Принеси ей дохлую кошку.
- Дохлую?
- Да не совсем, конечно, чтобы еще мяукала.
- Ну и что?
- Ну и посмотри, выбросит она ее или накормит. Добрый человек никогда животное не обидит. Понятно?
- Понятно...
* * *
- Хватит, Петька, если ты к следующему разу не научишься отличать сказуемое от подлежащего, я буду тебя считать последним человеком в Советском Союзе.
- Сказал, что выучу.
- Ну ладно. Говори честно, чего знаешь и чего не знаешь?
- Что ты не знаешь, то и я не знаю.
- Я не знаю так догадаюсь, тебе со мной не равняться. Вот тебе предложение: "Коля стукнул Петю по шее". Ну, разбирай.
- Ишь ты, Петю по шее. Сам разбирай. "Русаков положил Мазина на обе лопатки".
- А ну, положи.
- А что ж, не положу?
- А ну, попробуй.
- И попро...
* * *
- Посвяти мне стихотворение, Фарик!
- Ну, у вас, наверно, есть человек, который может посвятить вам стихи.
- Нет. Он совсем другим делом занимается.
- Каким?
- Он обкладывает богачей налогами. Это же ваш лозунг: "Грабь награбленное"?
- Я не знаю.
- Ну, простых людей он не трогает. Он только тех, у кого больше миллиона...
* * *
- Деревня - есть деревня. Тут каждый человек на виду. А уж, если дело коснется любви, тут уж бабы, как худые сороки, таскают сплетни и устраивают возле колодцев конференции...
* * *
- Искусство, Федор Иванович, принадлежит народу. Конечно, кино - самое массовое из искусств. Но, Федор Иванович, музыка призвана воспитывать человека не только эстетически, но, если можно так выразиться - политически. Нам песня строить и жить помогает.
- Ну, да...
* * *
- Она жена другого человека.
- А я люблю её! Ясно?..
* * *
- Вот, допустим, ты была бы взрослая женщина и у тебя был бы муж, который бы тебя очень любил. Ну не тебя, а женщину.
- А почему не меня?
- Ну, я серьёзно!
- Ладно, ладно не буду.
- Ну вот... Он бы тебя любил, а потом на время уехал. А за тобой бы стал ухаживать другой человек. Мужчина, в общем. Как бы ты поступила?
- Не знаю...
* * *
- "Ваш любимый герой". Я решил, напишу про вас! Потому что для меня, герой - это человек, который... Ну, в общем который не ждёт пока его позовут, а сам идёт по всей Земле. И где он идёт, там может выстроят заводы или целый город. А он раньше всех! Первый! Идёт, ищет руду, бокситы, нефть не для себя, а для других...
* * *
- Ты меня любишь?
- Очень.
- Не очень, да или нет, говори. Мне это важно сейчас. Ты меня любишь? Это просто капец, когда человека никто не любит. Ну?
- Я люблю тебя, Маш! Очень-очень...
* * *
- Можно, конечно, развестись. Советская власть никого силком не принуждает жить. Можно оставить, держать в унынии, источить попреками. Ты, мол, обманом меня взяла. Точить, чтобы стала тоньше спички. А это он и не умеет.
- Это так, вообразилось. Она думала - Евдоким хороший человек, но скучно с ним. Молчит да молчит. То ли дело Ахмет. Всегда-то веселый, всегда ласковый. Сказки, бывало, сказывал, шутки шутил. Учил любовные слова по-татарски говорить. Хорош был Ахмет. Нет не будет ему жены кроме Евдокии, думал Евдоким...
* * *
- Хороший человек. С добром пришел. Входи, человек, ты здесь у себя дома...
* * *
- Понимаешь, а сколько у тебя женатых водителей, ты знаешь?
- Не считал.
- Вот отсюда и танцуем - холостой водитель это работа несамостоятельная, а женатый человек - это женатый человек! Так что держите курс, товарищи, на женатого водителя!..
* * *
- Только сила может дать человеку золото, женщин и славу...
* * *
- Почему так бывает? Напустит на себя человек туману, наговорит всякого, джины, виски, закон моря. Рубаха-парень. А сдерешь эту рубаху - человек как человек.
- С меня тельняшку сдирать не надо.
- Вот и хорошо...
* * *
- Здравствуйте. Хотел спросить, зачем вам это всё?
- Что всё?
- Ну всё вот это?
- Вам права вернули?
- Это сейчас не имеет значения. Я могу с вами поговорить по-человечески? Вам трудно сесть ко мне в машину? Просто объясни, зачем тебе всё это нужно? Нет, ты пойми... Понимаешь, я не живу в последнее время, я не живу, я занят мерзостью. Мерзостью! Я должен заниматься тем, чтобы тебе объяснить, что есть люди, которые живут по иным законам, чем другие. Ты заставил меня этим заниматься! Я занимаюсь твоим спидвеем, чтобы тебя выгнали из секции! Твоей сестрой. Она милый человек, может быть. Но я вынужден, потому что ты не хочешь ничего понимать! И на ковре ты стоял, и вызывали тебя и ругали - ничего ты понимать не хочешь! Я должен заниматься этим, чтобы тебе объяснить те законы, которые ты сам прекрасно знаешь! Ты хоть знаешь, как тебя называют?
- Знаю!
- Не обидно?
- Обидно. По-разному склоняют. Меня ещё и персонально - Рыжим. Но я знаю, что если я на своём месте такой, а другой на своём месте тоже такой же, и ещё там, и ещё, то, может, и будет как надо. Спидвей накрылся - Бог с ним, с сестрой разберёмся, буду глотать пыль на этом драндулете - дело не в этом. Дело в том, что я такой и другим быть не могу и не буду.
- Ты правду говоришь-то?
- Правду.
- Так считаешь?
- Так считаю.
- Честно?
- Честно.
- Господи, сколько у тебя ещё разочарований впереди...
* * *
- Я только теперь узнала, что вы придумали по радио матерей искать по детским воспоминаниям и сразу к вам.
- Ну, это не я придумал.
- А кто? Разве не вы специалист по этому вопросу?
- Нет, я только помощник специалиста.
- Значит, ваша фамилия Буракова?
- Нет. По мужу моя фамилия Ярцева.
- Вы понимаете, почему я хочу? Мой муж хорошо зарабатывает, я сама тоже работаю, мужнина мать с нами живёт, а моя-то мама? Может ей помощь от меня какая нужна? А вы, пожалуйста, объявите по радио, если нужно, мы заплатим.
- Хм, да Вы богатая женщина! Вы знаете, сколько стоит одна минута радиовещания? Как-то у нас тут на радио один японский кондитер рассказывал...
- То ж в Японии!
- Вот именно. Причем же тут деньги! Вот помочь вам действительно будет очень трудно. Понимаете, каждому ребёнку кажется лицо матери красивым, и мы в детстве купали своих детей, а сколько ребят увозили поездами? В воспоминаниях обязательно должно быть что-то личное, характерное.
