* * *
- Трудный день.
- Ага.
- У гроба он жал мне руку, обнимая кого-то еще. Эта семья - чертова картина Пикассо...

* * *
- Я постараюсь сказать это как можно тактичней и профессиональней: ты слуга народа в этой захудалой, помешанной на Библии дыре. Никому, никому нет никакого дела до твоего наследия...

* * *
- Наверное, нельзя винить вас за то, что вы меня не помните. Был лишь вторым помощником обвинения. Вы защищали сына пивного магната из Милуокки, он еще бродяжничал в Гэри.
- Сорок миллионов в банке, одна мертвая проститутка?
- Вы был хороши. Лучший вердикт, что можно купить. Всем нужен Аттикус Финч, пока в их ванной не сдохла шлюха. Вот вам и стикер на бампер.
- Другими словами, ты приехал сюда, чтобы свести счеты.
- Боже правый, нет. Я приехал сюда, потому что знал, что если не приеду, то кому-то здесь может сойти с рук убийство. Мой отец - куча неприятных слов. "Убийца" среди них нет.
- Но он лжец. Это мы установили. Лжец, который думает, что может прикрываться законом, прямо как его сын. Вы обыкновенный мошенник, мистер Палмер. Задира с кучей фокусов в кармане. Но в отличие от вас, у меня есть одна простая вера: что закон - единственное, что способно сделать людей равными...

* * *
- Ты спрашиваешь, верю ли я в Бога?
- Веришь?
- Мне семьдесят два и у меня рак четвертой степени. Какой у меня выбор?..

* * *
- Девяносто процентов страны верит в призраков, меньше, чем треть, в эволюцию. Тридцать пять процентов могут безошибочно узнать Гомера Симпсона и вымышленный город, в котором он живет, меньше процента знают Тургуда Маршалла. Но когда ты сажаешь двенадцать американцев в жюри и просишь правосудия, происходит нечто уму непостижимое. Почти всегда они справедливы...

* * *
- Ну, ты знаешь, когда проигрываешь, то проигрываешь. А когда тебе прет - нужно просто наслаждаться...