Цитаты про европу, европейский

* * *
- Знаешь, на что это похоже, Эйприл? Честно. Эти разговоры, вся эта идея уехать вот так в Европу? Так же я себя чувствовал, собираясь впервые на границу во время войны. Я боялся так же, как все остальные, но... Но в душе я никогда не чувствовал себя так потрясающе. Я чувствовал себя живым. Полным крови. Чувствовал, что все что все совершенно реально. Эти люди в форме. Снег на полях, деревьях, и мы все... Мы все просто шли. То есть, я, конечно, был напуган, но все равно думал: вот оно. Понимаешь?..

* * *
- Что вас волнует, когда вы выбрасываете свой мусор? Ваш микрорайон - в грязи, ваш город, граффити, что вас волнует? Это не ваша проблема, это - чужая проблема, это - проблема правительства! Ваша проблема, некоторых из вас, у кого нет мужества с этим бороться. Вам не нужно было за что-либо тяжело бороться. Всё, что вы имеете, вы получили даром - и вы чувствуете за это свою вину! Могу ли я заявить от имени тех, кто должен был сам пробивать себе дорогу наверх, и кто не чувствует за собой никакой вины: мы возмущены этими тунеядцами, которые только берут, берут и берут, ничего не возвращая обществу взамен! И я вижу то же самое, ту же трусость в нашей борьбе с Европейским Сообществом: трусость!..

* * *
- Единственный способ спасти Европу от большевизма - это сделать перемирие с немцами. Быстро. Не откладывая.
- А русские?
- Русские? Когда документ подписан, когда он входит в силу, тут можно говорить все, что угодно - сделать ничего нельзя будет.
- Посмотрим. Главное в политике - это первый шаг, решимость и ясность цели. Остальное нам простит будущее...

* * *
- Простите. В Европу, Франция отсюда?
- Hе "в Европу, Франция", дорогая. Это Франция в Европе.
- А что я не так сказала? Ты не скажешь "В Северную Америку, Mексика".
- Если мне туда, скажу.
- Забудем.

* * *
- Европа в конце 18 века. Аристократия при поддержке религиозных сил правит посредством насилия. Но дует ветер перемен... По всей стране интеллигенция и вольнодумцы требуют реформ и свободы для народа. Это эпоха Просвещения.

* * *
- Обычный врач в Совете?
- Я боюсь, он не обычный врач. Мы нашли анонимные книги в Альтоне, которые были написаны Струэнзи.
- Что за книги?
- Мысли о правах для крестьян. Предложение сократить обязательные работы крестьян вдвое. Предложение отозвать право помещиков на телесные наказания. Фундаментальные вопросы о самом владении крестьянами, и крепостном праве... И это не всё! О запрете пыток при допросе заключённых и преступников. Об ограничении влияния церкви на государственные дела. Размышления о бессмысленности веры. Там более ста страниц. Советник короля - приверженец философии просвещения. Дания - один из последних оплотов традиций в Европе. Если иностранцы такие, как Струэнзе, и дальше будут приезжать в нашу страну и распространять свои варварские идеи...
- Позвольте вам напомнить, некоторые присутствующие - иностранцы.
- Бернсторф, здесь нет ни одного человека, который бы не восхищался вами и вашей работой. Нельзя позволить такому опасному человеку оставаться при дворе. Это было бы непростительно...

* * *
- Внезапно, Дания стала передовой страной, которой восхищалась вся Европа...

* * *
- Уверена, вы уже увидели, что после смерти Иоганна, Дания вернулась в средние века. И пока остальная Европа расцветает, ваша страна погрузилась во тьму. Ею правят церковь и страх...

* * *
- После убийства отца молодой король Людовик Xlll взошёл на французский трон. Его некогда безмятежная страна со всех сторон окружена врагами. Внутри самой Франции Кардинал Ришелье, советник короля, вынашивает тайные планы по захвату власти. Малоопытный король Людовик и его молодая супруга, королева Анна, предстают перед лицом смертельной угрозы. Европа - пороховая бочка готовая взорваться ввергнув целый континент в пучину войны. Yо есть те, кто способен предотвратить грядущий апокалипсис...

* * *
- В любом деле важно оказаться в нужном месте в нужное время. Моё место - восточная Европа. Нужное время - конец 80-х, начало 90-х. И вот я начал свой бизнес...

* * *
- После десятилетий взлета все рухнуло. По автомобильной промышленности нанесён сокрушительный удар. Жёсткие правительственные ограничения добивают индустрию, которая и без того стояла на коленях. Профсоюзные забастовки и трёхсот процентное повышение цен на нефть нанесло Италии больше ущерба, чем другим промышленным странам Европы. Даже Ферруччо Ламборгини известный, тем что лично заключал контракты со своими работниками, встретил равного соперника в лице профсоюзов...

* * *
- С началом Второй мировой войны, взоры плененной Европы обратились с надеждой или отчаянием к свободным Америкам. Лиссабон стал огромным перевалочным пунктом. Но не все могли попасть в Лиссабон прямо. Поэтому появился окружной маршрут, мучительный для беженцев - из Парижа в Марсель. Через Средиземное море в Оран. Затем поездом, на машине или пешком по краю Африки. В Касабланку во Французском Марокко. Здесь деньги, связи или просто везение помогали счастливчикам получить выездные визы и бежать в Лиссабон, а из Лиссабона в Новый Свет. Но остальные ждали в Касабланке. И ждали, ждали, ждали...

* * *
- Как обычно, мистеру Рено, префекту полиции свозят для обыска беженцев, либералов и красивых девушек. Эти беженцы такая беда, все европейские отбросы осели в Касабланке. Некоторые годами ждут визы...

* * *
- Он сбежал из концлагеря. Нацисты гонялись за ним по всей Европе.
- Это конец погони?
- Двадцать тысяч франков за то, что не конец!
- Это серьезное предложение?
- Я только что выплатил двадцать. Я хочу их вернуть.
- Пусть будет десять. Я всего-навсего бедный коррумпированный чиновник...

* * *
- Жадному нацисту мало владеть всей континентальной Европой! Ему нужен и наш цветущий мирный край! Но слава богу, ты нас спасёшь на рыбацкой посудине с пятью дураками...

* * *
- Прошло почти сто лет с тех пор, как войска христиан захватили Иерусалим. Европа задыхается в нищете и репрессиях. Чернь и знать бегут в Святую землю в поисках богатства или спасения...

* * *
- Это изумительный терапевтический инструмент. Записывай на него свои мысли, когда почувствуешь гнев.
- Сейчас я чувствую сильный гнев потому что у меня только одна кровать и нет дивана.
- Не проблема. В Европе, если три или четыре мужчины лежат в одной постели, никто не считает это необычным.
- Ага, вот поэтому я и горжусь тем, что я американец...

* * *
- Когда император Александр Палыч окончил военную кампанию 1812 года, то он захотел по Европе проездиться и в разных государствах чудес посмотреть. Объездил он все страны и везде через свою ласковость имел самые междоусобные разговоры со всякими людьми, и все его чем-нибудь удивляли и на свою сторону преклонять хотели. Но при нём был донской казак Платов, который этого склонения не любил. И чуть если Платов заметит, что государь чем-нибудь иностранным интересуется, то сейчас скажет: "Так и так! И у нас дома своё не хуже есть"...

* * *
- Только что в меня так палили, что можно всю Восточную Европу уничтожить. А ты беспокоишься, что я не пристёгнута?..

* * *
- Всё из Европы. Наши не доехали, что ли?..