- Характерное? Мне ж тогда три года было. Возраст в детском доме комиссия по молочным зубам определила. Попробуйте вспомнить какую-нибудь подробность, которую не могла забыть ваша мать.
- Подробности? Я помню пуговицы у отца были блестящие, когда он прощаться приходил. Плоховатые у меня воспоминания. И, наверное, возраст неправильно определили. Я мало запомнила для трёх лет.
- Вот сегодня буквально по пустякам человек нашёлся. И вы тоже вспомните что-нибудь из своей младенческой биографии.
- Пусть я буду последней на очереди, только не кладите меня в папку несчастливых...
* * *
Спасибо, жизнь, за то, что вновь приходит день,
Что зреет хлеб, и что взрослеют дети.
Спасибо, жизнь, тебе, за всех родных людей,
Живущих на таком огромном свете.
Спасибо, жизнь, за то, что этот щедрый век
Звучал во мне то радостью, то болью.
За ширь твоих дорог, в которых человек,
Всё испытав, становится собою.
За то, что ты - река без берегов,
За каждую весну твою и зиму,
За всех друзей, и даже за врагов,
Спасибо, жизнь, за всё тебе спасибо!
За слезы и за счастье наяву,
За то, что ты жалеть меня не стала,
За каждый миг, в котором я живу,
Но не за тот, в котором перестану.
Спасибо, жизнь, что я перед тобой в долгу,
За прошлую и завтрашнюю силу,
За всё, что я еще успею и смогу,
Спасибо, жизнь, воистину спасибо.
За то, что ты - река без берегов,
За каждую весну твою и зиму,
За всех друзей, и даже за врагов
Спасибо, жизнь, за всё тебе спасибо!
За слезы и за счастье наяву,
За то, что ты жалеть меня не стала,
За каждый миг, в котором я живу,
Но не за тот, в котором перестану...
* * *
- Всё-таки плохо, когда к человеку всё сразу приходит.
- Что, "всё"?
- Что? Счастье.
- А как оно должно приходить?
- Постепенно и очень долго. Так, чтобы на всю жизнь хватило. А то вспыхнет, как спичка - ни света, ни привета...
* * *
- Сервис? Вы, товарищ Гулькина, человек у нас новый и не знаете, что в нашем деле взять на себя новую обузу легче, чем потом от неё избавиться...
* * *
- Я тебе так скажу: нельзя выходить замуж за молодых - слишком рискованно. Неизвестно, что из человека получится. Выходить нужно за сформировавшихся. Пусть у него давление и сердце, но это не кот в мешке...
* * *
- Оленька, ты английский помнишь?
- Надеюсь. Шекспира я в подлиннике читала.
- Что вы говорите! Вот что значит образованный человек! Английский наизусть знает! Я тоже когда-то знала по-заграничному. У меня даже был знакомый француз из Одессы. А вот это специально для вас. Вот это вот... Знаете, что это? Это безразмерный бюстгалтер из Калифорнии. Смотрите, какая прелесть!..
* * *
- Ты ещё спрашиваешь. Талантливый и холостой. Эти качества редко сочетаются в одном человеке...
* * *
- Александр Петрович, труд превратил обезьяну в человека не для того, чтобы человек превратился в лошадь.
- Работа подождёт?
- Да, вы правы...
* * *
- Мои коллеги дело делают, а я деньги. Они книги пишут, а я никому не нужной халтурой занимаюсь! И всё это для денег, для денег! Они инфаркты, как твой Скворешников, зарабатывают! А ты живёшь, как нормальный человек! Не как нормальный, слышишь?! Не как нормальный!
- Вовик! Нормальный человек от такой пустой жизни давно свихнулся бы! Я живу как сторож при собственном барахле! Мои соболя! Вовик! С ума сошёл!
- Ты знаешь, кем бы я мог быть?! И на что я сам себя променял?! На мебель! На антиквариат! На хрусталь! К чёрту!..
* * *
Чего только нету, чего только нет
На этом на белом на свете,
Повсюду минувшего времени след,
А мы за сегодня в ответе.
С тобою нам дом возвести суждено,
В дне завтрашнем вспомнив вчерашний,
Нам жить интересно и весело, но,
Но все-таки хочется, хочется страшно
Хоть глазочком заглянуть бы,
Заглянуть в грядущий век.
И узнать бы, что за судьбы
Ждут тебя, ждут тебя, человек...
* * *
- Что стоите, дремучие вы человеки? Где ваша совесть? Лезьте, дочку спасайте!
- Легче сразу сгореть в пожаре, чем всю жизнь сгорать от стыда.
- От стыда все же полегче.
- Ну что же, мне, самому царю, в пекло лезть?
- Полезай, родненький. Мы по тебе такие поминки справим. Блинков напечем. Бражки наварим. Полезай, батюшка родненький...
* * *
- Любой человек, если он не последний идиот, конечно, прежде чем послать кого-либо на виселицу, спросил бы его фамилию.
- Я лорд Гилдой, капитан. Я не скрываю своей связи с герцогом Монмутским...
* * *
- Мерзавец! Я же приказал не давать ему ни воды, ни пищи!
- Сожалею, господин полковник, но я не слышал вашего распоряжения. Увидев раба моего господина, который вот-вот мог умереть, я счел своим долгом позаботиться о его собственности во имя человеколюбия.
- Во имя человеколюбия, собака, я не оставлю на твоей паршивой спине ни одного клочка целой кожи. Взять его!..
* * *
- Ну, что, профессор Кутейщикова, что же вы не изучаете свою загадочную планету? Молчишь? Так я могу тебе всё объяснить. Стреокозоиды бывают трех типов: червеобразные стрекозоиды, человекообразные стрекозоиды, и стрекозоиды стрекообразные. Мы столкнулись с типичными представителями стрекозоида человекообразного...
* * *
- Мм... Скажи мне, Ольга, что такое любовь?
- Что?
- Что такое любовь?
- Я не знаю.
- А я думала, у тебя на этот счет есть какая-нибудь теория. У тебя же всегда есть разные теории.
- Да, есть.
- Химическая.
- Да, химическая. Мне кажется, что как соединение двух химических веществ в одно новое вещество. В одном не хватало каких-то одних элементов. В другом других. А когда они соединились, то они как бы дополняют друг друга.
- Прекрасная теория. Только это значительно сложнее в химии. А уж в жизни!.. Да вот, например. Одни говорят - умри, но не давай поцелуя без любви. Другие - могут целоваться понарошку. Я помню чудное мгновение передо мной явилась ты. Как мимолетное видение, как гений чистой красоты. А, может быть, она ему явилась на лестничной площадке, где тетя Поля хранит свои ведра и щетки?
- Да...
- Я, кажется, тоже не смогу ответить на этот вопрос. Но, я знаю одно: в человеке всё должно быть прекрасно. И лицо, и одежда, и душа, и мысли...
* * *
- По-моему, это ерунда.
- Ты про что? Да вот это - "в человеке всё должно быть прекрасно".
