Эээ, Ваше Величество, как сверхопасного преступника, я доставил художника прямо сюда. Во дворец.
Вы получите за ваше открытие медали.
За особые заслуги.
А художник пусть подождет в приемной.
Благодарю, Ваше Величество!
Но что я буду с ней делать? С этой медалью.
У меня их уже 24 штуки.
Все из картона.
В кварталах бедноты, начались волнения... Всё ясно.
Не отвлекайте меня по таким мелочам.
Позвать сюда художника Бананита.
И пригласите ко мне членов военного совета.
Ваше Величество, я слышал об этом художнике много чудесного.
Осмелюсь предложить его Вашему Величеству, для усмирения бедноты в мягкой манере.
Он мог бы рисовать для них по воскресеньям бесплатную пищу. Хлеб, масло...
Нам нужны пушки, вместо масла.
Что поволновались? Ай-яй-яй!
Подчиненные бывают иногда слишком расторопные.
Ну, будем считать это недоразумением.
Теперь вы в моем личном распоряжении.
Для вас найдутся заботы поважнее.
А что это вы разглядываете?
Я любуюсь Вашими знаменитыми волосами, Ваше Величество.
А вы смогли бы нарисовать такие?
Такие красивые, конечно, нет.
Ну мы еще вернемся к этому вопросу.
Господа, как вы знаете, давно мы готовимся к войне.
И вот наступил исторический час.
Предлагаю послать ноту королю Дуриндии. Дурындии.
И начать военные операции.
Надо усилить армию, Ваше Величество!
Ваше Величество, у короля Дуриндии, огромный запас всякого оружия... Только Я, Яяя, и снова Я знаю, что и когда надо делать!
Пушки, у нас будут. Современные пушки, и корабли.
Пишите, и отправьте немедленно. Нота.
"Объявляю Вам, королю" ха-ха Дурындии, что вы лысый, болван, отныне не король.
А свет моих золотых волос, будет распространяться на всех граждан Дурындии, светом освобождения... Как я его? Отлично.
Остальное пусть подработает министр.
Теперь у вас будет работа поинтереснее.
Вы будете рисовать танки. Много танков, и пушки, и... что? Корабли. И корабли.
Можете рисовать здесь, можете во дворе.
Мы начинаем войну!
Прекрасно жить среди огня и дыма, и слушать, как стрекочет пулемет.
Пусть же наш король непобедимый, вперед, вперед!
Снаряды рвутся днем и ночью.
Скорей дают чины и ордена.
Поэтому всегда пускай грохочет.
Война, война, война!
Тускнеет аксельбант от мирной жизни, и тлеет, и ветшает шелк знамен.
А тот, кто говорит о гуманизме, шпион, шпион!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому, пускай всегда грохочет.
Война, война, война!
Тут согласны мы, что физик и философ вперед науку двигали свою.
Но главные решаются вопросы в строю, в строю!
Когда снаряды рвутся днем и ночью, скорей дают чины и ордена.
Поэтому пускай всегда грохочет.
Война, война, война!
Сеньоры мои! Если желаете хорошего кофе, чтобы прочистить себе мозги, я готов приготовить его вам менее, чем за одну минуту.
Если каждому из вас захочется иметь по лошади для охоты на лисиц, я нарисую вам самых чистокровных рысаков.
Но пушки рисовать, я не буду!
От меня вы их не получите! Никогда! Что он сказал?
Не получите никогда. Что он сказал?
Не получите никогда.
Отрубить ему голову!!! Мы поступим так.
Вместо того, чтобы рубить ему голову, дадим ему время одуматься.
По-моему, он не совсем нормален.
И посадим его в санаторий.
Пока же ему не разрешается рисовать ни карандашом, ни красками, ни мелом.
Глава восьмая.
О том, как Джельсомино освободил своих друзей.
Смотри, смотри, там написано про художника Бананито.
"Все разговоры о том, что художник Бананито находится в санатории не соответствуют действительности, и являются злостной выдумкой тайных врагов нашего королевства". Всё ясно.