Цитаты про слёзы

* * *
- Это Мак Лир, могучий великан. Его сердце разбилось на кусочки из-за ужасной, ужасной трагедии. Боль его была так невыносима, что он выплакал целый океан. Он поднимался всё выше и выше, пока слез не стало столько, что все мы непременно бы в них утонули.
- Я знаю эту историю. Маха отправила своих сов, чтобы унять его страдания. И он обратился в камень.
- Именно. Любой согласится, что история грустная...

* * *
- У каждого из нас есть свои шрамы. От сильной любви к кому-то, от желания кого-то защитить. Он ради меня себя не пожалел, ему наверное очень больно. Но мне до слёз приятно касаться забинтованной руки. Надеюсь, я никогда не забуду это чувство и перестану бояться душевных ран...

* * *
Путь крутой, что в небо ведёт,
Белизною прочертит самолёт.
Колышется марево-жара,
Торопя: "пора, пора".
В вышину взбирается по-детски легко.
Никого вокруг, весь мир так далеко..
Беспечно рассмеёшься ты
Из прекрасной высоты.
И когда зовут небеса,
И от ветра слёзы в глазах,
Вдаль уходит твоей жизни
Белая полоса.
Синева в полёте окна
И улыбки мёртвой тишина
Лишь небо - больше ничего
В бездне взгляда твоего.
Взрослые забыли, как летали во снах,
Высота пуста, а смерть безжалостна,
И им не понять сейчас,
Что мечта твоя сбылась.
И когда зовут небеса,
И от ветра слёзы в глазах,
Вдаль уходит твоей жизни
Белая полоса...

* * *
- Как называется это снадобье?
- Слёзы Богородицы...

* * *
- Панда, никто не моет подмышки в озере Святых Слёз!..

* * *
- На каждой войне есть свой враг. Я видела, как мою мать били до полусмерти, и смотрела как кровь и слезы стекали по ее лицу. Я испытывала одновременно беспомощность, страх и бешенство...

* * *
- Из тьмы взываем к тебе, Господи. Помилуй нас, ибо мы слабы, мы боимся, мы ничего не знаем. Из тьмы, где ты, оказывается, пребываешь, где мы, стало быть, все пребываем... В этой тьме никто тебя не услышит, не разжалобится твоими страданиями. Утри слёзы, и любуйся на свою бесчувственность, как перед зеркалом. Господи, где бы ты ни был, ведь есть же ты где-то, Господи, - помилуй нас...

* * *
- Она сдерживает слезы, но не может сдержать гнев...

* * *
- Наплакала ты мало, нам путь указала, тьму повязала, с дороги устала, плетьмя оплетала... слезы и потопляла..
- Ах ты, рыжая сволочь! А ну, иди отсюда! Ещё раз появишься, точно с балкона сброшу!..

* * *
- Ее идеальный мужчина не должен бояться своих слез...

* * *
- А то не дождь, то не дождь, слёзы с неба капают...

* * *
- Я хочу снимать кино из крови, спермы и слез. Это основа жизни. Мне кажется, это должно быть в фильмах, или фильмы должны быть сделаны из этого...

* * *
О мертвых мы поговорим потом.
Смерть на войне обычна и сурова.
Но все-таки мы воздух ловим ртом
При гибели товарищей. Ни слова...
Обветренные скулы сведены.
Трехсотпятидесятый день войны.
Еще рассвет по листьям не дрожал,
И для острастки били пулеметы...
Вот это место. Здесь он умирал -
Товарищ мой из пулеметной роты.
Здесь бесполезно было звать врачей,
Не дотянул бы он и до рассвета.
Он не нуждался в помощи ничьей.
Он умирал. И, понимая это,
Смотрел на нас, и молча ждал конца,
И как-то улыбался неумело.
Загар сначала отошел с лица,
Потом оно, темнея, каменело.
Ну, стой и жди. Замри. Оцепеней.
Запри все сразу чувства на защелку.
Вот тут и появился соловей,
Несмело и томительно защелкал.
Как время, по траншеям тек песок...
И ландыш, приподнявшись на носок,
Заглядывал в воронку от разрыва.
Нелепа смерть. Она глупа. Тем боле,
Когда он, руки разбросав свои,
Сказал: "Ребята, напишите Поле:
У нас сегодня пели соловьи".
И сразу канул в омут тишины
Трехсотпятидесятый день войны.
Он не дожил, не долюбил, не допил,
Не доучился, книг не дочитал.
Я был с ним рядом. Я в одном окопе,
Как он о Поле, о тебе мечтал.
И может быть, в песке, в размытой глине,
Захлебываясь в собственной крови,
Скажу: "Ребята, дайте знать Ирине:
"У нас сегодня пели соловьи".
И полетит письмо из этих мест
Туда, в Москву, на Зубовский проезд.
Пусть даже так. Потом просохнут слезы,
И не со мной, так с кем-нибудь вдвоем
У той поджигородовской березы
Вы всмотритесь в зеленый водоем.
Пусть даже так. Потом родятся дети
Для подвигов, для жизни, для любви.
Пусть их разбудят рано на рассвете
Томительные наши соловьи.
Пусть им навстречу солнце зноем брызнет
И облака потянутся гуртом.
Я славлю смерть во имя нашей жизни.
О мертвых мы поговорим потом...

