Цитаты про женщин
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |
* * *
- Если мужчина спит на холодном полу, значит, в деле замешана красивая женщина...
* * *
- Засунь подальше свою гордость. Ты думаешь, что появишься через десять лет весь такой с цветами и моби на поводке, и она всё поймет? Поймет, почему ты так легко сдался? Женщина мечтает о том, чтобы мужчина за нее боролся. Почему бы тебе не сэкономить десять лет?..
* * *
- Да такому парню, как ваш Павел только свистнуть! Знаете что будет?
- Что?
- Свалка из женщин. И даже не разведенных и не психованных!
- Так мы согласны. Мы согласны на разведенных и пусть даже с ребеночком будет и пусть чуть-чуть психованная, но лишь бы человек был хороший. Чтоб она любила нашего Павла!
- Никаких проблем, тетушка! Ты свистни, тебя не заставлю я ждать. Поэт сказал. Я в рифму не могу...
* * *
- Значит так, все очень просто. Подходишь к женщине, понравившейся тебе, и спрашиваешь: "Где находится нофелет?"
- Что за нофелет?
- Вот! То же самое и она спросит. А нофелет это те-ле-фон, только наоборот...
* * *
- Сегодня вышел из бюджета. С Аллой посидели в "Юбилейном". Раз пять только Челентано Сюзанну заказывал. То се! Дети. Вот о ком я думаю. Должен ли я ради них терпеть жуткие унижения от этой деспотичной не вполне нормальной женщины? Их матери. Ой, дурной. Ой, дурной какой! Сознавать ежеминутно, что я уже не свободный человек, а какой-то винтик в механизме, называемом семья! И знать, что ничего сногсшибательного со мной не произойдет до конца жизни. Нет. Это не гуманно...
* * *
- Павел находка для умной, тактичной женщины! Скромен, тих, пуглив. Почти шизик в жизни, но гений в науке...
* * *
- Нашёл время любить! Зачем тебе нужна эта шумиха, сейчас, когда тебя ждёт назначение? Люби себе на здоровье, но втихую, Лёня. Но поверь, между нами ничего нет абсолютно ничего, я просто снимаю у неё угол.
- Вот об этом никому кроме меня не говори, ладно? Поселиться у молодой красивой женщины, которую любишь, и не жить с ней - это извращение...
* * *
- Женщины! Да послушайте вы меня. Тихо! На всех просторах нашей Родины - кризис неплатежей. Правительство не справляется. Что вы от меня убогого хотите? Да я, своим телом, поездам путь перекрою! Ты понял? Да убери ты от меня свое те...
- Стой, Лапчиков, сейчас я тебе покажу кризис неплатежей, кровопийца.
- А-а! Не надо! Лида!
- Ощущаешь глубину кризиса?
- Да-ада-да! Я ощущаю. Лидочка!..
* * *
- То-се, а-а!
- За женщиной без бутылки ухаживать неприлично.
- Вась, ты возьми у нее на бутылку, а потом ухаживай!
- Правильно!..
* * *
- Брестская крепость, а не женщина!..
* * *
- Это ведь, Лид, принципиальное значение имеет, мы становимся мужчинами и женщинами, в подъезде вонючем, в подвале или или в яблоневом саду, под крышей из листьев...
* * *
- В хорошем настроении женщина - это выгодно. Она и по дому сделает больше, и не испортит настроение мужчине. В хорошем настроении женщина и в постели более сексуальна, раскована.
- Это из личного опыта?
- Нет, приятели рассказывали...
* * *
- Знаете, когда нападает три человека с оружием, трудно быть героем. Согласитесь.
- Нападение всегда неожиданно. Мужчина должен быть к этому готов. Особенно, если рядом с ним женщина...
* * *
- Как прекрасна женщина до брака!..
* * *
- Ты меня ненавидишь? Почему? Потому что я немец? Мой товарищ лейтенант Кюн, тоже немец, он отдавал весь свой паек украинской женщине, потому что у неё было четыре ребенка. Другой товарищ, тоже немец, сапер Траубе долго тащил пленного в лазарет зимой, не мог его бросить, и обморозился. Я видел много ужасного, но я всегда буду помнить того мальчика, который стрелял в меня. Я буду жалеть его, как своего сына.
- Ложись спать! Гутен нахт, папаша!..
* * *
- Ты выбирай, выбирай. Женщину лучше сразу увидеть как она есть, а то потом женишься, а у нее сиськи не стоят, и мучаешься всю жизнь. А вообще, женщины - это, конечно у них такие места есть. За них все отдать можно...
* * *
- Мы с вами... как говорится, это... земляки. В одном госпитале лежали. Я там тоже это... по ранению то... Около месяца, да. Эх, у меня в госпитале женщина была. Повариха. Ой, красивая! Гладкая, вот знаешь, вот как говорится... Одно слово - краля! Да, знаете наверно. Да? Ну! Лизавета, младший сержант она.
- Я поварихами не интересуюсь.
- А, да! Оно то так это...
* * *
- А я не помню, какие глаза у него, не помню. Все вспоминаю, какие они у него, а вспомнить не могу.
- Ты давай лучше шмотки таскай.
- Сам - худенький, совсем мальчик.
- Дурочка, других что ли мало?
- А другим-то другое нужно.
