Цитаты про ночь

* * *
- Жил-был... дед. С этой, как ее...
- С селедкой.
- С кем?
- С капустой. Дед с капустой.
- Ну, хорошо. Жил-был дед с капустой.
- И была у них дочка...
- Аленушка.
- Аленушка. Бабка-Яга жила.
- Правильно, Бабка-Яга жила.
- А еще жил-был...
- Змей Горыныч!
- Верно. Жили они...
- С кикиморой да с лешим.
- С лешим и с кикиморой? Ну, в общем, жили они все вместе. Хорошо жили. А рядом, в подъезде, жил... Кто? Иванушка. С сестрицей Аленушкой. Вот. И любили они друг друга. Сил никаких не было. И вот, однажды ночью, когда Аленушка и братец Иванушка спали, к ним прокралась Баба-Яга, Кощей Бессмертный, Водяной, эта... Кикимора. И, после этого, они схватили Аленушку и братца Иванушку... в машину. Повезли их на Курский вокзал. Там запаковали в хрустальный гроб, забили его гвоздями, закинули на дерево, а ключик спрятали в камеру хранения.
- Иннокентий Петрович! А дальше?
- Дальше... Дальше было ни в сказке сказать, ни пером описать. Дальше. Дальше... Над вокзалом пролетал Карлсон. Карлсон все видел, все знает. Он летит к советскому разведчику Штирлицу. Штирлиц в это время играет на рояле и пьет кофе. Карлсон говорит: "Штирлиц, наших бьют"! "Спокойно, старик, летим"! Они садятся в Волгу М-24 и летят. Штирлиц видит Бармалея, Кощея Бессмертного, Бабу-Ягу... и Мюллера. Штирлиц выскакивает из-за шкафа: "Руки - вверх, штаны - наверх!" Бармалей - "Бум" - гранатой в него.
тирлиц - "Бах"! Упал. Это был тактический прием. Он встает и говорит: "Мимо, мимо, мимо"! И - пошел! На четвереньках проползает под столом, достает пулемет: ты-ды-ды-ды-ды... Всех пострелял. Бармалея, Кикимору... Тут Бармалея хватает Чингачгук. Бармалей - раз - на стенку. Потом - бум! Потом шишка так - о-о-о-п! Глаза так - и-и-и-ть. Тут Штирлиц увидел Карлсона и... И Бабу-Ягу. Он хватает нож - и так - и-и-и-ть - бум! Баба-Яга, Баба-Яга: "О"! Штирлец скачет на коне! Все порубал, всех, всех. Всех уничтожил. Один Змей Горыныч остался. Он бежит-бежит-бежит. Достает, достает Царь-пушку. Царь-пушку. Потом... стреляет. Колобок, колобок... Докатился, голубок. Баба-Яга схватила Аленушку... А потом - на вокзал! Штирлиц стреляет в Бабу-Ягу и берет ее в плен. Штирлиц схватил Бармалея. "А-а-а"! Он ему как дал! У него шишка - э-э-э, глаза - э-э-э! Баба-Яга! Баба-Яга хватает Карлсона и бросает его в реку! Но он включает свой моторчик, и...

* * *
Было время грозовое,
День и ночь отцы сражались.
За свободу шли герои,
В битве сабли накалялись!
В буре той Родились мы, ребята,
В битвах жарких,
Как солдаты.
Как солдаты,
Как солдаты.
Шли мальчишки не за славой,
В бой просились за отцами.
Умирали в чёрных травах,
Не склонив сердец,
Как знамя.
В буре той
Прожили мы, ребята,
В битвах жарких, как солдаты.
Как солдаты,
Как солдаты.
Сколько молний отсверкало,
Тишина взошла цветами.
И светлее небо стало
После бури над полями.
В буре той
Погибли мы, ребята,
В битвах жарких,
Как солдаты.
Как солдаты...

* * *
- Нам бы только день простоять, да ночь продержаться!..

