Шельменко-денщик (1971)

Один глоточек, Кирилл Петрович. Не буду пить, не буду...

Нет, не буду! Ну, пожалуйста. Ох...

Вот так. Больше и не надо.

Боже. Тьфу. Нужно нам поскорей выдавать

Присеньку, да повыгодней.

Чтоб капитан не вскружил ей голову.

Кто он? Фармазон! Ох! -Наша тоже хороша. С норовом!

Это что ж теперь пошла за молодежь? Всё не так ей, все не этак, не по нраву!

Ну в кого ж она такая, у в кого ж?

Нас не слушается по какому праву?

А мы-то - не такие, а мы - совсем другие,

А мы боимся Бога, а мы шагаем в ногу,

Не лезем на рожон - Здоровье бережем! Здоровье бережем!

Стариков теперь совсем не признают,

До всего своим умом хотят добраться.

Что читают, что танцуют, что поют! И к тому же - никого и не боятся! А мы-то - не такие, а мы - совсем другие. А мы боимся Бога, а мы шагаем в ногу, не лезем на рожон -

Здоровье бережем! Здоровье бережем!

Капитан уговаривает ее бежать.

Пойдемте я прочту при ней и выспрошу: в согласии ль она с капитаном. Ой, какой стыд. Какой срам! Замуж! Замуж! Замуж немедленно! Немедленно! Замуж!!!

Солдатскую службу не сложно понять: шагай себе вместе с отрядом рядом!

Солдатское дело - приказ выполнять,

А думать солдату не надо! Не надо? Не надо!

Надо!!! Не надо! Не надо! Надо!!! Не надо! Соображай!

Вот я, ей Богу, не брешу.

Вот туточки, здесь и сховала его на сердце! Видел ли ты после барышню?

Да як же не видел? Видел. И с нею в сенцах наедине говорил.

Ну, говори же. Не томи меня.

Я его, - говорит, - до смерти люблю.

Но, хоть я и выругалась на капитана при батюшке и при матушке, так это, - говорит, - не правда.

Брехня, по нашему. А его, - говорит, - так люблю, так люблю, что на пана Лапуцька и смотреть не хочу!

Это что за Лапуцьок? -Жених до панночки.

Говорят, богатый да пребогатый.

Их там так дожидают. Всю птицу на пташне порезали.

Вечером сватанье будет. -Этого еще не хватало!

Кругом!

Стой!

Кругом!

Шагом марш! Солдатское дело - приказ выполнять, а думать солдату не надо.

Ну как же мне быть?

Если бы мне поговорить с Присенькой.

Спроворь мне это, Шельменко. -Та я уже спроворил.

Сказала - выбежит. -Так что ж ты молчал?

Та шоб не всё сразу. О, уже и бежит.

Как я счастлив, что вижу тебя.

Может быть, в последний раз. -Совсем не последний.

Я поклялась любить вас вечно. -А жених?

Ни за что на свете не пойду я за него.

Ваня!..

Вот сейчас и поцелуются.