- Что нужно?
- Помочь нужно, товарищ капитан, вы бы женщинам-то помогли!
- А-а!..
* * *
- Отношения между мужчиной и женщиной определяются только одной мерой. Мерой любви...
* * *
- А он ничего парнишка.
- Ничего, ничего.
- Таких теперь называют "нет проблем". Всю жизнь о таком мечтала.
- Насколько я знаю, ты всегда мечтала о противоположном.
- Все знают, за кого женщина выходит, а о ком она мечтает, знает только она сама...
* * *
- Саша, а у тебя есть какой-нибудь принцип? Основополагающий что ли? Исходя из которого ты живёшь? У одного моего знакомого, есть например такой: "Не спеши именно на этот трамвай, потому что придёт следующий". А у тебя?
- Ты знаешь, у моего отца была солдатская кружка, ещё от деда. На ней надпись: "Честно служить - ни о чём не тужить".
- Ну это для службы в армии.
- Ну чего сразу: армия, армия? Можно служить женщине, друзьям, делу...
* * *
- Мой муж - может, он честный и хороший человек, но ведь он... Он лакей! Я не знаю, что он делает, как служит. Я знаю только, что он лакей. Мне, когда я вышла за него, было двадцать лет. Меня томило любопытство. Мне хотелось чего-нибудь... Получше. Ну ведь есть же, говорила я себе, другая жизнь. Хотелось пожить. Любопытство меня жгло. Вы этого не понимаете. Я уже не могла владеть собой. Меня уже нельзя было удержать. Я сказала мужу, что больна, и поехала сюда. И вот я стала дрянной женщиной, которую всякий может презирать...
* * *
- Сходиться с женщиной - это просто. А потом хлопотно...
* * *
- Ну, так я на женщин глядел, конечно. А вот, понимаешь? На чужих! Я не святой такой, чтобы и не посмотреть даже...
* * *
- Я недавно американский журнал видел... Интересно, как там женщины в таком виде сниматься соглашаются?..
* * *
- Я знаю, что женщин повсюду больше, чем мужчин...
* * *
- Люди, может быть, просто забывают сказать "спасибо", "здравствуйте". Как будто официантка - не человек, не женщина...
* * *
- На этом пути открываются новые возможности, поистине сказочные.
Во-первых, эти люди по-своему совершенно счастливы, поскольку они начисто лишены памяти. Они отрезаны от какой либо информации извне. Ведь от чего люди страдают больше всего? От сравнения. Кто-то живет лучше, кто-то талантливее, кто-то богаче, кто-то могущественнее. А человек, прошедший психо-химическую обработку будет радоваться непрерывно.
Радоваться, что ему тепло. Что помидор красный. Что солнце светит. Что ровно в два часа, что бы не случилось, он получит свой питательный бобовый суп. А ночью - женщину. При условии, если он будет прилежно трудиться. Ну, разве это не милосердно?
А дальше Эр Эйч сможет постепенно создавать определенные типы служебного человека. Так как это мудро сделала природа в улье, в муравейнике. Представьте, человек - ткач. Человек - пекарь. Человек - шофер. Причем у него нет никаких других потребностей. Никакого комплекса неполноценности. Ну, нет же у вола комплекса неполноценности оттого, что он вол?! Ну, вол и, слава богу.
Человек робот ни о чем не думает. Всегда доволен. И он размножается. Производит себе подобных. От человека золотаря так же не может родиться человек математик. Как от кошки не может родиться слон. Исключено. Потому что влияние затрагивает генетическую структуру человека. Вот, что особенно важно! А вы говорите...
* * *
- Все порядочные монархи остались в памяти человечества с прекрасными прозвищами. Ну, например: Леопольд Жестокий, Филипп Беспощадный, Арнольд Кровавый. А вы хотите остаться в памяти человечества под номером - Гастон Девятый, и всё.
- Девятый и всё. Ну а что еще?
- А кто же я тогда? Я, ваша жена, ваша супруга. Ваша единственная половина.
- Обожаемая.
- Кто я тогда? Половина кого? Половина Девятого? Не женщина, а Который Час?..
* * *
- У вас прекрасный муж. Да и вы симпатичная женщина. Удивительно подходящая пара.
- О, не совсем. Я по натуре очень ревнива, а господин Бурабо - очень увлекающаяся натура. Он влюбляется во всех подряд. И как-то стремглав.
- Что вы говорите!
- То, что вы слышите, дорогая моя.
- Вы знаете, у меня даже горничной нет. Я сама должна убирать все эти комнаты...
* * *
- Я должен тебе сказать, Александр Давидыч, что жить с женщиной, которая читала умные книги и пошла для тебя на край света, так же неинтересно, как с любой Анфисой или Акулиной. Так же пахнет утюгом и лекарствами.
- Без утюга нельзя в хозяйстве...
* * *
- Я считаю твоего Лаевского мерзавцем и не скрываю этого. Я отношусь к нему, как к мерзавцу.
- Называть человека мерзавцем, это до такой степени нехорошо, что и выразить тебе не могу.
- Что он сделал за эти два года, пока живет здесь? Во-первых, он научил жителей городка играть в карты. Всех, даже женщин и подростков. Во-вторых, разбираться в сортах водок. С завязанными глазами они могут отличить водку Кошелева от Смирнова номер двадцать один. В-третьих, прежде здесь жили с чужими женами тайно. Лаевский живет с чужой женой открыто.