- Почему ерунда? Это Чехов сказал.
- Ну и что, что Чехов? Выходит, если у Веры Гимильфар кривые ноги, что же ей, не жить на свете? Или, может, прикажешь оперировать?
- Пусть оперируют...
* * *
- Спасибо, поддержала. Обрадовала.
- Обрадовала - пляши.
- Я не пляшу.
- Плясал, не ври, знаю.
- Плясал. Один раз в жизни. И только для одного человека, и свидетелей при этом не было...
* * *
- Человек, не способный оценить помощь других, сам не поможет.
- А вы оригинальная девушка.
- Да? А вы не очень...
* * *
- До скорой встречи, Вера!
- Поздно, Таня, поздно. Один раз в жизни я попробовала тебя послушать. Поздно.
- Можно подумать, что на нем свет клином сошелся.
- Что?
- Не понимаю, что он в ней нашел?
- Наверное, человека.
- А я?..
* * *
- Эта земля наша. И не след росскому человеку от каждой беды в леса и болота хорониться. Беда большая грядет. Но не гоже свой дом на поругание оставлять. Суждено вместе град удерживать...
* * *
- Ты святая, понимаешь? А я нормальный живой человек. Ты представляешь, каково мне каждую секунду рядом с тобой чувствовать, какое я дерьмо?..
* * *
- А помнишь, ты говорил что сам человек - это целый мир и каков человек, таким и мир откроется ему?
- Вот как ты запомнила.
- Да, на всю жизнь...
* * *
- Человек должен сам решать свою судьбу! Иначе жить не стоит...
* * *
- Человека убить? Тьфу! Дело-то клевое!
- Может и клевое. За этой сволочью еще угнаться надо! Они визгливые, как крысы...
* * *
- Бублик, Мотыль, Пончик. Пончик, Бублик, Мотыль. А по-другому: Вася, Дима, Петя. Так, кажется? А знаете вы, Вася, Дима, Петя, что вот уже тридцать человек на Земле называют меня Иннокентий Петрович? Ждут, просят помочь, советуются. Я им нужен. А космос... Что космос? Космос - дело-то наживное. Да. А дети... Дети - они перспективные. Их только надо почувствовать. Вот, вы, например. вы ж тоже не без способностей. Вас просто не почувствовали, и - всё...
* * *
Но завтра придёт
К человеку не просто.
Взрослеет любовь,
Как вчерашний подросток
И солнышко блещет,
Блестит и блистает,
Но завтра - оно
Без вчера не настанет...
* * *
Кто-то, я не знаю, кто,
А скорей всего, никто, -
У подъезда на скамейке
Человек сидит в пальто.
Человек тот пожилой.
На Арбате дом жилой,
В доме летняя еда,
А на улице среда
Переходит в понедельник
Безо всякого труда.
Голова моя пуста,
Как пустынные места...
* * *
- Батюшка! Отец Гермоген, пойду я домой, а?
- Прокляну.
- Целый день, клянусь, как птичка на дереве сижу. А то больные пришли. Ну, что мне себе голову откусить, а?
- Это вам, святой отец.
- Подай четыре.
- Господа! Господа, рядом со мной стоит великий врач, гуманист и просветитель Бенжамен. Извини, друг мой. Господа, история золотыми буквами впишет имя этого человека в книгу веков, рядом с Гиппократом, Коперником и Георгием Саакадзе...
* * *
- В чем дело?
- Этот господин подавился ядовитой костью. Но мы не знали, что... что кости форели бывают ядовитыми. Обычной форели нет, но в данном случае мы имеем дело с редкой разновидностью, именуемой йоникус море.
- Еще четверть часа и я не ручаюсь за жизнь господина.
- Ну, так немедленно приступайте к операции!
- К сожалению, мне надо выполнить одну небольшую формальность. Но я колеблюсь, как осмелиться вам предложить то, что я имею в виду? Вам, генерал, кавалеру орденов с бантиками и без бантиков, потомку старинного рода.
- Ты что, издеваться надо мной?
- Два месяца тому назад, князь, вы затащили сюда человека и нанесли ему огромное оскорбление.
- Э... Это, ты тот?
- Тот, тот, ваше превосходительство.
- Ну, назови сумму.
- Нет, я хочу, чтобы ты восстановил мою честь, Вамех Вамехович.
- Хорошо. Я письменно признаю, что не был прав.
- Неужели. Я потрясен, какое благородство.
- Нет, дорогой, нет. Ты поцелуешь меня туда же, куда целовал тебя я...
* * *
- А Дик говорит, что киты плачут, когда их убивают. Это правда, сэр?
- Не думаю, чтоб киты плакали, малыш. Они же не люди.
- А Дик говорит, что киты лучше некоторых людей. Например, не бросают раненных и больных. Не дерутся между собой и не убивают друг друга, как люди.
- Человек - высшее создание Божье. А кит - глупое животное.
- А Дик говорит, что киты умные и добрые животные, потому что они иногда спасают матроса, упавшего за борт...
* * *
- Лучше в любой момент умереть человеком, чем вечно жить скотом. Экклезиаст был не прав. Мертвый лев лучше живой собаки...
* * *
- Сегодня беспризорник, завтра враг труда, бандит! На бойне мировой отцы их погибали в царских ротах. Их матерей терзали интервенты голодом блокады. В младенчестве на лица их морщинами легла забота. По городам они скитались злым, голодным, волчьим стадом. Что их спасёт? Благотворительность? Нравоучение? Им и нам смешно всё это! Мы знаем больше: человека создаёт среда. Путёвку в жизнь им даст Республика Советов, познавшая могущество свободного, всеобщего труда!..
* * *
- Так, ставлю вам на вид, молодой человек. На территории школы в полночь в обществе посторонней девицы!..
* * *
- Слово обладает могучей силой. Оно может убить человека и возродить к жизни. Надо подумать раньше, чем произнести...
* * *
- А знаете, чем наградил меня король?
- Чем, Том? Чем? Чем? Говори, Том!
- Званием королевского воспитанника.
- А что это значит, Том? Что это такое?
- Это значит, что каждый человек при встрече с вашим сыном должен снять шляпу и поклониться. А сэра Гендона он наградил ещё больше. Он получил право не снимать шляпы даже перед самим королём!
- О-о-о...
- О!..
* * *
- И как вы решаетесь от такой благодати в Сибирь?
- А разве там так плохо?
- Нет, отчего же. Но туда ссылают нашего брата за тяжкие преступления, а вы добровольно. Значит, вы сильная.
- Ой, что вы. Там очень нужны учителя, и никто туда не хочет. А я мечтаю. Я буду учить детей. Вы знаете, мне кажется, что если человеку долго внушать хорошее и делать это от чистого сердца, то любой, даже самый плохой человек переменится. Только надо непременно от чистого сердца...
* * *
- Несмотря ни на что, восстание начинаем завтра.
- А если за них будет драться Человек-Гора?
- Тогда он будет разбит вместе с ними!..
