Шельменко-денщик (1971)

Говори. Говори, что же там?

Ой! Боже мой! Осип Прокопович!

Осип Прокопович. -Маточка, скажите, как это было.

Ой. Ай! Ах. А вот так. Я пошла посмотреть утёнков на пруде.

А там деревья густые, тень...

Сразу ничего не разглядишь.

Только я переложила руку через плетень, чтобы оттуда отпереть калитку, как вдруг...

Я потерял покой и сон. Я так влюблен. Я так влюблен. Ни есть, ни пить, ни пить, ни жить я без тебя не в состояньи...

Как я ошибся?

Вот по сих пор! Ах! Я как увидела, так и обмерла.

А от чего вы, маточка, обмерли? От испуга или жалости? -И от испуга и от жалости. Ах!

Как она выворачивается. А?

А в рассуждении реставрации, когда я... -Да замолчи!

Не подумайте чего худого, душечка. Хоть сейчас убейте, больше ничего не было! Ах! Ах!

Кирилл Петрович! Ах! Кирилл Петрович!!!

Представляешь, и вдруг вместо ее ручки рука ее матушки!

Я целовал ее.

Страшно. -Це не так страшно, як страшно то то, шо она не пришла.

Будем здоровы, ваше благородие. -Спасибо.

Шельменко, а что же делать?

Я боюсь, как бы старуха не намутила воды.

Это еще бабушка на двое сказала...

А вот вы уже намутили. И як же это вы, ваше благородие?.. Прямо в пруд!

Я понял. Фенна Степановна, маточка. Он принял вас за

Присеньку. -Нет-нет, покушался! Он покушался на честь мою. Когда ему в Присеньке отказали, он, видно, в меня влюбился. -Глупости!

И для того, чтобы всё это пресечь, я принял твердое решение: тебя, Присенька, проучить.

Так знай же волю Божью и мою - за Лапуцковского тебя я отдаю. И к сговору нынче же готовься, дочь моя! -О, горе, горе мне. -Как счастлив счастлив я! Давно бы так, чего еще тянуть.

Ведь это я ему составил протеже.

Позвольте на приданое взглянуть. -Ну, вот о тряпках беспокоятся уже. Уже ле фра.

Да ты помчишься под венец. -Любви конец.

Конец мечтам, конец всему, конец всему, конец!

Всему конец!

Сегодня сговор, приглашаю в гости всех.

Всё хорошо, ваше благородие.

Панночка плачет, як на речке вода бежит.

Так что же тут хорошего. Отчего она плачет?

Сегодня вечером их просватают за того поганого паныча.

Бедная, не хочет за него.

Аж трусится, ваше благородие, так хочет.

Кто тебе сказал? -А мне никто не сказал, потому что я никого не бачил.

Так с чего же ты взял, что она охотно идет за него?

Вестимо, ваше благородие.

Яка будет та дивка, шоб замуж не хотела?

А коли хочет, стало быть, плачет. -Глупости!

Боже мой. Ну, что же мне делать?

Ну, как мне не допустить Лапуцковского завладеть моею Присенькой?

Ну, придумай же что-нибудь.

А шо тут придумать? Бис його знает.