- Замолчи. Я не позволю, чтобы в моем присутствии говорили дурно о благороднейшем человеке!..
* * *
- Женщины играют в жизни Лаевского роковую, подавляющую роль. С тринадцати лет он уже был влюблен. Студентом первого курса жил с дамой, которой обязан своим музыкальным образованием. Дома он сошелся с одной вдовой, которая посоветовала ему оставить юридический факультет и поступить на филологический. А окончив курс, он страстно полюбил теперешнюю свою, как её?.. Замужнюю. И должен был бежать с ней сюда, на Кавказ. За идеалами, якобы. Не сегодня-завтра он разлюбит ее и убежит назад в Петербург, и тоже за идеалами...
* * *
- В ваши годы, Тонечка, и мне сорокалетние женщины казались старухами, у которых вся жизнь позади. А в сорок лет думаешь иначе. Границы старости отодвигаются дальше...
* * *
- Товарищи, женщина впервые в открытом космосе - и она шутит, смеется, говорит о любви! Я бы поаплодировал космонавту Лазаревой.
- В ЦУПе, между прочим, ей уже аплодируют...
* * *
- Представьте, что вы заезжаете в гараж. Держи, это будет машина. А ворота у вас сначала так, потом так, так, еще так... Ты понежнее с ней, ну понежнее, как с женщиной!
- Валер, я с женщиной, которая вращается по всем своим осям, еще не пробовал. Не уверен, что у кого-то такое выйдет...
* * *
- Хабибулин, проснись! Извини, скажи, тебе какой тип женщин нравится? Чтобы плов хорошо варила и полы у тебя в юрте блестели, или такую, чтобы завод строила, ВАЗ за собой вела, а? Если к тому же она красивая.
- Ну, так какую?
- А у которой плов, тоже красивая?
- Красивая. Которая плов. Нет, Хабибулин. Не пловом единым жив человек...
* * *
- Ты еще, мама, не знаешь, как другие женщины со своими мужьями в этом вопросе мучаются. А мой Коля хочет Юрочку усыновить.
- Как ему не хотеть? Своих-то нет. Кто кормить потом будет?
- Ты, мама, всюду одну корысть и видишь...
* * *
- Господи, да чего я психую? Разве я виновата, что внушаю молодым любовь? Другие женщины специально за этим на юг ездят...
* * *
- Федор, женщины уважают власть и силу. А ты, как Долдон, бегаешь и нюхаешь...
* * *
- Вот скажи, зачем ты её рассмешить хотел?
- Откуда я знаю? Захотел и захотел.
- Тогда я скажу.
- Скажи.
- Каждому приятно, когда женщина улыбается. Потому что, если она не улыбается, она через пять минут лаять начинает...
* * *
- Ты прежде всего пойми, что такое брак! Брак - это тайный заговор женщин против мужчин.
- Это война. На одной красоте не выедешь...
* * *
- Ты можешь всё?
- Всё!
- Поклянись.
- Это у вас, женщин, клятвы, а у нас, джинов, каждое слово - правда...
* * *
- Я женщина дорогая...
* * *
- Он, по-моему, от женщин как от чумы шарахается.
- Да, это ты прав. Стесняется.
- Да, он всегда слабенький был...
- Приказываю взять!
- Нет.
- А я приказываю взять!
- Не оставлю я тебя, Алеша, не могу.
- Разговорчики.
- Леш. Слышишь. Как же я жить буду?
- Счастливо...
* * *
- Вот, допустим, ты была бы взрослая женщина и у тебя был бы муж, который бы тебя очень любил. Ну не тебя, а женщину.
- А почему не меня?
- Ну, я серьёзно!
- Ладно, ладно не буду.
- Ну вот... Он бы тебя любил, а потом на время уехал. А за тобой бы стал ухаживать другой человек. Мужчина, в общем. Как бы ты поступила?
- Не знаю...
* * *
- У тя отец щас с кем?
- Ммм, с нами.
- Ну понятно, что с вами, есть у него кто-то?
- Кто?
- Кто, кто, женщина какая-нибудь?
- Нет, ты чё, он, знаешь, как маму любил - больше жизни.
- Ну и чё, он же мужик, ему надо.
- Чё ему надо?..
* * *
- Пошёл к дьяволу, припёрся тут нотации читать, мне без них тошно!
- А ты перебори себя. Тебе тошно, а ты улыбайся, вот тогда будешь интересной женщиной! Ходи, вроде, тебя ни одна собака сроду не кусала. Голову кверху, грудь вперёд и улыбайся! Но громко не хохочи, это дурость...
* * *
- Женщина это сплошной кошмар!..
* * *
- Женщина как стартер - когда-нибудь, да подведёт...
* * *
- Кван - это очень редкий корень. Он хорошо пахнет и защищает от болезней. Самый дорогой подарок для женщин. Дороже золота...
* * *
- Только сила может дать человеку золото, женщин и славу...
* * *
- Женщинам надо дарить золото...
* * *
- Будь осторожен. И не надо слепо верить красивым обещаниям. Женщины коварны. Их ослепляет золото и слава...
* * *
- Женщина есть женщина...