* * *
- И вдруг, в тот самый момент когда до Москвы остается каких-нибудь 3-4 тысячи километров, такого человека берут и бросают...
* * *
- Мои музыканты народ культурный, ниже счетовода ни одного человека нету...
* * *
Я, моряк, бывал повсюду, видел сотни разных рек.
Никогда я врать не буду, Не такой я человек.
Да, да, да! Я врать не буду, Не такой я человек.
Мастер нужен в каждом деле. Я на каждой на реке
Сосчитать могу все мели, Словно пальцы на руке.
Да, да, да! Могу все мели счесть по пальцам на руке!
* * *
- Отдайте ему винтовку. Отведите его к капитану Синицыну, скажите, что я приказал дать ему флаг, и пусть первым пойдет в атаку и воткнет флаг по ту сторону реки. Повторить приказание!
- Отвести к капитану и сказать, что вы приказали отдать флаг, чтоб воткнул по ту сторону реки!
- Так. Ну, иди. И если убьют, то умрешь как человек. А если останешься жить, то будешь жить как человек...
* * *
- Также заседатель ваш. Он, конечно, человек сведущий, но от него такой запах, как будто бы он сейчас вышел из винокуренного завода...
* * *
- У меня одни огорчения и неприятности.
- Садитесь! Курите. Что же могло произойти с вами за один день?
- Странный вопрос женатому человеку...
* * *
- Боже, праведный! А? До чего он изменился! Ведь это же окончательно женатый человек! У него на лице написано - супруг!..
* * *
- В истину можно поверить только когда ты достаточно выпил.
- А в любовь?! Разве можно поверить в любовь человека, который отрёкся от вина? Вино - это пробный камень для сердца влюблённого...
* * *
- Как видите, это довольно миловидная девушка. К сожалению, она уже знает об этом. Юленька любит хорошо одеваться. И казалось, что в этом дурного? Однако, есть человек, который с этим не согласен. Это Слава Сидоркин. Комсорг отдела готового платья. Слава находит, что у комсомолки Петровой всё подчинено желанию одеваться, и если её вовремя не остановить, она просто погибнет. Слава твёрдо решил перевоспитать...
* * *
- Если вас не затруднит, слегка обожаемая тетя, зовите меня на вы.
- Митя! Я человек грубый, из маляров. Мне так больше нравится...
* * *
- Мне вдруг открылось, что человек может сделать гораздо больше, чем любая самая одаренная Лилиана...
* * *
- Ну так и что? Вы простой человек? Люмпен?
- А что значит "люмпен"?
- А, нищий, босяк.
- Нет, господин Труцци, я не босяк. Не голод погнал меня в цирк...
* * *
- Я люблю Ирину.
- И я. Но Ирина сплошное легкомыслие.
- Она увлекающийся человек.
- Это одно и то же.
- Нет, легкомысленный - плохо, а увлекающийся - хорошо.
- Она в вас быстро разочаруется.
- В этом виноват буду только я...
* * *
- Одна беда: Маша: девка на выданье, а какое у неё приданое? Частый гребень, да веник, да алтын денег, прости господи, с чем в баню сходить.
- Пошли нам бог только здоровья, а женихи не уйдут. Добрый человек полюбит так и без приданного возьмёт.
- Хорошо, коли найдётся добрый человек, а то сиди себе в девках вековечной невестой.
- Вот видите, я был прав. Совершенная дурочка...
* * *
- Сообразуйся беспримерному её императорского величества милосердию, зная её сострадательное и человеколюбивое сердце, единодушно приговорили и определили за все учиненные злодеяния бунтовщику и самозванцу Емельке Пугачеву учинить смертную казнь - чертвертовать. Голову сомкнуть на кол, части тела развести по четырём сторонам...
* * *
- Приятно, когда думаешь о человеке плохо, а он оказывается хорошим...
* * *
- Герасим горько тосковал по деревенскому быту. Но ко всему привыкает человек. И Герасим наконец привык к городской жизни...
* * *
- Оне полагают, что ты остепенишься, женившись. Понимаешь?
- А чего ж не понимать? Женитьба дело хорошее для человека. С очень моим приятным удовольствием.
- Вот только невесту тебе сыскали...
- Какую, позвольте полюбопытствовать?
- Татьяну.
- Татьяну... Это какую? Прачку?!
- А что это ты всполохнулся? Разве она тебе не по нраву?
- Да какое не по нраву! Девка она ничего, работница, смирная девка. Но ведь этот-то, леший-то, кикимора-то степная, ведь он за ней...
- Знаю, брат, всe знаю.
- Да помилуйте, Гаврила Андреич! Ведь он же меня убьeт, ей-богу, как муху какую-нибудь прихлопнет! ведь у него рука, ведь вы изволите посмотреть, какая это рука! ведь это же Минина и Пожарского рука! Ведь он же глухой, бьeт и не слышит, как бьeт! И унять его нет никакой возможности...
* * *
- Вот видишь, Витя, сделаешь человеку одолжение - он тебе сразу же на голову садится. Учти это, Витя, и сделай тете ручкой...
* * *
- Иногда человек становится подлецом только потому, что не хочет быть жестоким.
- Это малодушие.
- Конечно...
* * *
- Я, милостивый государь, моряк, а не жандарм. Один раз я сделал для вас всё, что можно требовать от порядочного человека. У вас нет никаких других оправдательных документов? Я вынужден предать вас суду...
* * *
- История, которая привела меня на скамью подсудимых, печальна и поучительна. Печальна, потому что я совершил проступок, бросающий тень на мое офицерское достоинство. И поучительна, ибо молодые офицеры смогут извлечь из нее душеспасительные уроки. Более месяца тому назад я обратился к капитану первого ранга Сергееву с просьбой выплатить мне денежное довольствие за месяц вперед. Я надеюсь, что суд поймет меня, господа. Я впервые вступил на таящую в себе столько заманчивых для молодого человека возможностей землю Франции. Я очутился в Гавре, затем в Париже. Роковой случай привел меня в игорный дом.
- Каково излагает, подлец!
- Роман, господа, роман.
- Повезло...
- События разворачивались со стремительностью необыкновенной, господа. Водопад жизни увлек меня, я потерял голову.
- Чудо!
- Не чудо, а позор флота!
- А по мне, господа, месяц так пожить, а потом хоть в шпаки.
- Да что месяц... Недельку бы. Хоть на зубок попробовать.
- Эх, молодые годы, где вы?
- Что же тут судить, господа? За что? Граф Монте-Кристо...
- Итак, господа, я подхожу к концу моей печальной истории. О, как трудно, господа... Без денег, без крова, без друзей, брошенный на дно жизни, я жил лишь мечтою о возвращении в свою офицерскую семью. Тяжелым трудом собрал я нужные деньги. И вот я здесь, господа. Вам ли говорить, господа, сколь глубоко я осознаю всю тяжесть моего проступка...
* * *
- Зачем мне квартира?
- Жить.
- Нет, Илюш, мне нужно закончить то, что начато.