* * *
Раненая птица знает о своей судьбе.

Отчаянные попытки к бегству лишь усугубляют безнадёжность её положения. Глаза приматов будут выдернуты первыми, а затем проданы в косметические компании по всему миру.

На них будут тестировать тушь для ресниц и искусственные слёзы. Затем обмякшие тела обезьянок будут ощипаны, их мех пойдёт на набивку подушек и одеял.

Мистер Зебра думал попить вкусной водички. Но никогда не знаешь заранее, кто кого съест в ресторане матушки природы...

* * *
- Значит, Бэйнс собирает вещи?
- Собирать ему нечего, но он уезжает. И слава богу. Несси по глупости начала испытывать к нему какие-то чувства. Было пролито немало слез...

* * *
- Если ты плачешь, потому что солнце закатилось в твоей жизни, твои слезы помешают тебе увидеть звезды...

* * *
- Мы спали. Посреди ночи я проснулась и увидела, что он смотрит на меня. Я почувствовала, что он хочет меня. Мы молчали. Будто он ждал меня. Я стала ласкать себя. Он тоже. Он попытался коснуться меня, но я жестом показала держаться на дистанции. Я попыталась уменьшить возбуждение, посмотрев на дверь, но его взгляд... Сама мысль, что он так долго смотрел на меня, была настолько сильной, что я кончила раньше него. Я приблизилась, чтобы его поцеловать. Ощущения были настолько безумными. Мы ведь даже не прикоснулись друг к другу. Когда я его поцеловала, то почувствовала его слезы. Он испытал мое удовольствие, просто наблюдая. Он насытился им. Что-то вроде этого. Думаю, он плакал, потому что увидел меня по-настоящему. Меня. Это был больше, чем секс...

* * *
Стоит февральский туман,
На улице почти никого.
Этот грустный день, длинный и холодный,
Бесконечно затянулся.
Откуда эта меланхолия,
Что идет по городу, рядом со мной.
Она смочила мое лицо:
Дождь ли это или слезы, я не знаю...

* * *
- Я видел нечто, во что вы, люди, просто не поверите. Горящие боевые корабли на подступах к Ориону. Я видел Си-лучи... мерцающие во тьме близ врат Тангейзера. И все эти мгновения исчезнут во времени, как слёзы под дождём. Пора умирать...

* * *
- Знаете, это же не обычная акула. Не просто мегалодон.
- А что же это?
- Это нечто большее. Это проклятие.
- Проклятие? Блин, перестань. Не лучшее время для этого.
- Нет, Пол, пусть расскажет.
- El demonio - это последствия. Это месть древнего бога. Знаете, когда я был маленький, мой abuelito рассказывал мне про бога дождя. Tалок. Тлалок. Иди сюда. Mi abuelito всегда напоминал мне, что Тлалок был не просто богом. Он был приносящим жизнь. Его слёзы создали океаны, озёра, rios. А самое главное, мы молились лишь по нужде. Не более. Но несколько тысяч лет назад всё стало иначе. И начался великий потоп. Потоп не от природы, а от гнева.
- Гнева? Почему?
- Люди стали брать слишком много. Порубили все деревья. Вместо того, чтобы брать лишь для пропитания, они просто убивали всех животных. Пытались подчинить реки, озёра. Думали, что всё могут. Мы начали считать себя богами. Это его и выбесило...