* * *
- Что ты всё смеёшься? Что ты улыбаешься, гадкий мальчиш? Отвечай нам скорее!
- Есть и могучий секрет у крепкой Красной Армии! И когда бы вы ни напали, не будет вам победы! Есть и неисчислимая помощь! И сколько бы вы в тюрьмы ни кидали, всё равно не перекидаете! И не будет вам, поганым буржуинам, покоя ни в светлый день, ни в тёмную ночь! А больше я вам ничего не скажу, а самим вам, проклятым, во век не догадаться!..

* * *
- А может, тебе отдохнуть от фронтовой суеты?
- Есть такая возможность. Сегодня ночью мы сбрасываем груз партизанам Бабича. Продовольствие, документы, дымовые шашки, а главное - мины МЗД-5. Твоя задача - помочь минерам Бабича взорвать мост...

* * *
- Видела, вот те крест!
- Видела, видела.
- Вот те крест, видела!
- Че ты еще видела, чертова баба, ночью да сослепу? Вдохновения лишаешь!
- Архангела видела. Савка-полицай моего кабанчика забрал, до управы повез. А я следом. Шепчу Господу, чтобы защитил от ирода проклятого. И внял Господь. Небо разверзлось, загрохотало, и явился архангел.
- Диду, наверно, парашютник с неба сиганул. Какой там Архангел?
- Цыц, не богохульствуй! Грех!..

* * *
- Так, ставлю вам на вид, молодой человек. На территории школы в полночь в обществе посторонней девицы!..

* * *
- Весенняя ночь коротка. Завтра выходной. От души желаю вам бессонницы...

* * *
- С этого берега кинулась панночка в воду, и с той поры не стало ее на свете...
- А ведьма?
- Ведьма? Старухи выдумали, что с той поры все утопленницы выходили в лунную ночь в панский сад греться на месяце, и сотникова дочка сделалась над ними главною...

* * *
- А я в напитках толк знаю. Вот есть такое вино - не успеешь пробку вынуть, а оттуда пена идет, как из бешеной собаки. Я в ту ночь до трех раз с коня падал, как ветром сдувало. Такое вино бы натощак по стакану...

* * *
- Вадим Сергеич, знаете ли вы, что такое фаустпатрон? Нет? А я знаю! Мне он снится каждую ночь! Каждую ночь мне снится этот проклятый немецкий аптекарь. Потом взрыв! Падает стена, потолок... Дым! Хлороформ и добрые хирурги. Играть не сможете, а жить - сто лет! Сто лет! А зачем? Зачем?! Ведь я же никогда не сумею так играть, как играл раньше. Понимаете, никогда! Сложная контрактура левой руки. Вот как это называется...

* * *
- Я как будто предчувствовал: сегодня мне всю ночь снились какие-то две необыкновенные крысы. Право, этаких я никогда не видывал: чёрные, неестественной величины! Пришли, понюхали - и пошли прочь...

* * *
Встань пораньше, встань пораньше, встань пораньше,
Только утро замаячит у ворот,
Ты увидишь, ты увидишь,
Как веселый барабанщик
В руки палочки кленовые берет.
Будет полдень, хлопотливый и гремящий.
Звон трамваев и людской водоворот.
Но прислушайся - услышишь,
Как веселый барабанщик
С барабаном вдоль по улице идет.
Грохот палочек, то ближе он, то дальше,
Сквозь сумятицу и полночь, и туман.
Неужели ты не слышишь,
Как веселый барабанщик
Вдоль по улице проносит барабан...

* * *
Здесь птицы не поют,
Деревья не растут
И только мы к плечу плечо
Врастаем в землю тут.
Горит и кружится планета,
Над нашей Родиною дым
И значит нам нужна одна победа,
Одна на всех - мы за ценой не постоим.
Нас ждет огонь смертельный
И все ж бессилен он.
Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный
Десятый наш,
Десантный батальон...

* * *
- Ну так вот... Настоящая правда... вся... до малейшей подробности, без всякого изъятия... Такая правда не опасна, не страшна. Но то, что в обычной жизни называют правдой, то, что имел этот человек из передачи - это ведь всё половина правды. Она не даёт никакого представления о том, что творится с человеком на самом деле. Она просто представляет ряд фактов, которые до тех пор были скрыты, и хорошо, что они были скрыты. Вот такая правда - предательская штука. Да, вроде той гнусности, которую непременно вытягивают из вас на суде. Что вы делали в ночь двадцать седьмого ноября прошлого года?.. Отвечайте только да или нет...