- Что такое "нужно"?
- Не понимаю.
- Ну кому это это твое "нужно"?
- Человечеству! Это тебя устраивает?
- Хо! А зачем это нужно твоему человечеству? У человечества всего хватает. Человек достиг такого, так сказать, совершенства, что может истребить все живущее на Земле за двадцать минут.
- Не юродствуй, Илья!..
* * *
- Ты что ж, так сказать, рассчитываешь на разум?!
- Вот именно!
- Ха-ха-ха-ха-хааа! Митька! Неужто ты всерьез думаешь, что человек стал умнее за последние тридцать тысяч лет?.. Да нисколько! И мозг у нас не увеличился, и извилин не стало больше! Тот, кто выдумал колесо, был гениален, как Эйнштейн! Тот, кто первым высек огонь, был талантливее открывателя квантовой механики!..
* * *
- Я слышал, ты и в партизанах был. А чего ушел?
- Блокировали нас в лесу. Меня - самолетом на Большую землю, в интернат. Только я подорвал оттуда. Живешь - крупу переводишь. Знай зубри значение травоядных в жизни человека...
* * *
- Пять лет тому назад, я увидел ее в театре. И тогда же, в первую секунду, я сказал себе, что я люблю ее. Что на свете нет ничего похожего и нет ничего лучше. Нет ни звери, ни растения, ни звезды, ни человека прекрасней и нежнее...
* * *
- Я встречаю это впервые, юноша любит... Нет, это не заурядная любовишка, которая пройдет и забудется. Тут человек, понимаете? Жизнь не потушила его как папиросу. Он смеет. Его любовь трагична, он любит, не имея никаких надежд. Она княгиня, он чиновник, беден. Между ними пропасть. Но он чисто верен своей любви...
* * *
- На земле лежал человек, никогда особенно не боявшийся смерти. Но сейчас ему было страшно до отчаяния. Он со злобой думал о том как фашисты будут стоять над ним и радоваться, что он мёртвый валяется у их ног. Он был бы рад, если бы фашисты, придя сюда нашли тело никому не известного старшего лейтенанта, который четыре года назад сбил свой первый «фоккер» над Мадридом, а не тело генерал-лейтенанта Козырева. Он впервые в жизни проклинал тот день и час, которым раньше гордился. Когда после Халхин-Гола его вызвал, сам Сталин и произведя прямо из полковников в генерал-лейтенанты, назначил командовать авиацией целого округа. Сейчас, перед лицом смерти, ему некому было лгать. Он не умел командовать никем кроме самого себя. И стал генералом, в сущности оставаясь старшим лейтенантом...
* * *
- Говорят, человек перед смертью вспоминает всю свою жизнь. Может быть и так. Но он вспоминал перед смертью только войну. Говорят, человек перед смертью думает сразу о многом. Может быть и так. Но он перед смертью думал только об одном - о войне. Он всё-таки сбил сегодня ещё одного фашиста. Тридцатого - и последнего. В его душе не было предсмертного ужаса. Была лишь тоска, что он уже никогда не узнает, как всё будет дальше...
* * *
Пять человек, а идут посередине мостовой с барабаном и с горном. Так что он всегда шел впереди. Он даже горн держал как-то изящно...
* * *
- Вы слышали, что немцы наладили печатание английских фунтов, французских франков, польских злотых и русских рублей?
- Я предполагал...
- Ну, пока вы предполагали, кое-кто из этих парней осваивает рейхсмарки.
- Но это же преступление.
- На войне каждый день совершаются преступления. Деловой человек сделает из этого выводы.
- Вы серьёзно?
- Для шуток нет времени...
* * *
- Были же люди, которые год за годом упорно говорили нацизму "нет". Нужно много мужества чтобы умереть, но быть может не меньше мужества нужно, чтобы говорить "нет", когда кругом говорят "да". Чтобы оставаться человеком и борцом, когда люди кругом перестали быть людьми. Чтобы думать, когда думать запрещено...
* * *
- И все-таки я верю в то, что человек разумен. Ведь он рождается прекрасным. Плохих детей нет. Все дети во всем мире хороши. Все зависит от того, что мы с вами вылепим из этих детей. Во что мы с вами превратим их...
* * *
- Ташкент очень большой, красивый город. Там есть большие парки, сады, кино широкие улицы, магазины и высокие дома. Вас там будет сто двадцать человек. Ты будешь учиться и будешь работать. На фабрике, где делают телефоны. А по выходным дням вас будут водить в парк...
* * *
- Скажите, пожалуйста, а вам никогда не казалось, что вы чем-то отличаетесь от других людей?
- Казалось.
- Чем же? Как чем?!
- Сами знаете у меня ж 33 зуба. И еще это не проверено...
- Что не проверено?
- Что я - потомок марсиан. В народе говорят, что я еще и снежный человек...
* * *
- Ну вот. Ты хочешь, чтобы я и болел, и плакал. Зачем?
- Это нужно. Человек должен иногда плакать.
- Ну хорошо, я постараюсь. Всё это муть, Лен. Ни черта я не верю в себя. Надо выкарабкиваться. Надо обретать независимость. Всё это ерунда, Ленка, никто не знает, что думают люди по ночам, когда они одни...
* * *
- Я ведь человек замкнутый, сдержанный. Это научно установлено. На вопрос: "Как живете?", я всегда отвечаю: "Спасибо, хорошо"...
* * *
- Павел Андреевич, а вы научите меня стрелять?
- Хорошо. Только мне не очень хотелось, чтобы это когда-нибудь пригодилось.
- Павел Андреевич, а почему взрослые лгут?
- О, Юра... Ну иногда, чтобы сделать добро.
- Как это?
- Ты можешь не отвечать на мой вопрос, но тот человек, которого ты видел в тюрьме, разве был вашим садовником? Вот это и называется сделать ложью добро...
* * *
- Павел Андреевич.
- Да.
- Вы - шпион?
- Как ты думаешь, Юра, Владимир Зенонович хороший человек?
- Да, очень!
- Мне он тоже нравится. И я совсем не против него. А против того, что он хочет сделать...
* * *
- Ты подумай, какой удивительный человек! Людская злоба отказала этим плодам в счастье созревания. А он от широты души своей дает им эту радость.
- Скажи, он, по-твоему, кто?
- Придурок.
- Глупая. Он красивой души человек. А ты этого не видишь. Тебя никто не научил смотреть...
* * *
- Ты знаешь, Володя, таких картин на каждом базаре навалом.
- Да нас с тобой люди будут вспоминать только потому, что мы жили в одно время с этим человеком!..
* * *
- Как можно видеть во сне человека, которого вы ни разу в жизни не видели?
- А вот так. Голос ваш приснился...
* * *
- Почему-то, когда я слышу ваш голос, ваш простуженный голос, мне хочется плакать.
- Потому что это был ваш голос. Голос с которым вы беседовали. Которому многое доверяли. Теперь вместо этого голоса у вас в жизни будет ваш человек. Не плохой обмен. Прощайте.
