Мы ж здесь, рядом.
Ты б сказал, а мы б тебе за это, о!
Гордый.
Ведь плакать хочет, а молчит.
Сейчас сунем ему по разу, вот и заплачет.
Он-то гордый, а ты сволочь.
С тобой я больше не разговариваю, вот приедет папа, он всё узнает.
Я еду в Москву, а ты можешь гулять с кем угодно.
Да, папа, папа, а не ты, он всё узнает.
Куда ж ты подевалась? Бежим. - Ведь соревнования.
А где же сестра?
Уехала.
Поругались, да?
Да так, ерунда.
А как же теперь волейбол, ребята ведь ждут.
Вот и пошли, сейчас я переоденусь.
По три?
По пять.
После каждого выстрела шаг назад.
Держи.
Женя, где Оля?
Оля? Она уехала, у неё экзамен.
Что же мне делать?
Женька, подавай.
Сейчас, подожди.
Мне надо срочно уехать в Москву, я хотела у вас дочку оставить.
Вот и оставьте, я не человек, что ли.
Я побуду с вашей девочкой, сейчас только доиграю.
А вы пока идите на дачу, там не заперто.
Да она у меня спокойная.
Я её уложу, она до утра не проснётся.
Хорошо, хорошо.
Вы не беспокойтесь, я сейчас приду.
Хозяева!
Хозяева!
Эй! Тут они!
Девчонка только что здесь бегала.
Срочная им телеграмма.
Скажи ей, когда придёт, я здесь оставлю.
Ага.
Хватит, мне надоели твои ночные похождения.
Эти верёвки, сигналы, эта история с одеялом.
Одеяло - это ошибка.
Надеюсь, не хватало только, чтобы ты крал одеяла не по ошибке, а намеренно.
А эта девочка, наша соседка... Я немного знаком с её старшей сестрой.
И она жалуется, что ты учишь Женю хулиганству.
Ольга ошибается.
Не слишком ли много ошибок?
Учти, если тебя ещё хоть раз увидят с ней вместе, то я в тот же день отправлю тебя домой к матери.
И это уже без ошибок.
Дядя Георгий, а что вы делали, когда были мальчишкой?
Мы? Лазили по чердакам, шалили, конечно.
Да и в погреба лазили, время-то было голодное, не то, что теперь.
Но мы жили в открытую, ни от кого ничего не таили. А вы?
Избаловала вас советская власть, и вообще...
Ну ладно, утром вернусь...
Самое страшное в мире - это быть успокоенным.
Славлю Котовского разум, который за час перед казнью тело своё гранёное японской гимнастикой мучит.
Самое страшное в мире - это быть успокоенным.
Славлю мальчишек идана, которые в чужом городе пишут поэмы под утро, запивая водой ломозубой, закусывая синим дымом.
Самое страшное в мире - это быть успокоенным.
Славлю солдат революции, мечтающих над строфою, распиливающих деревья, падающих на пулемет!
Военный год стучится в двери моей страны.
Он входит в дверь.
Какие беды и потери несёт в зубах косматый зверь?
Какие люди возметнутся из поражений и побед?
Второй любовью Революции какой подымится поэт?
А туча виснет. Слава ей не будет синим ртом пропета.
Бывает даже у коней в бою предчувствие победы...
Приходит бой с началом жатвы. И гаснут молнии в цветах.