Ты ведь хочешь ему помочь.
Ты даже помог ему с работой.
Много дерьма повидал, а?
Но это помогает тебе это пережить?
Помогает построить мир, где у твоих детей всё будет лучше?
В коммунизме об этом и речь.
Я поддержу тебя на поступлении.
В академии девушки красивее, чем здесь.
Видите ли вы, что каждый здесь оставил своё тщеславие в стороне и сделал себя частью службы для дела?
Службы для народа.
Работайте над тем, как себя держите, работайте над своим ручным трудом.
И настоящее искусство разовьётся в вас само собой.
Возьмём в качестве примера Пабло Пикассо.
У него есть и сильные реалистичные картины, выражающие явную солидарность рабочему классу.
Но очень скоро он ударяется в декаданский, неприличный формализм.
Почему?
Потому что он хотел считаться новатором, а не традиционалистом.
Инновация, творческая независимость, художественная свобода - слова, которые для художника поначалу звучат недостижимыми.
"Я. Я. Я."
Но настоящую свободу современный художник может получить, только если он станет частью службы для народа.
А "я, я, я" ведёт только к несчастью.
В лучшем случае это ведёт только к существованию декаданского, богатого "коллекционера", эксплуататора рабочих, радующихся, что у них нет ничего общего с народом.
Даже художественные вкусы у них отличаются.
Упадок, мистицизм, порнография...
Пустые формы, художественные конструкции, пятна, линии, шары, конусы...
Всё это, только чтобы считаться "новатором"?
Да, это ново.
Но это неправильно.
Это тщеславно, глупо, недемократично.
Декаданство.
Будьте другими, господа. Будьте другими.
Молот был немного повыше.
Да, он был выше.
Да, ещё.
Так?
Да, а левая рука чуть дальше. - И правая.
Ещё. - Дальше, дальше, дальше.
И подними вперёд.
Именно.
Да, вот так и было.
Нет, было не так.
Завязывайте, ребята.
Он был ещё выше.
Не, всё-таки ниже.
А хотя выше.
Выше. Ниже.
Товарищ профессор!
Мы что, в детском саду?
Судя по всему, да.
В моде раздают западные карандаши!
Как здорово, что делишься с нами! - Конечно.
Поцелуй от меня Лизу. - Конечно, спасибо!
Михи.
Спасибо, Элизабет.
Даже не надейся. Она моя.
Смотри и учись.
2Б или 4Б?
2Б, но... но карандашам я бы предпочёл разговор с тобой.
Остановимся пока на карандаше.
Точно?
Точно.
Тебя зовут Элизабет?
Есть ещё один.
Но теперь только 4Б.
Спасибо.
Такой золотой птичке, как ты, нельзя иметь простую пепельницу.
Золотой птичке?
Мне это совсем не подходит.
Мне тоже так кажется.
Может, прогуляемся?