- Подождите. Вам что-нибудь пожелать?
- Да. Чтобы он был таким, каким я представляю себе вас. Я желаю вам этого. Будьте счастливы...
* * *
- Человек помирает: у него любовь с первого взгляда...
* * *
- Узнал? Впрочем, годы прошли, давность многое покрывает.
- Давность - это подарок для тех, кто совершил преступление.
- Почему - подарок? Надежда, что человек стал другим...
* * *
- Серафим Иваныч, вас не смущает такая постановка вопроса? Уж больно Западом отдает.
- А что? Мы должны брать от них всё лучшее, что там есть. Был я в турпоездке в одной капстране. И совершенно случайно изучал их стриптиз. Ну безусловно, такой стриптиз, как у них, нам не нужен. Но и чересчур закрываться тоже не следует. Наш человек хочет видеть всё наше!..
* * *
- Я накрепко засел в Париже. Так сказать, в плену Больших бульваров... Да, дико подумать! Был громкий, большой, бурный человек, любил жизнь, сорил деньгами, разрешал... Разрешал женщинам целовать руки, шумел на весь свет, и вдруг пшик, пустое место. Ничего не остается от музыкантов. Остается память, школа, ученики-последователи, все то новое, что он привнес в музыку.
- Утешаетесь, мой друг! Последователи, школа, ученики...
- Николай Григорьевич, всех бы отдал за один день жизни!
- Да и я так же поступил со своими статейками, да и вы... со своими сочинениями.
- С написанными, возможно, да, но с теми, что впереди - нет...
* * *
- Я не могу больше ощущать вас как миф. Я хочу видеть вас реального, бесконечно близкого мне человека. Я имею на это право, потому что я люблю вас, как никто в мире...
* * *
- Простите, я просто не понимаю о чём вы говорите! Здесь явно какое-то недоразумение! Какие-то иностранцы, картины... Уверяю вас, я не имею к этому ни малейшего отношения!
- Недоразумение то, что человек с дипломом инженера превратился в спекулянта и вора, вот это недоразумение!..
* * *
- Михаил Львович говорит, что леса учат понимать прекрасное, что они украшают землю, смягчают суровый климат, а в странах, где мягкий климат, человек мягче и нежнее. Там люди красивые, гибкие, легко возбудимые, движения их грациозны, речь изящна. У них процветает наука и искусство. Философия не мрачна, отношения к женщине полны благородства...
* * *
- В человеке должно быть все прекрасно, все: и лицо, и одежда, и душа, и мысли...
* * *
Когда до снега осень доживет
Как человек до старческих седин,
Укройтесь вашим пледом поплотней
И разожгите в комнате камин.
Еще набейте трубку табаком,
Чтоб в сумраке стоял табачный дым,
И, слово джентльмена я даю -
Вам сразу мир покажется иным...
* * *
- Спящая собака - это была истина, а этот человек - ну, муж, что ли - хотел её разбудить.
- Ну что ж, он поступил совершенно правильно.
- А я считаю - гениальная мысль: собака должна спать. Зачем её будить? Она может...
* * *
- Ну так вот... Настоящая правда... вся... до малейшей подробности, без всякого изъятия... Такая правда не опасна, не страшна. Но то, что в обычной жизни называют правдой, то, что имел этот человек из передачи - это ведь всё половина правды. Она не даёт никакого представления о том, что творится с человеком на самом деле. Она просто представляет ряд фактов, которые до тех пор были скрыты, и хорошо, что они были скрыты. Вот такая правда - предательская штука. Да, вроде той гнусности, которую непременно вытягивают из вас на суде. Что вы делали в ночь двадцать седьмого ноября прошлого года?.. Отвечайте только да или нет...
* * *
- Когда любишь человека - можешь простить ему всё. Во всяком случае, именно так поступают некоторые женщины...
* * *
Точка, точка, запятая.
Вышла рожица смешная.
Ручки, ножки, огуречик - появился человечек!
Что увидят эти точки?
Что построят эти ручки?
Далеко ли эти ножки уведут его?
Как он будет жить на свете,
Мы за это не в ответе,
Мы его нарисовали, только и всего!..
Что вы, что вы? Это важно!
Чтобы вырос он отважным, что бы мог найти дорогу, рассчитать разбег.
Это трудно, это сложно, но иначе невозможно.
Только так из человечка выйдет Человек!
Впрочем, знают даже дети, как прожить на белом свете,
Легче этого вопроса нету ничего.
Просто надо быть правдивым, благородным, справедливым,
Умным, честным, сильным, добрым - только и всего!
Как все просто удается на словах и на бумаге.
Как легко на гладкой карте стрелку начертить!
А потом идти придется через горы и овраги, так что прежде, человечек: выучись ходить!..
* * *
На земле безжалостно маленькой жил да был человек маленький. У него была служба маленькая и маленький очень портфель. Получал он зарплату маленькую и однажды прекрасным утром постучалась к нему в окошко небольшая, казалось, война. Автомат ему выдали маленький, сапоги ему выдали маленькие, каску выдали маленькую и маленькую очень размером шинель. А когда он упал некрасиво, неправильно, в атакующем крике вывернув рот, и на всей Земле не хватало мрамора чтобы вырубить парня в полный рост!..
* * *
- Как можно меня любить, возможно ли любить, ведь я хороша только в праздники. Пришла беда - со мной даже нельзя поделиться. От меня даже не взять что ли помощи?
- А я любил тебя.
- Когда человек любит, он прежде всего идет к тому, кого любит.
- Это в радости можно бегать по друзьям и знакомым. А в горе, а в горе...
* * *
У человека тело
Одно, как одиночка.
Душе осточертела
Сплошная оболочка
С ушами и глазами
Величиной с пятак
И кожей - шрам на шраме,
Надетой на костяк.
Летит сквозь роговицу
В небесную криницу
На ледяную спицу,
На птичью колесницу.
И слышит сквозь решетку
Живой тюрьмы своей
Лесов и нив трещотку,
Трубу семи морей.
Душе грешно без тела,
Как телу без сорочки,
Ни помысла, ни дела,
Ни замысла, ни строчки.
Загадка без разгадки:
Кто возвратится вспять,
Сплясав на той площадке,
Где некому плясать?
И снится мне другая
Душа, в другой одежде:
Горит, перебегая
От робости к надежде,
Огнем, как спирт, без тени
Уходит по земле,
На память гроздь сирени
Оставив на столе.
Дитя, беги, не сетуй
Над Эвридикой бедной
И палочкой по свету
Гони свой обруч медный,
Пока хоть в четверть слуха
В ответ на каждый шаг
И весело, и сухо
Земля шумит в ушах...
* * *
- Я тебя люблю, профессор-джан! Люблю, честное слово! А знаешь, почему я тебя люблю?
- Ну, любопытно.
- Потому что ты весёлый человек!
- А-а!
- Весёлый учитель - это радость для учеников!..