* * *
- Помню, мы всей семьёй пили чай за круглым столом в большой комнате, солнце прямо на стол светило. Помню, как все люди стали говорить слово "война", что случилось с родителями - не знаю. Помню, как меня ночью несли на руках куда-то. В пути наш поезд начали бомбить, женщину, которая нас сопровождала, убили, а мы дети будили её, мы кричали...
* * *
- У меня давно уже своя семья, дети, но ничего не знаю о родных, и нет покоя на душе. Запомнились вокзалы, сутолока, шум. Помнится мать с маленьким на руках, а рядом сестрёнка с братом и чемоданы, узлы возле. Потом мы долго бродили с сестрёнкой среди разрушенных кирпичных зданий. К нам подошла какая-то женщина, потому что мы плакали, что-то спрашивала, потом надела мне свои варежки на ноги, приласкала луковицей и вместе с сестрёнкой отвела куда-то, там было чисто и тепло. В детдом я уже попала без сестры и с тех пор я её ищу...
* * *
- Я только теперь узнала, что вы придумали по радио матерей искать по детским воспоминаниям и сразу к вам.
- Ну, это не я придумал.
- А кто? Разве не вы специалист по этому вопросу?
- Нет, я только помощник специалиста.
- Значит, ваша фамилия Буракова?
- Нет. По мужу моя фамилия Ярцева.
- Вы понимаете, почему я хочу? Мой муж хорошо зарабатывает, я сама тоже работаю, мужнина мать с нами живёт, а моя-то мама? Может ей помощь от меня какая нужна? А вы, пожалуйста, объявите по радио, если нужно, мы заплатим.
- Хм, да Вы богатая женщина! Вы знаете, сколько стоит одна минута радиовещания? Как-то у нас тут на радио один японский кондитер рассказывал...
- То ж в Японии!
- Вот именно. Причем же тут деньги! Вот помочь вам действительно будет очень трудно. Понимаете, каждому ребёнку кажется лицо матери красивым, и мы в детстве купали своих детей, а сколько ребят увозили поездами? В воспоминаниях обязательно должно быть что-то личное, характерное.
- Характерное? Мне ж тогда три года было. Возраст в детском доме комиссия по молочным зубам определила. Попробуйте вспомнить какую-нибудь подробность, которую не могла забыть ваша мать.
- Подробности? Я помню пуговицы у отца были блестящие, когда он прощаться приходил. Плоховатые у меня воспоминания. И, наверное, возраст неправильно определили. Я мало запомнила для трёх лет.
- Вот сегодня буквально по пустякам человек нашёлся. И вы тоже вспомните что-нибудь из своей младенческой биографии.
- Пусть я буду последней на очереди, только не кладите меня в папку несчастливых...
* * *
- Маленькой я любила убегать от матери. Помню, что возле нашего дома на столбе висел колокол. И он звонил, когда началась война. Помню, мы стояли на какой-то железнодорожной станции. Я ей говорю: "Смотри, мам, какие горы!" А она мне ответила: "Это не горы, а вагоны гружёные песком". И ещё помню, я находился с какой-то женщиной в железнодорожной будке, она верно работала стрелочницей, потому что, когда приближался поезд, она держала в одной руке флажок, а на другой руке держала меня. Кто была эта женщина - не знаю. Или моя мать или чужая, которая пыталась найти мне родных, потому и брала меня на руки, когда проходил поезд, в надежде, что кто-то признает меня своим...
* * *
- Дети это такое горе, такие хлопоты. И все они у меня живут и не один не сдохнет.
- Мадам, Вавилова, разве можно в вашем положении ходить босой? Ефим может обойтись и без туфель. Берите и одевайте. Теперь не считаются с тем, что женщина должна рожать. Да ну их к шуту. Одевайте, и кончено с этим.
- Мадам Вавилова, а рожать скоро?
- Ой, скоро! Очень скоро, мадам Вавилова! Вы думаете моя старшая Соня, стоила мне мало крови? Ведро черной крови она из меня выпила. Маленькая, она переболела всеми возможными болезнями. И скарлатина, и дифтерит, и корь, и коклюш, и свинка. Кажется, только холеры у нее не было. От этого всего можно сойти с ума. Но вы не имеете на это права, потому что вы мать...
* * *
- Так вы относитесь к своим женщинам, а? Женщина родила тебя, тебя, тебя, тебя, меня, всех! Женщина - это мать. Разве можно им такие тяжести носить?
- По-моему, нас тут не поняли...
* * *
- Соглашайтесь, полковник, доверьтесь вашей племяннице. Женщине достаточно одного взгляда, чтобы оценить мужчину...
* * *
- Скажите, а где капитан?
- Ему нездоровится, он обедает в своей каюте.
- Ага. Мистер Питт, а почему ваш корабль называется "Арабелла"?
- Не знаю, это прихоть капитана. В конце концов, это не имеет никакого значения. Вот у Левасера корабль был "Ла Фудр", что означает "ветер". Ну и где теперь этот ветер?
- А этот Левасер, правду говорят, что?..
- Мало ли что говорят.
- ... что ваш капитан дрался с ним на дуэли?
- Было дело.
- И наверное, из-за женщины?
- Из-за нее...
* * *
- Детишки-то есть?
