Опасный поворот (1972)

Все цитаты, стр. 2

Да? А что вы слушали?
Конец какой-то пьесы.
Она называлась "Не будите спящую собаку!"
Почему именно так?
Мы хорошо не разобрались в чём там дело...
Там было что-то о лжи.
А вот в результате какой-то господин застрелился.
Ха! Шутники сидят на радиостанции.
Послушайте, я, кажется, поняла, в чем там было дело.
Спящая собака - это была истина, а этот человек - ну, муж, что ли - хотел её разбудить.
Ну что ж, он поступил совершенно правильно.
А я считаю - гениальная мысль: собака должна спать.
Зачем её будить?
Она может...
Да, конечно, мы слишком много времени тратим на то, чтобы лгать, не только словами, а и поступками.
Но это же совершенно неизбежно.
Я всегда привираю, я целый день только это и делаю.
Именно так, моя дорогая, вот именно так.
В этом и заключается весь секрет моего очарования.
Вполне возможно.
Но мы подразумевали нечто более серьезное.
Всерьез это или в шутку, но я всегда за то, чтобы в результате всё выплывало наружу.
Так всегда бывает лучше.
А мне кажется, говорить правду... говорить правду так же полезно, как заворачивать на крутом повороте на скорости сто километров в час.
А в жизни так много опасных поворотов, не так ли, Чарльз?
Да, бывает - если вы не выберете себе целесообразного пути.
Лгать или не лгать - вот в чём вопрос!
Что вы скажете по этому поводу, Олуэн? У вас очень глубокомысленный вид.
Я с вами согласна. Говорить до конца, всегда опасно.
Дело в том, что... есть истина и истина.
Совершенно согласен. Бывает одно, а бывает и другое.
Помолчите, Гордон. Продолжайте, Олуэн.
Да, да, продолжайте.
Ну так вот... настоящая правда... вся... до малейшей подробности, без всякого изъятия...
Такая правда не опасна, не страшна.
Но то, что в обычной жизни называют правдой, то, что имел этот человек из передачи, - это ведь всё половина правды.
Она не даёт никакого представления о том, что творится с человеком на самом деле.
Она просто представляет ряд фактов, которые до тех пор были скрыты... и хорошо, что они были скрыты.
Вот такая правда - предательская штука.
Да, вроде той гнусности, которую непременно вытягивают из вас на суде.
Что вы делали в ночь27 ноября прошлого года?..
Отвечайте только да или нет.
Мисс Пиил, вы меня не убедили.
Но готова приветствовать то, что вы называете полуправдой, то есть факты.
Я тоже.
Я всегда целиком за это.
Ты так полагаешь? - Что?
Да нет, ничего.
Давайте поговорим о чём-нибудь весёлом.
Роберт, предложи нам вина и сигарет.
О, извините...
Фреда, а там больше нет сигарет.
Тогда вот в этой есть.
Мисс Мокридж, Олуэн, сигареты?
О, я, кажется, вспоминаю эту шкатулку.
Она играет мелодию, когда открываешь крышку, не правда ли?
Кажется, я даже вспоминаю мотив.
Свадебный марш, не так ли?
Хорошо, не правда ли?
Вы не могли её видеть раньше, Олуэн.
Я только сегодня её достала.
Она принадлежала совсем другому человеку.
Она принадлежала Мартину. Он мне её показывал.
Мартин не мог вам её показывать.
Когда вы видели Мартина в последний раз, её у него еще не было.
А откуда вы знаете, что её у него не было, Фреда?
Это не важно.
Я знаю.
Мартин не мог вам показывать этой шкатулки, Олуэн.
Я знаю, что у него тогда не было этой шкатулки.
Вы уверены?
Ну, значит, не было. Значит, я ошиблась.
Очевидно, я видела эту шкатулку где-нибудь в другом месте и приписала её покойному Мартину.
Потому что он обожал подобные вещи.