* * *
- Нет, осень - другое. Я землю очень люблю. И вот, когда весной сажаешь дерево, поливаешь землю своим пОтом, ты ведь ждёшь, что будет осенью. Потому что осень - это надежда. Только осенью человек может сам себе сказать, кто он. Осенью...
* * *
- И все-таки, Кеша, человек должен идти своим фарватером в жизни...
* * *
- Да не хочу я покупать себе радость ценой чужого горя! Не должен человек гнаться за счастьем как волк за добычей, угрызая собственных собратьев, ком э монстр, не глядя на их кровь и слёзы! Умно говорит, превзошёл самого Плутарха, а все-равно со двора гонят взашей.
- Се ля ви, мон мэтр...
* * *
- Вот безобразие какое! В милицию его надо!
- Ну зачем же так, в милицию? Человек, можно сказать, всю ночь работал. Устал. Может, он мосты строил, а вы - в милицию...
* * *
- Одолжи рубль!
- У меня нет.
- Тогда три.
- Тем более.
- А вообще-то я психически ненормальный. У меня припадки. Вот я могу человека убить, а мне за это путёвку... В санаторий...
* * *
- И вот, Валерий Феликсович, член-корреспондент... Член четырёх королевских обществ. Я его спрашиваю, подходит ли галстук? А он мне пиджак дал! А почему? А по-потому, что он по-настоящему интеллигентный человек. Ведь,что такое интеллигентность? Интеллигентность-это не количество знаний. Сейчас все всё знают. Интеллигентность- это прежде всего доброжелательность...
* * *
- Вот мы с вами, в сущности, совершенно не знакомы, а вы проявляете ко мне доброжелательность! Вот этим временем слушаете меня, а почему?
- Почему?
- Э... А потому что вы тоже по-настоящему интеллигентный человек...
* * *
- Об одном прошу. Как человек прошу, не как командир. Не мешайте мне.
- Этот разведвыход у меня, может, сто первый. Понял? Я на этом деле железные зубы нажил...
* * *
- Знаете, что мне рассказал наш директор?
- Про Лакнехсское чудовище?
- Во-первых, не Лакнехсское.
- Лохнесское.
- Лохнесское. А во-вторых, директор говорит, что вовсе собаки не предпочитают кости и жир, просто им дают кости и жир, а предпочли бы они тоже самое, что и человек. Вырезку. Просто вам удобнее считать, что вырезку они не так уж любят как кость.
- Кому это вам?..
* * *
- Нет, Антон Антонович, не приведи Бог служить по ученой части! Всякий мешается, всякому хочется показать, что он тоже умный человек...
* * *
- Вот, подлинно, если Бог захочет наказать, так отнимет прежде разум. Вот смотрите, смотрите, весь мир, все христианство, все смотрите, как одурачен городничий! Сосульку, тряпку принял за важного человека!..
* * *
- Мы понимаем... мы понимаем, что вы не можете испытывать к нам добрых чувств. Всё же нам казалось, что будет лучше, если мы, вот так, вместе с вами попытаемся разрешить создавшуюся ситуацию.
- Ситуацию?
- Да. Ситуацию.
- Но я не вижу никакой ситуации. Был человек и его не стало. Вот и вся ситуация...
* * *
- А вот ответь мне на такой вопрос. Допустим, девушка, встретила одного человека. Он влюбился в неё до беспамятства. Хорошо. Она решает вместе с ним пройти всю жизнь. А он раз - и бросил её. Она тогда встретила другого человека. А он опять - хлоп! И ушёл. А ты меня совсем не слушаешь? В одно ухо влетает, в другое вылетает.
- Почему? Я слушаю. Это бывает. Печальная история.
- Конечно, печальная...
* * *
- Вы женщина, вы матерью можете быть.
- Не надо об этом.
- Нет, я к тому, что... Что я должен чувствовать, когда такая судьба готовится моему ребенку, я диссертацию имею в виду. Ну, возможно, я не гений, возможно, моя работа имеет недостатки, спорные места, так укажите на них.
- Помогите справиться, правильно?
- Ну, зачем же на корню уничтожать человека?
- Запомните, Гордей Петрович, мыслящий человек отстаивает себя в борьбе...
* * *
Мне внушал папаша с детства,
Не жалея отчих сил:
Деньги все - и цель, и средства,
Помни это, сукин сын.
И родному человеку
Я поверил, гранд мерси,
И папашу под опеку
Взял я, Бог его спаси.
Ох, вы деньги, деньги, деньги, рублики,
Франки, фунты-стерлинги да тугрики.
Ой, день-день-день-день-деньжата, денежки,
Слаще пряника, милее девушки...
* * *
- Сам дьявол не придумал бы лучшего способа проникнуть в посольство. Все дело в том, что здесь не существует водоснабжения, как в других городах мира. Здесь нет ни труб, ни водонапорных башен. Вода стекает с гор специальными каналами, которые протекают под всем городом. Местные жители называют эти каналы канатами. Вот, подобные канаты есть и под посольством. Обслуживают их потомственные канатчики. Обыкновенному человеку проникнуть туда и передвигаться без подготовки невозможно...
* * *
- По-моему они начинают догадываться.
- Много их?
- Человек триста.
- Ну тогда попробуйте их чем-нибудь отвлечь. Ясно? Действуйте.
- Пускаем двойника со стороны кассы...
* * *
- Человек должен быть сыт. В особенности философ. Голодные философы все злые. А философ, который желает добра человечеству, должен есть досыта...
* * *
- Я исследовал органы человека и, когда я заглянул внутрь его, мне отрылось, что каждый человек - это целый мир. Внутри него текут реки. Ручьи полные животворной влаги. А то, что мы называем там сердце, лёгкие - это материки, же острова, омываемые океаном. И обитают в этом мире, как я полагаю, тысячи крошечных существ, живущих в согласии друг с другом. Когда я это понял, я сделал ещё одно открытие. Я, вы, вот эти стражники, вот эта девочка, все мы суть - крохотные существа, живущие в одном, едином живом организме имя которому Земля. Реки, реки - это жилы, по которым течёт её голубая кровь. Европа Азия, Африка, материки это её сердце. Её лёгкие. Облака - это пар от её дыхания...
* * *
- Когда ты от меня ушел, то мне долго не давала покоя одна мысль: о том, как это просто. Ты приходишь домой, пустой письменный стол, два крючка на вешалке пустые, пустая полка, оброненный галстук. Оказывается, можно просто собрать вещи, уложить в чемодан и уйти. И всё. Но твоя жизнь продолжалась, а моя-то остановилась. Ты ходил на ту же работу, занимался теми же делами, ты говорил, в общем-то, те же слова, только выходил из другого подъезда. А для меня все это потеряло смысл. И работа, и друзья, и телефон - всё. И только вот одна мысль о том, как это все просто. Не война, не землетрясение, не смерть - и ничего. А просто ушел человек, которого ты любишь...