- Да нет, что вы. Зачем? У женщин в наш век есть и другие интересы...
* * *
- Я работаю мамой.
- Бывает.
- Что значит "бывает"? Почему бывает? Не бывает, а очень хорошо, что Надя исполняет ответственную должность домашней хозяйки, занимающейся воспитанием детей. Я, кстати, в одном из своих исследований категорически настаиваю на всяческом уважении к этой ролевой функции, в которой женщину до сих пор никто заменить не может...
* * *
- Надюшка, я очень тебя люблю, просто жить без тебя не могу. Да. Не знаю, как бы я утром просыпался без тебя. Ты моя самая нежная. Самая любимая. Больше всех на свете. Самая, самая, самая моя единственная, моя Надюшка.
- Почему ты мне раньше про это не говорил?
- Потому что ты никогда не просила.
- Дурачок. Женщины никогда не просят. Только всю жизнь знаешь, как ждут!..
* * *
- До чего довели пожилую женщину. До крыши! Такая тихая была старушка.
- Кто это?
- Это Веревкина из сорок восьмой.
- Веревкина? Гражданка Веревкина, вы сьели конфету?
- Карету?
- Конфету. И вот при ее помощи...
- Скорой помощи? Зачем?
- Да что с ней такое?
- Произошла ошибка.
- Я так и не шибко...
* * *
- А кто я такой, чтоб в чём-либо упрекать её?
- Как это кто?! Вы почти женаты!
- Да! Я почти был готов жениться на женщине, которая уверяла меня, что она старая дева! Старая дева - это так трогательно, романтично, строго, беззащитно...
* * *
- Жестокая, холодная женщина! Я вас вычёркиваю из своей памяти...
* * *
- Мне кажется, сейчас излишне рассуждать, пристойно или непристойно женщине быть храброй, когда мужчины находятся в нерешительности. Многие здесь говорили: "Отъезд, временная отлучка, отбытие". Я скажу прямо - бегство! А я думаю, бегство нам наиболее вредно, пусть оно и поведет к временному спасению жизни, хотя, вряд ли нам удастся избежать общей участи смертных. Тому, кто однажды властвовал, невыносимо скитаться изгнанником. Итак - беги, беги, Божественный, беги, если хочешь. У тебя горы золота, там тебя ждут корабли. Море открыто всем ветрам. Но после не пришлось бы предпочесть смерть такому спасению...
* * *
- Как я не люблю уродов! Люблю всё красивое. Что ты слышишь вокруг?
- Много звуков. Машины едут, люди разговаривают, смеются. А у той женщины - подковки на каблуках. Она идёт - и слышно. А там машины. И музыка.
- А тебе нужно всё это слышать? Зачем? Забудь всё. Ничего нет. Только море...
* * *
- Женщина, а что вас жалеть-то, если вы можете так поступать?
- Идиот несчастный...
- Нет, милочка, я не несчастный. Я учёный и правду видел, и кривду видел, а вот тебя жизнь ещё поучит! Узнаешь как она прополаскивает таких крашеных...
* * *
- Ты, бунтарь, не стыдно тебе? Зачем ребятам голову морочишь? Чего дурачишься? Думаешь, поезд счастье принесет? А когда придет поезд, разве воздух не загрязнится? Хлеб и виноград не испортятся? Совесть сохранится у людей? Разве женщина сможет без боязни пройти по дороге? Нет, мы народ, производящий хлеб и вино. Будем же осторожны, как бы черта не ухватить за рога...
* * *
- Ну, здравствуйте.
- Женщине руку не протягивают. И вообще, вы мне не нравитесь.
- Ага. Ну, начну с того, что я от вас тоже не в восторге, это, во-первых, а во-вторых, пришел сюда больше из любопытства. Не так часто читаешь подобные объявления...
* * *
- Ничего, пошагаю в одиночестве.
- Не понял. Не понял. А как же объявление? "Одинокая женщина желает познакомиться с одиноким мужчиной". Между прочим, перед вами типичный одинокий мужчина.
- Зато перед вами не типичная одинокая женщина...
* * *
- Одинокая женщина желает познакомиться. Желает. Но для чего? Ради чего? Всего лишь ради себя? Клавдия Петровна, маловато, мало. Живите спокойно, ждите безоблачного принца. Желаю удачи...
* * *
- Не в моих привычках вмешиваться, но я не согласна с вами. Одиночество опасно для любого существа, а для женщины - в особенности. Женщина-холостяк - это особое явление. Убивается не только институт материнства, убивается женщина сама по себе. Она никому никогда не простит своей судьбы...
* * *
- В этом деле замешана женщина.
- Да, прекрасная женщина. Я люблю ее.
- Женщина, всегда женщина. Это хорошо. Ибо мужчина, сердце которого не обожгла любовь к женщине, только наполовину мужчина...
* * *
- Старик, а туда же, в артисты лезешь. Тьфу, черт!
- До чего ж ты, мать, некультурная женщина! Да разве ты можешь понимать, что такое искусство? Искусство - это полет, искра, фантазия. А ты понимаешь, что такое фантазия, а?
- Чего это?
- А-а! Вот ты так мне и скажи: объясни, мол, мне, пожалуйста, что такое фантазия. А фантазия - это любовь...
