Цитаты про войну

* * *
- Мы сказали, раз вы об этом думаете, давайте наконец сделаем это. Это как хирургическая операция: сперва больно, но потом организм выздоравливает. Разве мы не осуществили потаенную мечту каждого европейского обывателя, разве не в этом была причина всех наших побед? Ведь все знали, что то, о чем они боялись рассказывать даже своим женам, мы объявили ясно и открыто, как подобает мужественному и цельному народу. Они всегда не любили евреев. Всю жизнь они боялись эту мрачную угрюмую страну на востоке. Этого кентавра, дикого и чужого Европе - Россию. Я сказал: "Просто давайте решим эти две проблемы. Решим их раз и навсегда". Разве мы придумали что-то новое? Нет. Мы просто внесли ясность в те вопросы, в которых вся Европа хотела ясности. Вот и все. хотела ясности. Вот и все. С тех пор как Земля вращается вокруг Солнца, пока существует холод и жара, буря и солнечный свет, до тех пор будет существовать и борьба. В том числе среди людей и народов. Если бы люди остались жить в раю, они бы сгнили. Человечество стало тем, что оно есть, благодаря борьбе. Война - естественное обыденное дело. Война идет всегда и повсюду. У нее нет начала, нет конца. Война - это сама жизнь. Война - это отправная точка...

* * *
- Сегодня опять на заставу перебежчик от поляков пришёл. На рассвете война начнётся, в четыре часа. Веришь?
- Нет, конечно...

* * *
- Я представлял себе войну. Но я не представлял себе войну... Такую войну... Все её ждали, но никто не ждал, что вот так, сразу, просто... И страшно...

* * *
- Плачет по тебе гауптвахта. Вот кончится война тебя посадить надо на полгодика. Вполне, и по заслугам!
- Уж я бы там отоспался и ряжку бы наел. Во!..

* * *
- Ну, а "решимость умереть" - как быть с этим?
- Решимость умереть... Да это вообще из области самоубийства. На войне требуется не решимость умереть, а решимость делать в условиях, когда это грозит смертью, иногда неизбежной. А человек продолжает хотеть жить всегда...

* * *
- Скажите, а, вот, когда страшно - больше хочется курить?
- Да как-то не связывал. Когда хочу курить - курю, если есть что. А, когда страшно - боюсь.
- Скажите, а когда было особенно страшно?
- Особенно страшно? В начале войны. Потом в Керчи... Под Сталинградом тоже было. Трудно как-то объяснить. В общем, это чувствуешь затылком...

* * *
- Ну, вот они и кончились, твои двадцать дней без войны. И надо глядеть правде в глаза. Будет на ней еще всякое: и с тобой, и с другими. Хотя, и топаем вперед, но пока что всего-навсего по Кубани. И ох, как далеко еще до Берлина. Ох, как далеко...

* * *
- Новый двадцатый век начался, на самом деле, не 1 января 1901, а первого августа 1914 года. В первый день империалистической войны. Я видел рождение этого века. Сперва в Италии, в Венеции, откуда сбежали туристы. И пусто стояли отели, гондолы и магазины. И пляж... Столики бесконечных кофейнь у моря тоже стояли пустые. Век для меня начался именно с этой пустоты. Русские семьи, прервав беспечное курортное существование, не сменив даже свои белые летние одежды, растеряно толпились на палубах пароходов, спешивших к родным берегам. Ходили испуганные толки о коварных немецких субмаринах и аэропланах с бомбами. Море было огромным и грозным. Да... Новый век начался с ощущения пустоты и опасности...

* * *
- Мин херц, а купцов тряхануть? Им война в выгоду. Я вот, у одного купчишки служил, пирогами на базаре торговал.
- С чем пироги делали? Чай с мясом?
- С зайчатиной, с луком, с яйцами. Со всякой требухой...

* * *
- В сей счастливый день окончания войны, господа Сенат, даровал мне звание отца Отечества! Суров я был с вами, дети мои, ибо не для себя был суров, но дорога мне была Россия! Моими и вашими трудами увенчаем наше Отечество славой и корабли русские плывут уже ко всем гаваням Европы. Не напрасны были наши труды и поколениям нашим надлежит славу и богатства Отечества беречь и множить!..

* * *
- Человек недавно получил строгое взыскание. Взвинчен до сих пор.
- А если он и там какой-нибудь фортель выкинет? Зачем рисковать?
- А если война? Мы тоже будем выбирать, этому разрешить защищать родину, а тому нет только потому, что он когда-то неправильно перешел улицу?..

