Джек Восьмёркин - "американец" (1986)

Все цитаты, стр. 10

Фу ты какой непонятливый-то! Так читай!
"Обеспечивается золотом и прочими активами".
Так вот, ты и обеспечь! - То есть как это?
Ну как! Я тебе деньги дал...
Да где ж дал-то? вы же из рук не выпускали!
Да нет, ну я... ну... как будто бы, как будто бы дал.
Ну-ну? - Ну, я тебе дал...
Ну да... - А ты их взял.
А чем отдавать будешь?
Ну, из чего ты возьмешь? - Ну как, я сажал, сеял!
Вот умора! А чего сажал? Чего сеял?
Чего соберешь?
А-а, вот видишь! "Сажал, сеял"!
А вдруг градом побьет?
Мороз, засуха или извержение какое?
Ну какое извержение-то? - Да нет, это я так, к примеру говорю!
Вот я тебе последнюю копейку отдал, а может я ее на черный день хранил?
Я ведь человек болезненный! У меня и аппетита нет никакого!
А для аппетита надо подорожник пить.
Так вот я и говорю! Взять-то ты взял, а золотом не обеспечил!
Ну и прочими активами тоже, как в документе пропечатано!
Ну ладно...
Вот тебе мое последнее слово. Садись и пиши.
Ну а денег-то дадите? - Конечно-конечно!
Как уговорились - 25 рублей. Садись.
Пиши: "Я, Восьмеркин Яков, взял у бедняка Скороходова кровно им заработанные 25 рублей, кои обязуюсь вернуть... - Может быть про бедняка-то не надо?
А это почему же? - Ну... нескромно.
Ну, бедность по нынешним временам - не порок!
Не при старых порядках живем, чего стыдиться-то?
Написал?
Написал! - Пиши дальше:
"А ежели я, потерявши совесть, этих денег не отдам... - Не буду я про совесть писать!
Причем здесь совесть? - А по-твоему, значит, денег не отдать - это по совести?
Нет, ну когда не отдам, тогда и о совести поговорим!
Тогда не поговорим! Ладно, пиши, как есть:
"А ежели я этих денег не отдам, то пусть... вышеозначенный бедняк Скороходов вырвет у меня... золотой зуб."
Чего замер?
Уснул что ль?
Смотрю... - А чё смотреть-то?
Что я, картина какая?
Значит, зуб?
Золотой зуб.
А ты как думал?
Прямо не знаю, чего делать!
Может Петра-то отделить?
Чего посоветуешь? - Зачем это?
Ну, малым двором-то прокормиться легче, а то так, глядишь, и до зимы не дотянем!
Не поможет, Пал Палыч!
При вашей-то бедности? Не поможет!
Ну что, папаня? Поверил американец-то, а?
Да его поймешь что ли! На роже-то не написано!
Зубы вон скалит, шантропа проклятая!
Без этой без самой обструкции не поверят!
Ни за что не поверят, папаня!
Ну что?
Всё правильно, сорок? - Всё правильно, сорок.
Товарищи!
Предлагаю при въезде в деревню затянуть песню, для агитации.
Пусть мужики видят: удобрения у нас теперь запасены на год вперед!
Папаня! Обструкцию скоро начинать будем, а?
Эх!
Торопишься? - Ага!
Торопишься наперед батьки?
Бабы!
Мы тут, Паша!
Чтоб у меня кричать, как следует!
Чего кричать, помнишь? - Режут!
Да какой "режут"!
Вот послал Бог дуру, прости Господи!
Ага!
"Убивают"! Повтори!
Убивают! - Ты!
Убивают! - Да цыц ты!
Ну, ладно.
Ну?
С Богом!
Убивают! Убивают!
Убивают! - Убивают!
Даешь!
Даешь!
Наше коммунарское "Даешь!".
Даешь!
Даешь!
Наше коммунарское "Даешь!"
Ну-ка звонче, запевала,
Труд общественный прославь,
Чтобы мир не разъедала
Частной собственности ржавь.
Ну, папаня! Мать: - Убивают!
Петька, не забывай, что понарошке! - А ты сам на ноги-то не наступай!
Убивают! - Убивают!
В трудовое крестьянство не позволю сбежать!
Петр: - Мужики! За власть родную никого не пожалею!
Но, пошла! Но! Но, пошла!
Но, залётная!
Петр: - Мужики! - Сукин ты сын!
Петр, не забывай, поаккуратней!
Убивают! - Убива-аю-ют!
Никита! - Давай быстрей!
Мужики! Мужики, что случилось?
Петр, понарошке!
В трудовое крестьянство... - Папаня!
Не позволю! - Чего деретесь, мужики?
За родную власть никого не пожалею!
Убива-ают!
Ах ты, папаша, храпоидол!
Петр! Подожди... - Говорил понарошку! Понарошку!
Убивают! Убивают!
Не хо... не хотел я... - Не хотел, папаня?!
Ненароком получилося! - А-а!
За родную власть никого не пожалею!
Мать, Маланья: - Ой, уби-ли! Петр: - Мужики! Он меня убил!
На отца руку поднимаешь?! - Папаня! Папаня! А!
Ехидна! - Ой!
Ну, папаня!
Родитель!
А?
На!
Ну спасибо, сынок!
Ну, щас я тебе покажу... обструкцию!
Папаня...
Капралов: - Э-это... Убьешь!
Дело в следующем, папаня...
Капралов: - Петр! Петр! Отца-то... убьешь ведь ты!
А-а!
Зашибет!
Капралов: - Вот, товарищи! Кулак живуч!
Но мы против оскорбления личности!
В стане кулаков-единоличников раздор!
И это хорошо!
Хоть мы и против мордобоя, против оскорбления личности кулаком и оглоблей. - Перед всем народом... отказываюсь от тебя!
Не сын ты мне!
Отделяю тебя на вечные времена-а!
Говорят, Скороходовы разодрались!
Мать: - О, Господи! Ой, Господи!
Пал Палыч... Петра всё-таки отделил!
Господи, Господи, что деется!
Фу, фу...
Жарко!
А...
Я замуж не пойду! - Да и не ходи!
Больно ты кому-то нужна! - А почему это не нужна?
Не хуже других!
На что материю-то притащил?
Ты гляди, какой красивый,
Краше цветика в росе!
Глазки вроде чернослива,
Губки вроде монпасье!
Сколько горлиц сизокрылых
Вилось около него!
Для одной берег он силы,
Догадайся, для кого!
Катя: - Петька-то, Петька! Глянь-ка!
Куда это он? - Совсем народ с ума свихнулся!
В урожай и сватаются!
Наверно, к Кацауровской дочке поехал.
В той стороне больше никого нету!
"... Как за каменной стеной!
Сколько горлиц сизокрылых
Вилось около него!
Для одной берег он силы,
Догадайся, для кого! Ох!
Считаю своим долгом предупредить... - Дело в следующем...
Папочка, не нервничай! Тебе вредно волноваться! Не обращай внимания!
Дело в следующем... плинтус растрескался, лага прогнивает!