* * *
- Послушай меня, Вася! Не бегай ты за ней, не унижайся. Она будет думать, ты слабый, всю жизнь будет на этой струнке играть. Я женщин знаю. Она никуды не уйдет. Побегает, побегает и явится. Вот истинный Бог, заявится...
* * *
- Мы, женщины, часто ошибаемся. Появляется мужчина. Мы думаем, он хороший, честный, а он оказывается полное ничтожество.
- Неправда! Он не ничтожество, он хороший. И я любила его и люблю.
- Так в чем же дело?
- Ну понимаете... Я не хочу, чтобы он мной командовал, не хочу.
- До чего ж ты, Вася, смешно рассуждаешь. По теперешним временам я даже над старухой своей командовать не могу...
* * *
- Да Варя мастер не хуже тебя.
- Я знаю.
- Да знаешь ты-то знаешь, только ты плохо понимаешь, что к чему. Вот я, например, Вильяма Шекспира играю. Там из ревности женщину режут. И по тогдашним временам образованные люди! А я, токарь, простой токарь, играю в пьесе и удивляюсь на них. Какие дикари!
- Феодализм...
* * *
- Пожилая женщина - и туда же, где мужчины пиво пьют...
* * *
- Ну совращай, совращай, а я погляжу, это даже очень интересно поглядеть, как народного судью совращают. Что ж вы, молчите-то, испугались? Испугались, да?
- Жестокая женщина.
- Да, беспокойный характер...
* * *
- Я уверена, что я трачу денег не больше, чем полагается светской женщине.
- Нет, нет. вы не будите тратить больше денег на такую безумную роскошь.
- Ну, жизнь! Покупать лошадей целыми конюшнями. Убирать зимой свой будуар цветами! Тратить на это столько, что на эти деньги можно было бы превратить Сахару в оранжерею.
- Сэр Питер, а разве я виновата, что зимой цветы дороги? Вы браните климат, а не меня...
* * *
- Что вы на меня кричите, я вам пока не муж?
- Вам просто выгодно вся эта история.
- Ограниченная женщина, во всём ищите корыстную основу.
- Я вам не позволю!
- И я вам не позволю!..
* * *
- Что вы на меня кричите, я вам не муж. Я не позволю.
- На вас прекрасный костюм.
- И вы считаете, что взяли меня за бока? Вы ограниченная женщина...
* * *
- Вера Аркадьевна обнаружила губную помаду. Химическую, четвертый номер.
- Ага. Спасибо.
- Пожалуйста.
- Значит, курила женщина?
- Мужчины губы не красят - это во-первых, а, во-вторых, анализы синего кобальта показали, что краска, найденная на шестом километре и туфли Иркутовой, из одного и того же тюбика.
- Вы все-таки подозреваете Иркутову?..
* * *
- Пора бросить эти старые замашки, Алексей Иванович. Слава Богу, мы слабые существа, но тоже имеем свой голос. Мы, женщины, с боями завоевали это право...
* * *
Я словословлю "жизнь", я словословлю "женщин"
Пьянящий поцелуй вакханки молодой!..
* * *
- Откуда вы узнали, что я знакома с русским чемпионом?
- Бизнес, мадам. Бизнес может сделать всё. Вам понятно это слово?
- О, да, конечно.
- Мадам любит драгоценности?
- Конечно, как и все женщины!..
* * *
- Как приятно иметь дело с умной женщиной...
* * *
- Хорошая женщина! Забыть невозможно!
- А зачем забывать? Кончится война, поезжай да женись.
- У нее же муж.
- Тоже рябой?
- Нет, гладкий.
- Чего ж это она гадкого на тебя, рябого, променяла?
- А может, у него какой другой дефект!..
* * *
- Тебя считают умной, потому что ты женщина, была бы мужчиной, считали бы просто дураком!
* * *
- Товарищ начальник, понимаете... Платьице поменять... женщина... Пожалел.
- В следующий раз будете жалеть женщин в положенном месте!..
* * *
- Приехал сюда по поручению Гибиц комиссара для заготовки продуктов. И единственное развлечение, которое я себе позволяю - женщины...
* * *
- Итак, ты ничто, а твой народ это всё. А народ Гитлер любил называть массой. А с массой, говорил Гитлер, нужно обращаться как с женщиной. А женщина, говорил Гитлер, охотно подчиняется силе. И нечего рассчитывать на разум масс. Нужно воздействовать на их простейшие чувства...
* * *
- Гульсары любил, когда они встречали эту женщину. Он чуял как сразу менялось настроение хозяина. Как добрел его голос. Как добрели поводья в руках. Он любил эту женщину за то волнение, которое она внушала его хозяину...
* * *
- Ни у кого на свете не было таких ласковых рук, как у этой женщины. Это были удивительные руки. Упругие и чуткие как губы той маленькой гнедой кобылицы со звездой во лбу...
* * *
- Трудно сказать, что произошло с Джамилей, почему просветлело у нее на душе. Я бежал за ней, смотрел на нее и от меня тоже вдруг отлетела грусть. Я не знал тогда, что во мне рождалась картина, которую я потом назову Женщина, бегущая по лугу...
* * *
- Вылазь. Давай. Заходи!
- Одеты по форме.
- Снизу. А сверху чего не обработали? Было бы легче разговаривать. У нас это называется конь... Тимка как?