* * *
- Ты знаешь, Валя, мне кажется, что у каждого человека в его душе звучит тихий-тихий звук, его нота. Это звук его единственности, его существа, его сути. И вот если звучание совершаемых человеком поступков не совпадает с этим звуком, с этой нотой, человек не может быть счастлив...
* * *
- Он же человек-инструкция, думаешь, он будет мучиться вопросом "а если это любовь"? Всё просто и ясно...
* * *
- Я, представьте себе, влюблен. Ха-ха-ха. Такое знаете смешное слово "влюблен". Даже не знал, что так бывает. Столько лет прожил, и не знал, видите ли. Ну то, что она, конечно иногда любит приврать. Это есть такой грех. Имеет место. Ну что тут поделать. Ведь она, знаете, не простой человек. Вообще, эти женщины теперешние, которые всего должны добиваться сами, ко всему приделать ноги, как говорит моя Света. Это знаете... Не просто...
* * *
- Самолет стоит, машина стоит, груза нет, человека нет. А вот он в сауне сидит, коньяк с шампанским пьет.
- Я слышал, сауна - такая баня, это не кафе.
- Правда? Что вы говорите, он слышал, а я видел! Сауна - это все, и еще кое-что...
* * *
- Охотин, я поняла что мне обидно. Я пять лет жила с человеком, который в общем-то не в моём вкусе, и он же меня бросил...
* * *
- Что это?
- Торт! Кушайте на здоровье! Наш повар, специально для вас приготовил! Вы ему очень понравились. Вон он, из кухни выглядывает. Бывает такое. Просто понравился человек человеку. Возникла так сказать, симпатия...
- Посчитайте мне.
- Вы попробуйте!
- Я прошу, дать мне счёт!
- Ну хоть кусочек. А то наш повар покончит с собой!..
* * *
- Вы я вижу, недопонимаете всю серьезность дела Николаева а оно касается интересов государства! Начиная со времён татаро-монгольского нашествия основная идея, которая всех нас объединяет идея, которой служили поколения наших предков это идея государственности могучее, великое государство - тот идеал, ради которого русский человек готов страдать готов терпеть любые лишения готов, наконец, отдать свою жизнь! Это иррациональная идея. Это не то прагматическое европейское стремление извлечь максимальную выгоду для себя лично это идея российского духа! Который подчиняет и растворяет в себе вашу, мою индивидуальность, но в замен, и вам и мне дает во сто крат больше оно даёт ощущение причастности к великому организму, ощущение духа! Даёт ощущение силы и бессмертия!..
* * *
- Ты с ней знаком?
- С кем?
- С рыбкой.
- С какой рыбкой?
- С золотой. Если учесть во сколько, мне обходятся ее затеи. Вот сейчас втемяшила себе, что вы похожи на ее брата. И хоть кол у нее на голове чеши. Понимаете?
- Не совсем.
- Сейчас поймете. Что будете пить? Коньяк, виски?
- Спасибо, ничего.
- А, с утра не пьете?
- Вообще не пью.
- Вообще?! Замечательно, отлично, это как раз то, что нам нужно. Непьющий человек как раз то, что нам нужно, а то она плохо кончит...
* * *
- В тебе что-то от человека есть. Давно не встречал...
* * *
- Ты целовался зубами.
- Как это зубами?
- Зубами. Ты не знал, что язык в этом деле самое важное. Самая важная штука. Только в тосте можно выразить те возвышенные чувства, которые иногда возникают у человека, который совершенно не знаком...
* * *
- Вот вы прожили долгую жизнь, но было, наверное, что-то такое, что вы вспоминаете чаще всего. Какое-то событие или человека, или случай?
- Да, был такой случай. В 1948 году я работал официантом в ресторане гостиницы "Советская". Мне один посетитель заказал мороженое, а буфетчица в это время сдавала деньги. Я отошел к окну и вдруг увидел как из нашего ресторана вышла женщина. Она была в фиолетовом платье и очень хороша собой. В ресторане я ее почему-то не заметил.
- И что было дальше?
- Ничего не было. Она постояла и ушла. Я пошел работать. Больше я никогда ее не видел...
* * *
- Скажите мне, ну что там нового?
- Вы про город желаете знать или вообще?
- Ну, сначала расскажите мне про город.
- Ну что ж. В городе томительно скучно. Не с кем слова сказать, некого послушать. Новых людей нет. Впрочем, приехал недавно молодой врач, Хоботов.
- Что, хам?
- Да, некультурный человек. Странно, знаете ли. Судя по всему, в столицах нет умственного застоя, есть движение, значит, должны быть там и настоящие люди. Но почему-то всякий раз оттуда присылают к нам таких людей, что не глядел бы...
* * *
- Знаете, молодой человек, вы со стороны похожи на психического больного, если честно. Так у нас с вами никакой трогательной любви не получится.
- Да я ни на какую любовь и не рассчитывал. Мне велели заусеницу между третьим и четвертым пальцем чик-чик. Вот и вся любовь...
* * *
- А вот если не были бы военным, ну просто бы нормальный, простой человек. Без фуражки, с пониманием. То вы бы сообразили бы сразу, что здесь никто ни от кого косить не собирается. Просто у нас тут у всех, это ежику давно понятно, сложилась непростая семейная ситуация. Дело в том, что у этих двух молодых людей зарождающаяся семья геев. Я не знаю, имеете ли вы сейчас в воинских документах точные сведения об именно современных семейных отношениях. Вы же поймите, сейчас в такой непростой политической обстановке, этих ребят поодиночке в армию забирать нельзя. Это же колоссальная травма. Как для них самих, так и для армии, да и самой пресловутой политической ситуации. Никому радости от этого решения не будет. Ни Обаме, ни Порошенко, ни Рудольфовичу...
- А Рудольфович, это у нас кто?
- Это обувной магнат. В его руках ноги этого призывника...
* * *
- В общем, так... И язык, это – не язык, а человек. А еще, я теперь знаю, что оружие бывает холодным и горячим. Ой! Огнестрелевым!..
* * *
- Стремление ко всеобщей любви - это естественная потребность человека!..
* * *
- А я для него свой человек, лицейский друг. Как говорит мама - "стратегическое знакомство"...
* * *
- А потом, я я уже приглашена.
- Кем? Назовите мне имя этого болвана и я сгною его в Сибири. Можете мне поверить!
- В таком случае, вам придется сгноить в Сибири генерал-губернатора Одессы.
- Неужели этот старый осел...
- Ну, что вы. Как можно так говорить о чудесном человеке?..
* * *
- Таков человек. Он выбирает самое большое дерево и хочет спустить на воду самую большую лодку. Он кладет на это силы и годы. А потом убеждается, что задуманное ему не по плечу. Он не может даже сдвинуть лодку с места. А годы ушли, и достанет ли у человека сил в остаток дней взять снова топор в руки и, опершись на весь свой горький опыт, вырубить новую лодку...
* * *
- Я так долго мечтал о встрече с человеком. Почему же я в таком страхе? А... Мы боимся сознаться себе, что человек может оказаться не только добрым, но и самым опасным существом на свете...
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |