Конец прекрасной эпохи (2015)

Короче, общий смысл таков: родился счастливый человек.

Вы знаете, я бы даже так выразился: человек, обреченный на счастье.

Человек, обреченный на счастье, - по-моему, неплохо.

Может быть, попробовать в качестве заголовка?

Ну, там видно будет, Генрих Францевич.

Только запомните: младенец должен быть публикабельным.

То есть я... я не совсем понимаю, что значит "публикабельный".

То есть полноценным: ничего ущербного, никаких матерей-одиночек, никаких кесаревых сечений. Полный комплект родителей, здоровый, социально полноценный мальчик.

Обязательно мальчик? - Да. Мальчик как-то символичнее.

Не волнуйся, все хорошо.

Только дерется. Да, доктор говорит, что...

Посторонним сюда нельзя. - А потусторонним?

Где кабинет главного врача? - На 3-м этаже у лифта. - Спасибо.

Ну вот, родила из 9-й палаты -4200 и 58 сантиметров.

Хотите взглянуть? - Да это необязательно - дети все на одно лицо.

Фамилия матери - Окас. Нормировщица с "Пунанэ рэт".

Отец - Магабча. - Что значит - Магабча?

Фамилия такая. Он из Эфиопии. В мореходной школе учился.

То есть черный?

Я бы сказал - шоколадный.

Слушайте, это любопытно.

Вырисовывается интернационализм, дружба народов.

Да, слушаю вас.

Генрих Францевич, только что родился мальчик.

Что-что? В чем дело? Кто говорит? - Лентулов. вы же мне задание дали.

Так вот, родился мальчик - большой, здоровый, отец - эфиоп.

Не понял? - Ну, эфиоп, родом из Эфиопии.

Учится здесь, марксист. - вы пьяны?

Откуда? Я же на задании. - Когда вас это останавливало?

Он что, черный? - Шоколадный.

То есть негр? - Ну естественно.

Что же здесь естественного? - А по-вашему, эфиоп не человек?

Слушайте, Лентулов, я вас уволю за попытку дискредитировать все самое лучшее. Оставьте вы в покое вашего засранного эфиопа.

Дождитесь нормального, слышите меня, нормального человеческого ребенка.

Я ведь только спросил. - Не подходит?

Нет. - У меня сразу же возникли сомнения.

Но я промолчал. - Да ладно.

Хотите кофе? - Спасибо.

А у вас, доктор, есть дети? - Угу, сын.

Никогда не задумывались, что его ожидает?

Я прекрасно знаю, что его ожидает: лагерь строгого режима.

Уже и подписку взяли. - Ваш сын - деятель эстонского Возрождения?

Мой сын фарцовщик и пьяница.

Я за него могу быть относительно спокоен, лишь когда его держат в тюрьме.

Не знаю, как это получилось.

Я и мать - люди положительные.

А он отрицательный.

Неплохо бы и его выслушать.

Слушать его невозможно. Говорю ему: "Юрий, за что ты меня презираешь?

Я всего добился упорным трудом.

У меня была нелегкая жизнь.

Сейчас я занимаю высокое положение. Как ты думаешь, Юрий, почему меня, скромного фельдшера назначили главным врачом?"

Он и мне отвечает: "Потому что всех твоих умных коллег расстреляли".

Как будто я их расстрелял.

Доктор, можно я у вас здесь посплю?

Пожалуйста.

Хотите - воспользуйтесь моим плащом. - Спасибо, и так сойдет.

Проснитесь. Проснитесь.

Проснитесь. - А? Что?

Извините, потревожил. Только что родила ваша знакомая.

То есть как - знакомая? - Журналистка из молодежной газеты.

Румянцева. - А, Лена? Жена Бори Штейна.