Я изучаю высокую моду.
Так вот почему вы так одеты.
Теперь я понял!
Молодежный стиль.
Вы можете представить ее Ришару?
О, да! - О, да. Он хочет познакомить вас со своим другом, Ришаром.
Он ищет кого-то, кто сделает костюмы для его нового балета.
Так что, вы заинтересованы?
Балетные костюмы? - Да.
О мой Бог! Я...
Я здесь не живу.
В смысле, я живу, но я не... Я...
Лучше не вдаваться глубоко в детали. Мы...
Мы тут временно, проездом.
Можно тебя на минутку?
Можно?
Очарован.
Ого, Гогену не много надо, чтобы нализаться.
Давай не будем возвращаться в 20-е!
О чем ты говоришь? - Мы должны здесь остаться.
Это начало Прекрасной Эпохи!
Это величайшая, самая прекрасная эпоха из всех что знал Париж.
Да, а что с 20-ми, и с чарльстоном, и с Фитцджеральдами, и с Хемингуэями?
Я хочу сказать, я люблю этих парней.
Но это современность. Это скучно.
Скучно?
Это не моя современность.
Я из 2010.
Что ты имеешь в виду?
Я попал к тебе так же как мы попали в в 1890-е.
Ты тоже?
Я пытался бежать из своего настоящего точно также как и ты пытаешься бежать из своего, в золотой век.
Ты же наверняка не считаешь20-е золотым веком!
Ну, да. Для меня они, да.
Но я из 20-х и говорю тебе что золотой век - Прекрасная Эпоха.
И взгляни на этих парней. Я хочу сказать для них золотым веком была эпоха Возрождения.
Знаешь, они променяют Прекрасную Эпоху на то чтобы писать бок о бок с Тицианом и Микеланджело.
А те парни вероятно воображали что жизнь была куда лучше во времена Кублай-хана.
Понимаешь, у меня произошло прозрение, прямо сейчас. Незначительное, но оно обьясняет тревогу во сне что мне приснился.
В каком сне? - Как-то ночью мне приснился сон, кошмар, в котором у меня закончился Зитромакс.
И тогда я пошел к зубному, а у него даже не было Новокаина.
Ты понимаешь о чем я говорю?
У этих людей даже антибиотиков нет.
О чем ты говоришь?
Адриана, если ты останешься здесь, и это станет твоим настоящим, то довольно скоро тебе представиться что по-настоящему твоим было другое время, знаешь, в самом деле было Золотым Временем.
Этим-то настоящее и является .
Оно недостаточно хорошо, потому что жизнь недостаточно хороша.
В этом и проблема с писателями.
Вы настолько полны слов.
Но я более эмоциональна, и я собираюсь остаться, и жить в самом славном времени Парижа.
Ты однажды принял решение оставить Париж и пожалел об этом.
Да, я пожалел об этом. Это было плохим решением, но по крайней мере это был выбор.
Я хочу сказать, это был настоящий выбор. А этот способ, я думаю, я не знаю, ненормален. Он не может сработать.
Если я хочу написать что-нибудь стоящее, я должен, знаешь, избавиться от своих иллюзий, и тогда я стану счастливее в прошлом, и там где я хочу жить.
Итак...
Прощай, Гиль?
Прощай.
Пендер, я прочла ваш переработанный текст и вы на правильном пути.
Вы правильно меня поняли.
Если остаток книги будет так же хорош когда вы закончите,
у вас выйдет что-то ценное. - Это лучшая новость!
Я действительнок к вам прислушивался и рад слышать что, знаете, похоже что я, типа, продвигаюсь.
Я хочу сказать, для меня так много значит что вы...
Хемингуэй тоже прочел эти главы и он думает... - Он прочел?
он думает из этого выйдет отличная книга, но у него есть одно замечание по сюжету.
Какое замечание?
Так вот, ему не очень верится что главный герой не замечает что его невеста изменяет ему прямо перед глазами.
С кем? - Другим персонажем. Педантом.
Это называется отрицанием.
Спасибо.
Ты сошел с ума!
Пол и я?
Откуда у тебя взялась такая безумная идея?
Откуда? От Эрнеста Хемингуэя.
Он это просек, и знаешь что, все идеально сходится.
Гиль, у тебя опять опухоль в мозгу взыграла.
Нет. Нет! - Нет ничего безумного в Хемингуэе, или Фитцджеральде, или Гертруде Стайн, или Салвадоре Дали!
Ага, кроме того что они давно мертвы!
Нет, нет. Прошлое не мертво.
На самом деле, оно даже не прошло. Знаешь кто это сказал?
Фолкнер. И он был прав. И его я тоже встечал.