- Коньфиксация.
- Хочу с вами поразговаривать маленько. А то так поворачивается, что более мы с вами и не увидимся. Так вот, братва, чего хочу вам сказать. Вы на меня уж не обижайтесь. У нас ни товарищей, ни благородиев. Мы с мужиками порешили просто. Братва или хлопцы.
- А как женщин будете величать?
- Баб тоже придумаем как назвать. Ты поможешь. Больно жалко мне вас. Вы там по железным дорогам бьете друг друга. А у меня тут свои владения. Я могу тут воевать хоть тысячу лет. Но и железную дорогу проверяем когда надо. Верно, Никита?
- Верно, батька, ослы они.
- Ты не суди их, Никита. Это они заучились маленько. Так вот, братцы, я это... Тимка, как?
- Экскремент.
- Да, я это... Экскремент хочу сделать... Ты погляди, Тимка, опять смешливые попались. Ведь я могу его и не делать. Вместе с ними через пять минут у Бога будете служить. На небе.
- Или у Ангела на земле, верно, батя?..
* * *
- Спокойной вам ночи.
- Я не курю. Послушайте. Вы ничего не поняли. Вы женщина, на которой я решил жениться. Вы это понимаете?
- Это замечательно. Завтра утром, точнее сегодня, когда вы выспитесь, протрезвеете...
* * *
- Вас целый день не было дома.
- Но ведь тогда вы забыли мой номер?
- Это только дурак мог забыть ваш номер. Оказалось он слагался из одного неудачного объяснения в любви и из детских воспоминаний взрослого мужчины. Из мечты одной женщины о детях. И, обещания верности.
- Что, что, что? Я не поняла.
- А, это я объясню вам при встрече.
- Ясно. Скрадываете, так сказать своё одиночество телефонными развлечениями.
- Может быть, вы просто единственная женщина, с которой я могу разговаривать так как хочу...
* * *
- Только вот хочу коротко коснуться юбок. Чересчур короткие юбки.
- Мода.
- Лично мне было бы неудобно ходить в такой юбке.
- Вам-то - конечно, а вот девушкам, молодым женщинам в них легко и удобно.
- Вы меня не поняли. Мне в такой юбке было бы не удобно перед государством.
- То есть?
- Государство мобилизует нашу промышленность выпускать ткани как можно больше. А вы ориентируете наших женщин покупать как можно меньше. Что ж у нас с вами в итоге получается, а?..
* * *
- Разве так обнимают любимую женщину? Это же торжество вашей любви, счастливый конец. Что вы делаете? Давайте еще раз. Приготовились...
* * *
- Я накрепко засел в Париже. Так сказать, в плену Больших бульваров... Да, дико подумать! Был громкий, большой, бурный человек, любил жизнь, сорил деньгами, разрешал... Разрешал женщинам целовать руки, шумел на весь свет, и вдруг пшик, пустое место. Ничего не остается от музыкантов. Остается память, школа, ученики-последователи, все то новое, что он привнес в музыку.
- Утешаетесь, мой друг! Последователи, школа, ученики...
- Николай Григорьевич, всех бы отдал за один день жизни!
- Да и я так же поступил со своими статейками, да и вы... со своими сочинениями.
- С написанными, возможно, да, но с теми, что впереди - нет...
* * *
- Вы слишком любите вашу музыку, чтобы могли полюбить женщину.
- Да как вам сказать... И да, и нет...
* * *
- История, которую мы вам хотим рассказать, случилась очень давно. Нет, все-таки не так давно. Это тоже слишком давно. Нет, мы можем точно сказать, когда случилась наша история. В 1947 году. Это было время, когда мужчины щеголяли в широких брюках и пиджаках с подложенными плечами, а женщины... Впрочем, о женской моде мы говорить не будем, за ней не уследишь...
* * *
- Михаил Львович говорит, что леса учат понимать прекрасное, что они украшают землю, смягчают суровый климат, а в странах, где мягкий климат, человек мягче и нежнее. Там люди красивые, гибкие, легко возбудимые, движения их грациозны, речь изящна. У них процветает наука и искусство. Философия не мрачна, отношения к женщине полны благородства...
* * *
- Когда женщина некрасива, ей говорят - у вас прекрасные волосы...
* * *
- Здесь, синьора, под каждым подсолнухом, под каждым деревом, под каждой хлебной нивой лежат итальянские, русские, немецкие солдаты. Здесь лежат русские крестьяне: старики, женщины, дети...
* * *
- Когда любишь человека - можешь простить ему всё. Во всяком случае, именно так поступают некоторые женщины...
* * *
- За восемнадцать лет разведки мне тоже довелось кое-что сделать. Восемнадцать лет... Были риск, деньги, женщины...
* * *
- С колеса четвертак, с мешка - пятак, а с души за так.
- Господи, да пускай смотрят на кого угодно и сколько угодно! Мало ли он с какими женщинами в колхозе за день встречается, разговаривает, шутит. А бывает и они заигрывают с ним. Какие бы они были казачки, если бы не заигрывали?..
* * *
- Я, товарищ Егоров, когда с ним слюбилась, никого не спрашивала. И теперь мне из-под вашего батога та любовь не нужна.
- Давай с тобой поцелуемся.