* * *
- Да я не желаю вас больше никогда видеть, Стэнтон. Потому что вы вор, лжец, низкий обманщик и грязный соблазнитель.
- А вы дурак, Кэплен. У вас очень солидный вид, но это так, обман зрения. Вы очень похожи на своего покойного братца. Не можете взглянуть в глаза реальности. Выдумали какой-то рай для дураков и пребывали в нём. А теперь, выбравшись оттуда ценой потраченных за целую ночь усилий - и, заметьте, вы сами этого захотели - теперь вы строите дурацкий ад, и в нём отныне намереваетесь пребывать...

* * *
- У меня нет того материала, из которого рождаются прекрасные иллюзии.
- Тогда тебе нужно научиться жить без иллюзий.
- Не выйдет. Со мной не выйдет. Я принадлежу к другому поколению. Может быть сейчас и научили людей способности жить без иллюзий. Ну, что ж, тем лучше. А я не могу. Я весь свой век прожил среди иллюзий.
- Совершенно верно! Ну и что из этого?
- Они давали мне надежду и мужество. Они помогали мне жить - мои иллюзии. Всё это конечно, могло бы опереться на веру в жизнь, а у меня её нет. Ни религиозной, ни какой другой. Только вот этот проклятый скотный двор и всё.
- Так почему же ты не оставил всё это в покое? Почему ты кричал и требовал правды всю ночь как безумец?
- А потому что я действительно дурак. Стэнтон был прав. Это единственная причина...

* * *
И снова ветры зимние,
Опять туманы дымные,
И снег, колючий снег
Всю ночь метёт, метёт опять
Но мы забудем вскорости
Все беды и все горести
И сможем, и сможем,
Друг друга, наконец, понять...

* * *
- Скажите, а не может так случится, что нас с вами застанет Парсонс?
- Не беспокойтесь. Я ночью подсыпала кое-что в его питье. Он теперь тихий. Что?
- Не волнуйтесь, я просто успокоила его...

* * *
- Вот безобразие какое! В милицию его надо!
- Ну зачем же так, в милицию? Человек, можно сказать, всю ночь работал. Устал. Может, он мосты строил, а вы - в милицию...

* * *
Проглянет Солнца луч сквозь запертые двери,
И вот уже слегка кружится голова.
Любовь нельзя понять,
Любовь нельзя понять,
Любовь нельзя измерить.
Лишь там, на дне души,
Как в омуте речном,
Твои глаза зеленые,
Твои глаза обманные
Сегодня ночью темною
Свели меня с ума...

* * *
- Телевизор ты не любишь, с гостями тебе скучно, безделье тебя раздражает...
- Безделье, да. А это быть может вовсе не безделье. Может в это время душа твоя трудится! Как в стихах, знаешь: "Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь"?..

* * *
Мне снился сон: я во сне свободен был от дел,
но телефон вдруг, под утро, взял и зазвенел...
И мне сосед говорит привет, ну как дела,
А сна, как нет, и покоя нет, и ночь прошла.
Ну, как дела? Просто вопрос...
Но вот ответ не так уж прост,
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет.
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла.
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...
Учитель мой мне однажды в детстве дал совет,
Умей порой ты иным делам ответить: "Нет".
Урок не впрок, старика не понял я тогда,
Опять звонок, трубку снял и вновь ответил: "Да".
Я в суете так много лет, как много дел, а дела нет...
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет.
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла,
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...
Мне снился сон: я нашел в нем главное из дел,
Но телефон, вдруг, под утро взял и зазвенел.
Один чудак мне опять звонит и ждет ответ,
Не знаю как, но на этот раз сказал я: "Нет".
Учитель дал давно совет, но думал я так много лет:
Зачем, зачем дана мне жизнь моя?
Что я могу и только я?
Так каждый день собираюсь я найти ответ,
Но столько дел, что минуты нет, свободной нет,
Глядишь и ночь фонари опять уже зажгла,
И сутки прочь, а с утра дела, дела, дела...