* * *
- Ты прежде всего пойми, что такое брак! Брак - это тайный заговор женщин против мужчин.
- Это война. На одной красоте не выедешь...

* * *
Вот первая моя весна.
А ты готова к расставаньям?
А ты готова к испытаньям?
Сегодня началась война...

* * *
- Как же ты здесь очутился, Слав? Всё над городом. А в городе, представляешь себе, в первый раз. И вдруг, здрасьте, такая встреча, а!
- Ну, бывает. Война сводит, разводит...

* * *
- Когда ж кончится эта проклятая война? Молилась о детях своих. Всем им просила жизни. Все имена перечисляла, но отчаяннее всего молилась о Павле. Ведь сколько месяцев ни весточки. И хотя уже сомнение занозило ей сердце - да есть ли Бог действительно? Может, прав Евдоким, правы дети - нету Бога? Если он есть, премудрый и милосердный, то как же он допускает, чтобы столько погибло людей, чтобы столько крови и горя было на свете?..

* * *
- Помню, мы всей семьёй пили чай за круглым столом в большой комнате, солнце прямо на стол светило. Помню, как все люди стали говорить слово "война", что случилось с родителями - не знаю. Помню, как меня ночью несли на руках куда-то. В пути наш поезд начали бомбить, женщину, которая нас сопровождала, убили, а мы дети будили её, мы кричали...

* * *
- Маленькой я любила убегать от матери. Помню, что возле нашего дома на столбе висел колокол. И он звонил, когда началась война. Помню, мы стояли на какой-то железнодорожной станции. Я ей говорю: "Смотри, мам, какие горы!" А она мне ответила: "Это не горы, а вагоны гружёные песком". И ещё помню, я находился с какой-то женщиной в железнодорожной будке, она верно работала стрелочницей, потому что, когда приближался поезд, она держала в одной руке флажок, а на другой руке держала меня. Кто была эта женщина - не знаю. Или моя мать или чужая, которая пыталась найти мне родных, потому и брала меня на руки, когда проходил поезд, в надежде, что кто-то признает меня своим...

* * *
- Дорогие мои друзья, выпьем за Москву. За победу и за всех наших близких. Вот мы сидим с вами за этим красивым столом. Можно подумать, что никакой войны нет. Но мы то знаем, что она здесь. Она совсем близко. Она рядом. Но не только на земле, на воде и в небе. Она еще и в сердце каждого из нас. И может быть важнее всего, чтобы в день, когда мы победим, не осталось в наших сердцах, ни единой капли яда войны. Вот как не останется ни капли в этом бокале. С Новым годом, товарищи!..

* * *
- В те дальние-дальние годы, только что отгремела по всей стране война. Далеко прогнала в ту пору Красная Армия белые войска проклятых буржуинов. Совсем хорошая жизнь настала...

* * *
Слушай, товарищ,
Война началася.
Бросай своё дело,
В поход собирайся.
Смело мы в бой пойдём
За власть Советов.
И, как один, умрём
В борьбе за это...

* * *
- Вашим слезам нет места сейчас. Сейчас война. И пока мы не победим, мы не можем жалеть врагов наших...

* * *
- Вы учительницы?
- Да. А ты кто?
- Я - Маруся Орлова.
- Зачем пришла-пожаловала?
- В школу записываться.
- А почему ты пришла одна без мамы или папы?
- Папы нет дома, он летчик, он сейчас улетел в Заполярье. А мама не может. Вчера обещала пойти, а сегодня говорит: "Подожди до завтра".
- А ты ждать не любишь?
- Все девочки с нашего двора записались уже. Я пришла, я документы принесла.
- Какие?
- Все.
- А где ты их взяла?
- В комоде, в маленьком ящике. Вы какие нужно возьмите, а какие не нужно отнесу домой. Это бабушкин паспорт, это квитанция за телефон, это синенькая - за квартиру, вот это заем, вот это письма от папы. А здесь, в конверте мои волосы, видите? Когда мне было один годик. Это орденская книжка мамина. Моя мама доктор, во время войны была капитан медицинской службы. А вот это я, когда мне было полгодика.
- Достаточно. Одну минуту, я хочу посмотреть телефонную квитанцию...

