Люди и поболе говели.
Камушкин, чего в котел засунули?
А? Чего сунули?
Виноват, господин унтер-офицер, табак там держим.
Сохнет больно у топки.
Знаю я, какой табак.
Листки, небось, противозаконные. А ну, отойди от котла!
Огня, давайте огня!
Может, закурите, господин унтер-офицер?
Ты что? А Савичев где?
К себе ушел. Спать.
Ну отдыхай.
Как с корабля сходить будем?
Наша жизнь в руках товарищей, таких же большевиков, как и мы.
Они сделают всё.
Кто есть? А?
Ты, что ль, Сысоев?
Камушкин?
Подлецы, листки противозаконные читаете? А ну, вылазь!
Нашел я вас. Вон ты, Сысоев, вон, вижу тебя.
А ну, вылезай живо, а то хуже будет!
Господин вахтенный мичман! Господин мичман!
Чего ты кричишь? -Ваше благородие!
Ну? -Кто-то на корабле, кто-то в холодном котле сидит.
Подхожу к котлу, слышу: "Бу-бу-бу"
Я дверцу - раз!
А на меня кто-то глазами зырит.
Мистика. -Так точно, ваше благородие, и в вольной одежде.
Пошли. -Я их замкнул, ваше благородие, не уйдут.
Трюмный механик знает? -Никак нет, ваше благородие.
Пойди доложи, и быстро. -Слушаюсь, ваше благородие.
Ваше благородие.
Ваше благородие, Ваше благородие.
Извольте пробудиться. Ваше благородие!
Ты что?
Как что! Ваше благородие, чужие на корабле. -Что?
Я словно чуял. Места, ваше благородие, не находил.
Накрыл я их, ваше благородие, в холодном котле сидят.
Ну молодец, Савичев. Хвалю за службу!
Рад стараться, ваше благородие.
У меня, ваше благородие, словно душа...
Тихо! Пошли.
Я их замкнул, ваше благородие, не уйдут.
Подхожу я к котлу, слышу, шебуршат. -Хорошо, Савичев.
Человек за бортом!
Человек за бортом! Шлюпку на воду!
Отпусти, потопнем. -Убили!
Убили!
Отцепись, потопнем.