Омерзительная восьмерка (The Hateful Eight, 2015)

Считай, был мне лучшим другом - кабы я брал тупых зверей за друзей, что не так.

Тем не менее... Буду по нему скучать.

А чё это за Дэйзи Домергу? - Паскудная сучка-убийца, вот кто.

Везёшь её на повешение, значит?

Отож. - Останешься посмотреть?

Знаешь же, что да.

Я хочу собственными ушами услышать, как у неё шея хрустнет.

Никогда не ждёшь повешения своих?

А моих не вешают, потому что я живых не привожу.

Никогда?

Вообще.

Мы говорили об этом в Чаттануге.

Возить отчаянных живыми - верный способ себя угробить.

Коли глаза не закрывать - так и не скажут, что спишь.

Не хочу так урабатываться. - Никто не обещал лёгкую работку.

Но и столь тяжкую тоже.

Вот потому, девонька, его и кличут "Вешателем".

Большинство наших, завидев на тебя афишу "Живым или мёртвым", пускает тебе пулю в затылок где-то, да тащит на коне. Но когда тебя ловит Джон Рут, "Вешатель", смерти жди не от пули в затылок.

Когда тебя ловит Вешатель... тебя вешают.

Переоцениваешь ты его, черножопый.

Он смел, спорить не стану.

Но вот чё до мозгов - то там уж мама не хотела, папа не старался.

Так, Дэйзи.

Я...

Я понимаю, мы виделись лишь раз.

И я не хочу делать несправедливые намёки о какой-либо близости, но...

Ну...

Не потерял ещё?

Не потерял ещё - что?

Письмо Линкольна?

Конечно, нет.

Оно при тебе?

Где?

А вот тут.

Слушай, я понимаю, с ним нужно поосторожнее, да.

Ты наверняка не любишь доставать его из конверта без всякого повода.

Но если ты не против...

Я был бы благодарен, коли б ты дал ещё раз на него взглянуть.

Ты прав, я не люблю доставать его из конверта без всякого повода.

Да-с. - Но... ты ж меня спасаешь, как-никак, думаю, я могу ещё раз дать тебе его читнуть.

"Старушка Мэри Тодд кличет, верно, пора ложиться спать."

Старушка Мэри Тодд.

Пронимает.

Меня тоже.

Знаешь, что это, шкура?

Письмо от Линкольна.

Письмо Линкольна - ему.

Они переписывались во время войны.

Дружили, такскть, по переписке. Это лишь одно письмо из многих.

Какого х...

О-Би!

Стой!

Так, стояяяяяяяять!

такую дурость...!

руки меня лишить!

Я не для того пёр эту дрянь через горы, чтобы ты ей шею на подъезде к городу перебил!

Это ты дал ей моё драное письмо.

Я его давал не ей, а тебе!

Черномазый мне едва челюстёнку не свернул.

Испаскудишь его письмо, и он тебя, суку, насмерть забьёт. А я, меж тем, буду хохотать, сидя на колесе экипажа.

Как оно?

Лучше не стало.

Но и так сойдёт.

Это так черножопые со своими дамами обращаются?

А ты... ни хрена... и не дама!

Эй, Мистер Рут?

Чего?

Тут впереди ещё один пассажир мечется!

ПОМОГИИИИТЕ! - Чего?

Говорю, тут впереди ещё один пассажир мечется!

Учитывая буран, многовато народцу разбродилось, согласитесь, майор?

Учитывая то, что я - половина этого "народца"... то многовато, да.

Это всё меняет, сынок.

8 тысяч долларов - солидные деньги для негрилы.

Но добавь ещё голову - и 18тысяч будут чистой сказкой.

Серьёзно решил, что я в увязке с тем парнем? Или с ней?

Нацепляй. - Никакие наручники я не нацеплю.

Давай, а иначе - можешь сразу забыть обо всей этой затее.

Глава вторая. УБЛЮДОК.

Сдай оружие кучеру.

Нервы чутка шалят, да?

Шутки в сторону, сдавай.

Коль пожелаете. - А я желаю.

Ну чё...

Сделал по желанию, шо ж делать.

О-Би? Оно у тебя?

Да! - Ладно, парнишка, держи фонарь в одной руке, а вторую вытяни так, чтоб мне было видно.

Встань тудыть, чтоб я тебя разглядеть смог.

Чтоб меня напополам порвали, да сшили.

Крис Мэнникс, то ты?

Простите, друже, мы знакомы? - Не совсем.

Знаком с ним? - С его репутацией.

Друже, я ж сказал, вы застали меня в неудобстве.