* * *
Вся тварь разумная скучает.
Иной - от лени, тот - от дел.
Кто верит, кто утратил веру,
Тот насладиться не успел,
Тот насладился через меру.
И всяк зевает, да живет,
И всех вас в гроб, зевая, ждет.
Зевай и ты...

* * *
Ах, правда ли, Сальери,
Что Бомарше кого-то отравил?
Не думаю: он слишком был смешон
Для ремесла такого. Он же гений,
Как ты да я. А гений и злодейство
Две вещи несовместные...

* * *
- Чем больше женщины удаляются от нее, тем больше мужчины приближаются к ней...

* * *
- Ужасный век, ужасные сердца...

* * *
- Ужель отец меня переживет?
- Как знать? Дни наши сочтены не нами...

* * *
Нас уверяют медики: есть люди,
В убийстве находящие приятность...

* * *
- Что жизнь, если она отравлена унынием, пустыми желаниями? И что в ней, когда наслаждения ее истощены?..

* * *
- Эй, бешеный! Останься у меня! Ты мне понравился. Ты Дон Гуана напомнил мне, как выбранил меня и стиснул зубы с скрежетом.
- Счастливец. Так ты его любила. Очень?
- Очень.
- И любишь и теперь. В сию минуту?
- Нет, не люблю. Мне двух любить нельзя. Теперь люблю тебя.
- Скажи, Лаура, который год тебе?
- Осьмнадцать лет.
- Ты молода. И будешь молода еще лет пять иль шесть. Вокруг тебя еще лет шесть они толпиться будут, тебя ласкать, лелеять и дарить, и серенадами ночными тешить, и за тебя друг друга убивать на перекрестках ночью. Но когда пора пройдет, когда твои глаза впадут и веки, сморщась, почернеют, и седина в косей твоей мелькнет, и будут называть тебя старухой, тогда - что скажешь ты?
- Тогда? Зачем об этом думать? Что за разговор?..

* * *
- А командор? Что скажет он об этом? Ты думаешь, он станет ревновать?
- Уж верно нет; он человек разумный и, верно, присмирел с тех пор, как умер...

* * *
- Я на зов явился!
- О боже! Донна Анна!
- Брось её, всё кончено! Дрожишь ты, Дон Гуан!
- Я? Нет. Я звал тебя и рад, что вижу. Дай руку!
- Вот она!
- О, тяжело пожатье каменной его десницы!..

* * *
Царица грозная, Чума
Теперь идет на нас сама
И льстится жатвою богатой;
И к нам в окошко день и ночь
Стучит могильною лопатой...
Что делать нам? И чем помочь?
Как от проказницы Зимы,
Запремся также от Чумы!
Зажжем огни, нальем бокалы,
Утопим весело умы
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.
Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъяренном океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы.
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.
Все, все, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья -
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.
Итак, - хвала тебе, Чума!
Нам не страшна могилы тьма,
Нас не смутит твое призванье!
Бокалы пеним дружно мы
И девы-розу пьем дыханье, -
Быть может, полное Чумы!..