* * *
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах.
Бежал из тюрьмы темной ночью,
В тюрьме он за правду страдал.
Идти дальше нет больше мочи -
Пред ним расстилался Байкал...

* * *
- Вы слушаете радио "Ритм". Только что мне позвонила Наташа из Владивостока и рассказала, что у них уже ночь. У них во Владивостоке - полнолуние и Наташе очень грустно и одиноко. Наташа сидит дома одна и очень скучает без своего друга Толика, который живет сейчас в Москве. Толик, если ты слышишь нас сейчас, немедленно отложи все дела и позвони Наташе...

* * *
Странные люди, будто играют вместе в одну игру.
Здесь на чернила можно намазать икру.
Солнце тут ночью ярко сверкает.
В полдень висит луна.
Странная очень! Странная очень, страна!
Но отчего же, если играют вовсе не слышен смех?
Кислые лица, хмурые взгляды у всех.
Кажется все совершенно иначе.
Тут кажется кем-то они одурачены
И никому в этом городе не до потех!..

* * *
Прекрасно жить среди огня и дыма, и слушать, как стрекочет пулемет.
Пусть же наш король непобедимый, вперед, вперед!
Снаряды рвутся днем и ночью.
Скорей дают чины и ордена.
Поэтому всегда пускай грохочет.
Война, война, война!
Тускнеет аксельбант от мирной жизни, и тлеет, и ветшает шелк знамен.
А тот, кто говорит о гуманизме, шпион, шпион!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому, пускай всегда грохочет.
Война, война, война!
Тут согласны мы, что физик и философ вперед науку двигали свою.
Но главные решаются вопросы в строю, в строю!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому пускай всегда грохочет.
Война, война, война!..

* * *
Всё чаще год от года
Из темной глубины
Всплывает ночью кто-то
На желтый свет луны.
Всё чаще год от года
Далёко от земли
Всплывает в море кто-то
И топит корабли.
Далеко от земли
В океане погибают корабли.
Может быть в Конго
Мы с вами увидим не то еще!
Может в Париже появится завтра Чудовище!
В Сене плескаться
Ужасное будет чудовище,
Чудовище, чудовище!
На загадку века
Нет пока ответа,
И что дальше будет - неизвестно,
А жрецы науки
Лишь разводят руки
И не знают ничего...

* * *
- Гек, а вот эти дохлые кошки, на что они?
- Как на что? А бородавки сводить?
- Как же ты дохлыми кошками бородавки сводишь?
- Очень просто. Берёшь кошку и идёшь с ней на кладбище к свежей могиле, где похоронен какой-нибудь плохой человек. И вот в полночь явятся черти, но ты их не увидишь. Только услышишь их разговор. Вот, когда они потащат покойника, кинь им вслед кошку и скажи: "Чёрт за мертвецом, кот за чёртом, бородавки за котом и дело с концом. Все трое прочь от меня"! От этого любая бородавка сойдёт...

* * *
- Да, теперь уж всё кончено... Кончено... А я так верил, что невредимым пройду по жизни! И когда с кем-нибудь случалось несчастье, я знал - это чужая судьба... И всегда верил, что со мной ничего не случится... Спаси его... Ах, господи, сжалься! Помоги! Милостивый боже! И вот я сижу на этой проклятой льдине. Кругом ночь и смерть...

* * *
- Что ж, пусть этот ваш дорогой человек звонит мне днем и ночью. Пусть передает мне любые слова, предназначенные вам. Я все буду согласен вам передавать...

* * *
- Ты не ревнуешь меня?
- Ревновать? А с какой стати?
- Ну, в конце концов, этой ночью я...
- Мона, знаешь, не обижайся, но, честное слово, никакой ревности. Нет, сейчас уже не ревную. У меня такое чувство, что все, что с тобой произошло, произошло не здесь, а где-то далеко. Может, на Луне.
- На Большой Медведице, Григ.
- Пусть так. На Большой Медведице. Так не может же нормальный человек ревновать свою возлюбленную, изменившую ему где-то на Большой Медведице...