Олуэн, я, может быть, буду невежлив, но я думаю, вы не обидитесь.
Вы отлично знаете, что только что вдруг перестали говорить правду.
Вы совершенно уверены в том, что это та самая шкатулка, которую вам показывал Мартин, так же как Фреда, со своей стороны, уверена в обратном.
Ну, допустим, а какое это имеет значение?
Ни малейшего.
Я хочу поймать какой-нибудь фокстрот, а эта штука вдруг решила забастовать.
Да брось ты с ней возиться!
А почему вы кричите на Гордона?
Ну, хорошо, Бетти, тогда успокойте его сами.
Нет, Олуэн, я не думаю, чтобы это имело какое-то особенное значение, но после всего, что здесь было сказано, я не могу... мне не могло не показаться... что вы ведёте себя каким-то вызывающе странным образом, Олуэн.
Как раз то, что я думала. Это ужасно похоже на вызов.
Нет, нет... расскажите нам подробнее об этой шкатулке.
Всё очень просто...
Я бы не сказала, дорогая Фреда, что это так уж просто, но теперь это никакого значения не имеет.
Я вас не понимаю.
Я тоже, Олуэн. Сначала вы говорили, что это совсем не та шкатулка, теперь вы начали говорить, что всё это совсем не так просто...
Мне начинает казаться, вы что-то скрываете, что на вас совсем не похоже.
Или эта шкатулка принадлежала Мартину, или нет...
Да, пошлите её к чёрту, эту шкатулку.
Но, Чарльз, мы хотим слышать.
Но, мистер Стэнтон...
Я не люблю шкатулок с музыкой.
В особенности с такой. Да бог с ней!
Забудем об этой коробке.
И о Мартине, кстати.
Да. О шкатулке, о Мартине... обо всём... забудем.
Его уже нет на свете, а мы сидим здесь, нам хорошо, тепло, уютно - нашей милой, очаровательной компанией...
А о нём не надо...
Прекрати, пожалуйста, Гордон.
Не надо упоминать о Мартине. Не надо говорить о нём.
Его нет. Это неприлично. Он же умер.
Не надо так волноваться, Гордон.
Можно подумать, что Мартин был твоей личной собственностью.
На самом-то деле Мартин никому не принадлежал.
Он принадлежал только себе.
Он был не глуп... Мартин.
Что это значит, Бетти?
Это значит, что я говорила ерунду, и что здесь вы все несете чепуху, и у меня заболит голова.
И это всё?
А разве этого мало?
Продолжай, Фреда.
Мне бы не хотелось, чтобы ты не был так безрассудно настойчив, Роберт.
Но дело совсем простое.
Вскоре после смерти Мартина некоторые его вещи попали к нам.
Вот сегодня я и достала эту шкатулку.
Но тогда, в конце июня, Олуэн тоже была вместе с нами.
Вы помните эту субботу? - Что это был за день!
И такая чудесная ночь... правда?
Это было как раз в то время, когда мы все сидели в саду по несколько часов, и Мартин рассказывал нам о каких-то своих смешных друзьях, ужасно напыщенных.
Да, и о той, длиной сухопарой женщине, которая всё время спрашивала обо всех.
Это человек нашего круга?
Я не помню больше такого счастливого дня, не помню...
Мы уже больше никогда не увидим его.
Да, это был хороший день.
Хотя я никогда не думал, что ты будешь это так переживать.
Ни ты и никто другой.
Гордон, ты всякий раз так волнуешься, когда произносится имя Мартина.
Мне кажется, тут всё дело в крепком бренди.
Неудивительно, при таких огромных дозах, вино ударило ему в голову.
Ну а куда ж, по-твоему, оно ещё может ударить?
Так ты утверждаешь, Фреда, что именно в ту субботу в начале июня, Олуэн была в последний раз в коттедже Мартина?
Да, и я знаю, что у него не было этой шкатулки.
Да, конечно. Он бы нам её показал, если бы она у него была.