Чайковский (1969)

Скажи спасибо.

Спасибо! - Не за что.

Останови!

Ты что?

Поезжай в клуб один.

Постой, я тебя не пущу.

Оставь меня! Я взрослый человек, черт побери!

Позволь мне самому распоряжаться собой!

А теперь я хочу остаться один со своими заботами.

Петя!

Алеша!

Не спи. Пожалуйста, посиди со мной.

Страшно мне.

Все хорошо... Можешь идти.

Господа! Хорошо, Бог с ним, с Кюи!

Но смотрите, что пишет Ларош.

"В "Лебедином озере", как и везде, проявился обычный недостаток господина Чайковского - бедность творческой фантазии и, как следствие этого, однообразие тем и мелодий".

К черту Лароша! Тоже мне, друг называется.

Да чего стоит одна эта тема...

Здравствуйте, господин профессор. - Здравствуйте.

Мне очень лестно, что вы еще помните меня.

О, конечно... Ну, что вы? Где вы?

Обстоятельства не позволили мне закончить курсы, и я вынужден был поступить на службу к госпоже фон Мекк.

Ах, фон Мекк?

Не ей ли я делал фортепьянное переложение из "Опричника"?

Совершенно верно.

Может быть, знаете вы, почему она до сих пор...

А, чек. Очень кстати.

А то уж я, признаться, думал, что...

Альберт... - Владислав Альбертович.

Она что, из немцев, фон Мекк?

Это фамилия ее покойного мужа, а она урожденная Фроловская.

А здесь нет никакой ошибки?

Здесь какая-то баснословная сумма.

Поэтому Надежда Филаретовна и не отправила чек по почте, а попросила меня передать его вам лично.

Поверьте, это не прихоть богатой меценатки, а поступок человека, искренне уважающего ваш труд.

Ваше имя в этом доме произносится с уважением и любовью.

О вашей музыке говорят как о лучшем, что было создано в России.

Всем доверием, которым я пользуюсь у Надежды Филаретовны, я полностью обязан тому счастливому обстоятельству, что когда-то был вашим учеником.

Она часто расспрашивает меня о вашей жизни, привычках.

Ей интересно знать о вас все.

Зачем?

Надежда Филаретовна поручила мне попросить у вас фотографию.

И если можно, с дарственной надписью.