Нет, милая, я не о том.
Вспомни, ну разве нам плохо было втроем?
Вспомни, как ты горчичники ему ставил, горшки выносил, вспомни, какие ты письма нам писал!
Вот, другие делом занимались, кафедры получали, а я горшки выносил.
Значит, на Димку времени жалко, а на академика...
Машину ему по утрам мыл? - Кто, я?
Мыл, мою и буду мыть, потому что берегу его здоровье.
А он меня на этой мытой машине возит в институт, потому что ценит мое время. И правильно делает, что ценит, я делом занимаюсь, многого достиг, многого добился, а ты чего?
На что ты-то жизнь угробила? Чего ты добилась-то в жизни?
На работе - ноль, дома - ноль. Димка тебя в грош не ставит, а ты все Димка, Димка. Консерваторию из-за него бросила.
Вырастила какого-то оболтуса, а теперь не знаешь, на кого свалить.
Жил бы он у моей матери в Херсоне и получал бы там свои двойки и ты бы знать про него ничего не знала, а это была твоя идея усыновить его, твоя, а не моя!
А теперь ноешь: твой сын! А я что, отказывался от него когда?
"Любимая! Только здесь, вдали от вас, я с удивительной ясностью и силой понял, что вы для меня значите.
Жизнь без вас была пуста и бездарна, потому что мне не для кого было жить, а теперь!
Ты даже не представляешь себе, кто я теперь.
Меня прямо переполняет какое-то святое чувство своей полноценности и правоты, и дала мне все это - ты.
Ты, твоя любовь, твоя кротость, нежность и мудрость.
Ты знаешь, мне по ночам видится одно и то же: в нашей прихожей, рядом с дверью в чуланчик, низко-низко вбит гвоздь, а на нем висит маленькая пушистая шубка, а под ней - крошечные валеночки и такие же крошечные галошки.
Это ужасно глупо, наверное, но когда я представляю себе все это, я просыпаюсь от счастья и у меня слезы наворачиваются на глаза.
Как я люблю тебя, ненаглядная моя черепашка.
И проклинаю все, что было до тебя, до того мгновения, как ты взяла нашего Димку на руки и сказала:
"Поехали домой!. А потом всю дорогу плакала, благодарила меня за что-то, а я никак не мог тебя утешить.
Любимая! Димка - твой сын, твой, и никогда никто ничего не узнает, я клянусь тебе в этом! Клянусь!
Постой, постой... Выходит она действительно не знала, что мы с Борькой на Шляха анонимку написали?
Чего она так мимо ушей пропустила? Неужели не знала?
Я при ней слово "анонимка" произносил? Вроде нет.
Точно нет, точно.
Это что ж выходит, что ты сейчас чуть себя не заложил, да?
Молодец. Алкоголик. Кончать надо с этим, пропадешь.
Я все-таки не понял, чего она так рассердилась-то?
Испугалась даже. Чего? Что Димку идиотом назвал? Господи!
Ну, идиот. Кино такое было, "Идиот", с Яковлевым.
Потом чего ей сейчас за Димку биться? В этой ситуации? Чего?
Разошлась, выходит замуж, ребенок не ее, отдала отцу, мне, то есть, ну, и начинай набело. А она чего?
Нет, что-то они меня тут запутали. что-то они меня запутали.
Ты за что? Отца!
Кретин! А если б я был в очках?
Ты же мне кровь пустил, идиот! Вот кретины!
Болван! Как я теперь, козел, пойду домой в таком виде, а?