* * *
- Лучше наступать, чем гнить заживо. Мы рвемся в бой!
- Сотник, вы как, рветесь в бой?
- Я? 8 бубен. В крести рвусь. Не для того держат казаков, чтобы уничтожать их в атаках.
- Для чего же?
- Для чего?
- Когда на фронте начнутся волнения - а это неизбежно: война начинает солдатам надоедать - вот подавлять мятежников бросят казаков.
- Ересь мелешь.
- А почему же ересь?
- Потому что ересь есть ересь. Увлекаешься, милейший. Откуда ты знаешь о будущих волнениях?. А если предположить нечто обратное? Союзники разбивают немцев, война завершается блистательным концом. Тогда какую роль ты отводишь казачеству?
- Что-то не похоже на конец, тем более блистательный...

* * *
- А ты, Алексей Иваныч, помни, для тебя выиграть войну - это значит, взять эти три дома. И держать их: сегодня, завтра и послезавтра. Пока жив. Вот и всё! Вся мудрость...

* * *
- Мне одна девушка сказала, что ей страшнее на войне от того, что у неё не было любви.
- А у вас? Была?
- Что?
- Любовь.
- Любовь?..

* * *
- Хорошая женщина! Забыть невозможно!
- А зачем забывать? Кончится война, поезжай да женись.
- У нее же муж.
- Тоже рябой?
- Нет, гладкий.
- Чего ж это она гадкого на тебя, рябого, променяла?
- А может, у него какой другой дефект!..

* * *
- Неужели это не самая последняя война на земле?
- Ну и неврастеник ты, Гальцев. Лечиться тебе, брат, надо, вот что...

* * *
- Говорят, человек перед смертью вспоминает всю свою жизнь. Может быть и так. Но он вспоминал перед смертью только войну. Говорят, человек перед смертью думает сразу о многом. Может быть и так. Но он перед смертью думал только об одном - о войне. Он всё-таки сбил сегодня ещё одного фашиста. Тридцатого - и последнего. В его душе не было предсмертного ужаса. Была лишь тоска, что он уже никогда не узнает, как всё будет дальше...

* * *
- Мы сейчас на войне все одинаковые. И злые - злые, и добрые, тоже злые...

* * *
- Не будет нам ни прощения, ни в душе покоя, пока мы не погоним немцев к чёртовой матери. Кто бы и как бы войну не начал, но кончать её не кому-то, а нам...

* * *
- Война каждый час разлучает людей, то смертью, то раной. И всё-таки, как ни наглядишься на всё это... Но что она такое, разлука? До конца понимаешь только, когда она нагрянет на тебя самого...

* * *
- Трудно... Трудно привыкнуть к мысли, что как бы много всего уже не осталось за плечами, а впереди ещё была целая война...

* * *
- Вы слышали, что немцы наладили печатание английских фунтов, французских франков, польских злотых и русских рублей?
- Я предполагал...
- Ну, пока вы предполагали, кое-кто из этих парней осваивает рейхсмарки.
- Но это же преступление.
- На войне каждый день совершаются преступления. Деловой человек сделает из этого выводы.
- Вы серьёзно?
- Для шуток нет времени...

* * *
- Стариков мы в войну послали в горы табунщиками. С тех пор они там. А фронтовики вот вернулись и нос воротят. Культуры за границей понавидались, теперь уже не желают табунщиками, зачем мне мол скитаться по горам...

* * *
- Председатель на виду, при народе так сказать.
- Что так сказать? На другом коне его признавать не будут? Или если он председатель, так обязательно на иноходце?
- Обязательно, не обязательно, но вроде полагается. Вот вы, Танаке, солдатом были на войне. Разве вы ездили на легковой, а генерал ваш на грузовике? Нет конечно, генералу - генеральская, солдату - солдатская. Резонно?..

* * *
От Курска и Орла
Война нас довела
До самых вражеских ворот,
Такие, брат, дела.
Когда-нибудь мы вспомним это
И не поверится самим,
А нынче нам нужна одна победа
Одна на всех - мы за ценой не постоим...

* * *
На земле безжалостно маленькой жил да был человек маленький. У него была служба маленькая и маленький очень портфель. Получал он зарплату маленькую и однажды прекрасным утром постучалась к нему в окошко небольшая, казалось, война. Автомат ему выдали маленький, сапоги ему выдали маленькие, каску выдали маленькую и маленькую очень размером шинель. А когда он упал некрасиво, неправильно, в атакующем крике вывернув рот, и на всей Земле не хватало мрамора чтобы вырубить парня в полный рост!..

