Великая красота (La grande bellezza, 2013)

Но у д`Аннунцио всегда есть парадигма...

Меня тошнит от словесной акробатики.

Напиши что-то своё, личное, я не знаю - о печали, о чувствах...

Я знаю тебя целую жизнь - и ты ни разу не был у меня дома.

Дома... Это всего лишь комната в студенческом общежитии.

Скажи-ка... Ты спишь с этой бледной поганкой, которая вечно возле тебя ошивается?

Да если бы! Подъезжал и так и эдак... Ни одного поцелуя, нет, вру - один.

Вот сука. - Нет-нет, она не такая.

Она непростая... - Поверь Джепу - сука патентованная.

Я их вижу за версту, мне даже знакомиться не надо.

Что это ты делаешь? - Утреннюю зарядку.

Это вот - зарядка? - Да...

Зато я всегда был.

Твоих я и сам посчитать могу - ровно шесть.

Да я же вас и знакомил.

Семь.

Семь? - Семь.

С каких это пор семь? - С прошлого лета.

Я тогда ездил навестить родителей. Она подруга моей сестры.

У неё свой галантерейный магазинчик, и...

Она симпатичная... - В смысле полный отстой?

Забудем. Скажи лучше, как у тебя с Ориеттой?

А кто такая Ориетта? - Да ладно!

Думаю снова начать писать.

Но это же прекрасная новость, Джеп!

Что-нибудь случилось?

Нет. Нет.

А что?

Если после стольких лет ты говоришь, что снова хочешь писать, значит, что-то случилось.

В Риме постоянно что-то случается, но ничего не происходит.

Куда ты смотришь?

Иди сюда.

Нынешняя молодёжь вызывает у меня отвращение.

Начисто забыв о том, кто им помогал. Чувство гражданского долга им чуждо.

В молодости, учась на филологическом, я просто источала гражданскую ответственность.

Ты источала ответственность? - Да, а что?

Ладно, оставим. - Тебе-то откуда знать?

В те годы ты жил в Неаполе, озорничал с девицами из буржуазных семеек и писал свой единственный романчик.

Великая история вершилась рядом, а я и не заметил...

Романчик? Но он вошёл в историю итальянской литературы!

Могу подтвердить, Джеп и гражданский долг - понятия несовместимые.

Джеп всегда был ленив, а долг - не в меру гиперактивен.

Да ладно, Романо, перестань стелиться перед своим идолом - жалкое зрелище!

"Человеческий аппарат" - крайне примитивная и легкомысленная книга.

И претенциозненькая, как её название.

Джеп и сам это отлично понимает, по крайней мере, он избавил нас от следующей.

Прости, а ты сама? - Я пыталась что-то изменить с помощью литературы.

Я опубликовала 11 романов, проникнутых идеей гражданской ответственности и, кроме того, я написала книгу по истории Партии.

Ты забыла о своей работе для реалити-шоу, как оно называлось...

"Девичий питомник".

Между прочим, опыт работы на телевидении крайне полезен для самообразования.

Я никогда не отказываюсь от приглашений.

Пачкаю руки, экспериментирую, пробую...

Я не иду по жизни с презрительной миной сноба.

На минуточку, ты утверждаешь, что писатель, облеченный чувством долга, имеет преимущество, нечто вроде охранной грамоты, по сравнению с теми, кого занимают... не знаю, чувства?

Конечно, именно это она и говорит.

Дадина, дело, которому ты посвящаешь свою жизнь, не может быть второстепенным.

Возьми, например, создание семьи.

Каждый день ты все свои силы кладешь на алтарь воспитания детей, идя при этом на определённые жертвы.