- Я слава богу с ним столько лет счастлива была, и на том спасибо. У других женщин и этого нет...
* * *
- Я думал, что ваша жена не старая женщина. Но, признаюсь, оказалось, что она не только не старая, она просто красивая женщина.
- Красивая, Алексей Владимирович, это не то слово. Да разве вам, мужчинам, настоящая красота нужна?..
* * *
- И такую женщину на какую-то побрякушку променять! Да я бы на его месте всю жизнь ей ноги мыл.
- Тебе бы, Виктор Иваныч, подождать с твоими формулировками...
* * *
- Решается судьба председателя крупнейшего колхоза. Быть ему председателем или не быть - скажут сами колхозники.
- Знаешь что? Чем больше я смотрел на неё, тем больше думал, что отказываясь от неё, ты отказываешься от чего-то такого в жизни, чего никто другой тебе заменить не сможет. Никакая другая женщина не заменит тебе этой потери...
* * *
- По телевизору показывали один фильм, такой мужчина симпатичный из этой старинной жизни. Жену любил, детей, а хобби было к цыганам ездить. А еще хобби - тайная женщина легкого поведения...
* * *
- У мужчины есть три стороны. Явная, средняя и тайная. Явная - это курево, средняя - это выпивка и тайная... Сами понимаете.
- Ну что вы, бывают и ангелы.
- Ваш что ли? Скажите, ему голую фигуру рисовать надо? Но тощую, извините, он с вас нарисует. Полную с кого?
- Выходит, он другую женщину позовет?
- Ну конечно...
* * *
- Если он найдет другую, я сама уйду.
- Уйдете. Это только в кинофильмах показывают: живая женщина мучиться будет, а никуда не уйдет...
* * *
- А почему вы так радуетесь?
- Приятно упасть с интересной женщиной...
* * *
- Всё равно, не понятно, зачем дочери Бриггса понадобилось пытаться отравить леди Камиллу.
- Причин достаточно. Две женщины, один мужчина...
* * *
- Почему тебя эта женщина-дворник не любит!
- Настасья-то? А за что ей меня любить? Она меня в кино приглашает. А что мне там с ней делать? В ней восемьдесят пять килограмм, не считая злости...
* * *
- Вам нужна женщина, которая бы думала о вас, ухаживала за вами.
- Кого вы имеете в виду?
- А как вы думаете?
- Себя?
- Совершенно верно.
- А что скажет ваш муж?..
* * *
- Я дал тебе всё, силу могущество, признал твой талант полководца, сделал тебя князем, поставил выше знати, обидев многих, дал тебе в жены прекрасную женщину высокого рода.
- Это правда, ты дал мне всё. Всё, кроме счастья, доступного каждому мужчине в простой хижине. Обнимать любимую без оглядки, без подлого чувства вины.
- И это говоришь ты, муж Сатеник?
- Я почитаю Сатеник больше всех на свете. И скорблю о ней и о себе, ибо люблю другую. Ты отнял у меня право любить...
* * *
- Поезжай к мужу моему, Мхитару. Уговори его вернуться к беку...
- Мне?! Мне ехать, а не тебе, законной жене его?!
- Тебе, Гоар. Только тебе. Ты найдешь слова, которых мне уж не найти, слова, идущие от сердца к сердцу. Забудем о тебе и обо мне. Будем помнить о том, что мы две женщины, жившие на этой земле, рожавшие в муках детей, страдавшие вместе с ней и любившие ее. Ради этой земли ты поедешь, Гоар, как я поехала к тебе...
* * *
- А вам повезло, вы под влиянием женщины. Мужчина ни то, ни сё, а женщина дает ему общее направление, какую-то определенность...
* * *
- Ты еще не знаешь, что может женщина, когда она любит...
* * *
- Вы женщина, вы матерью можете быть.
- Не надо об этом.
- Нет, я к тому, что... Что я должен чувствовать, когда такая судьба готовится моему ребенку, я диссертацию имею в виду. Ну, возможно, я не гений, возможно, моя работа имеет недостатки, спорные места, так укажите на них.
- Помогите справиться, правильно?
- Ну, зачем же на корню уничтожать человека?
- Запомните, Гордей Петрович, мыслящий человек отстаивает себя в борьбе...
* * *
- Где сейчас Овчинникова?
- Ожидает в гостинице.
- Нехорошо заставлять женщину ждать. Не так ли, Люсин?..
* * *
- Зачем вы скрыли это?
- Не правда ли, у мужчины и женщины могут быть причины скрывать что-то от других?
- Да, не исключено...
* * *
- Молодой холостой мужчина, срочно снимет угол в сердце женщины, но без подселения...
* * *
- Подумать только, ну и женщина!..
* * *
- Я, представьте себе, влюблен. Ха-ха-ха. Такое знаете смешное слово "влюблен". Даже не знал, что так бывает. Столько лет прожил, и не знал, видите ли. Ну то, что она, конечно иногда любит приврать. Это есть такой грех. Имеет место. Ну что тут поделать. Ведь она, знаете, не простой человек. Вообще, эти женщины теперешние, которые всего должны добиваться сами, ко всему приделать ноги, как говорит моя Света. Это знаете... Не просто...
| Страница: [1][2][3][4][5][6][7][8][9][10] |