* * *
- Нам хотелось, чтобы после победы сразу все переменилось, как в сказке. А жизнь - не сказка. Десятого мая мы увидели развалины городов, разбитые дороги, изношенную одежду, морщины на лицах близких. Но тем и велик наш народ, что он не смутился, не стал сетовать - он ожесточенно взялся за работу. Нас ждало еще одно испытание - засуха сорок шестого. Год был трудным, но именно в этот год было сделано столько необыкновенного, что год кончился легко. Мы сами себя спасли - как мы сами себя спасли в военные годы. Пострадав больше всех от войны, мы прежде всех смогли отменить карточки. Они могут нам завидовать и потому, что у нас никто не боится ни банкротства, ни кризиса, ни безработицы...

* * *
- Нашла выход - в петлю полезла!
- Что ты говоришь, Сергей?!
- Нет, милая, родила четверых - поставь их на ножки сначала - будь хоть война, хоть всемирный потоп. Вот тогда ты - мать. Вот тогда дети тебе будут благодарны всю жизнь. Что, другим легче было? Или страдали меньше, чем ты? Да ради той же памяти отца - мужа, который погиб за Родину. Вот тогда ты - мать!..

* * *
- Ну как вам не совестно, товарищ старший лейтенант! На войне я нашел бы средство вас разговорить. А сейчас будьте добры играть честно.
- Вы не могли бы перечислить все вопросы?
- Сколько групп работает в нашем тылу? Точное место выброски, их маршрут и задачи. Цель всего десанта.
- Ну у вас и аппетит.
- Вы обязаны отвечать на мои вопросы, раз влипли! О вашем поведении я доложу командующему учениями. Ваш полк накажут. Вы лишаете свое начальство всех шансов на успех...

* * *
- Только бы не было войны...

* * *
И во веки веков, и во все времена
Трус, предатель всегда презираем.
Враг есть враг, и война всё равно есть война.
И темница тесна, и свобода одна.
И всегда на неё уповаем.
Время эти понятия не стерло,
Нужно только поднять верхний пласт,
И дымящейся кровью из горла
Чувства вечные хлынут на нас.
Ныне, присно, вовеки веков, старина, -
И цена есть цена, и вина есть вина.
И всегда хорошо, если честь спасена,
Если другом надёжно прикрыта спина.
Чистоту, простоту мы у древних берём.
Саги, сказки из прошлого тащим.
Потому что добро остается добром
В прошлом, будущем и настоящем...

* * *
- Вот к какому выводу я пришёл. Раз уж государства являются частями одного единого живого организма, они должны жить в мире. Ну, где это видано, чтобы правое лёгкое воевало с левым? Чтобы печень старалась захватить часть селезёнки. Люди узнают о моём открытии, на Земле прекратятся войны...

* * *
- Вообще, нам, летунам, женитьба противопоказана. От настоящего боевого офицера армия всегда ожидает готовность отдать всего себя как только это потребуется. Настоящий солдат - это тот кто говорит: "Война - это моя работа". Если меня убьют, очень жаль, но ничего не поделаешь. Значит, так надо. Зачем же в таком случае обзаводится семьёй? Ведь тогда моя жизнь принадлежала бы не только мне. Так я думал по молодости. А когда спохватился, поезд тю-тю...

* * *
- Когда ты от меня ушел, то мне долго не давала покоя одна мысль: о том, как это просто. Ты приходишь домой, пустой письменный стол, два крючка на вешалке пустые, пустая полка, оброненный галстук. Оказывается, можно просто собрать вещи, уложить в чемодан и уйти. И всё. Но твоя жизнь продолжалась, а моя-то остановилась. Ты ходил на ту же работу, занимался теми же делами, ты говорил, в общем-то, те же слова, только выходил из другого подъезда. А для меня все это потеряло смысл. И работа, и друзья, и телефон - всё. И только вот одна мысль о том, как это все просто. Не война, не землетрясение, не смерть - и ничего. А просто ушел человек, которого ты любишь...

* * *
- Городочек у нас маленький. На этой топталочке ещё наши бабушки и дедушки танцевали, знакомились, и нам потом рассказывали. Мне бабушка даже показывала фокстрот. Это они в тридцатые годы танцевали. А ещё бабушка рассказывала, здесь прощались, когда на войну уходили. Никто никого не предупреждал, всё как-то само собой получилось. Все собрались после военкомата. И девушки плачут, парни - молчат. И все танцуют прощальное танго. Два шага налево, шаг направо...

* * *
- Шёл 1945 год. Война закончилась, но русские танки ещё стояли на границе с Ираном...