* * *
- Верните им чемодан Олафа!
- Не болтайте, Симоне! Олаф не убит. Олаф робот. И госпожа Мозес тоже робот. Помните, после обвала она была мертва, а теперь, как видите, живая. Потому, что господин Мозес ночью включил аварийный аккумулятор. И в чемодане Олафа такой же источник энергии, который питает...
- Который питает ваше больное воображение, господин физик!..

* * *
Ветер, ветер, сдуй бесследно детские печали.
Дождик, дождик, смой бесследно детские печали.
Птица, птичка, в клюве унеси скорее детские печали.
Солнце, солнышко, спали скорее детские печали.
Ночка, ночь, возьми с собою детские печали.
Месяц, месяц, убаюкай детские печали.
Время пройдет и унесет с собою детские печали.
Только в сердце материнском боль не утихает.
Ветер, ветер, сдуй бесследно детские печали.
Дождик, дождик, смой бесследно детские печали...

* * *
Тёмная ночь, только пули свистят по степи.
Только ветер гудит в проводах, тускло звёзды мерцают.
В тёмную ночь, ты, любимая, знаю, не спишь.
И у детской кроватки тайком, ты слезу утираешь.
Как я люблю глубину твоих ласковых глаз.
Как я хочу к ним прижаться сейчас губами!
Тёмная ночь разделяет, любимая, нас.
И тревожная, чёрная степь пролегла между нами.
Верю в тебя, в дорогую подругу мою.
Эта вера от пули меня тёмной ночью хранила...
Радостно мне, я спокоен в смертельном бою.
Знаю встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось.
Смерть не страшна, с ней встречались не раз мы в степи.
Вот и теперь надо мною она кружится.
Ты меня ждёшь и у детской кроватки не спишь.
И поэтому знаю: со мной ничего не случится!..

* * *
Шаланды, полные кефали, в Одэссу Костя приводил.
И все биндюжники вставали, когда в пивную он входил.
Синеет море за бульваром, каштан над городом цветёт.
И Константин берёт гитару и тихим голосом поёт:
Я вам не скажу за всю Одэссу, вся Одэсса очень велика.
Но и Молдаванка, и Перэсыпь, обожають Костю-моряка!
Рыбачка Соня как-то в мае, направив к берегу баркас,
Ему сказала: "Все вас знают, а я - так вижу в первый раз".
В ответ, открыв Казбека пачку, сказал ей Костя с холодком:
"Вы интересная чудачка, но дело видите ли в том..."
Я вам не скажу за всю Одэссу, вся Одэсса очень велика.
Но и Молдаванка, и Перэсыпь, обожають Костю-моряка!
Фонтан черёмухой покрылся, бульвар Французский был в цвету...
"Наш Костя, кажется, влюбился." - кричали грузчики в порту.
Об этой новости неделю везде шумели рыбаки.
На свадьбу грузчики надели со страшным скрипом башмаки...
Я вам не скажу за всю Одэссу, вся Одэсса очень велика.
День и ночь гуляла вся Перэсыпь на весёлой свадьбе моряка...

* * *
- Не успеваем, опять вода поднимается. Теперь всю ночь в гора лить будет. Как бы кишлак не затопило.
- А, до кишлака не поднимется. Вот увидишь, к утру спадать начнёт.
- Жалко побитых много.
- А ты их не бери. Есть такая примета - пусть реке достанутся. Земля родила, река унесла! Так старики говорят. Земля у нас добрая, ещё родит.
- Обидно, если б не дождь, хороший был бы урожай.
- Зато обмыло всё. И горы, и сады, и поля. Слышишь, какой запах? Это она дышит.
- Кто?
- Земля...

* * *
Телефон, телефон -
Тоненький звоночек,
Телефон, телефон -
Днем звонит и ночью.
Кто придумал телефон,
Был, наверное, влюблен.
Телефонный невидимый мост
Протянулся на тысячи верст.
Если ты затоскуешь в разлуке,
Выход, в общем-то, прост.
Только несколько цифр набери -
И хоть час о любви говори,
А при встрече с любимою вместе
Ты опять повтори...