* * *
- Зарплату не поднимут. Что есть не отняли бы. Скоро как собаки за миску перловки херачить будем.
- Ой, в лом.
- Вовка, а ну-ка, подкачай.
- Опять он, мать его, суку.
- Всю ночь не спал. Сосед, сука, по ночам ремонт делает. То сверлит, то стучит.
- Жену он твою сверлит, Терехов...

* * *
- А Фролыгин трахарь известный. В бассейн приходит, все бабы текут. Сам дрищ, а шланг - плавки рвутся. Отвечаю...

* * *
- Ну, а чё теперь? На улицу, как собаки? Мы тоже права имеем.
- Какие, на хер, права? Ты кто - хозяин?
- Завод при Советах построили, а Калугин его задарма купил, когда завод приватизировали. А я здесь с восемьдесят пятого года.
- И чё? И от Калугина "иди на хер", ты ж не согласен! Давай, давай, плакаты нарисуем, голодовку объявим. И потом нас менты через неделю разгонят...

* * *
- Они чё, сюда по запаху?
- Ну, а чё, может, у Калугина маяк в жопе...

* * *
- Надо с мусорами тереть, условия ставить.
- И чё ты им поставишь? Если этот Антон главный над ними. Сдаваться надо, мужики, пока не грохнули всех...

* * *
- Убьём его - сядем.
- Не убьём его - тоже сядем...

* * *
- Зато мы идейные борцы за справедливость.
- Да хоть матросы с «Авроры». Только вы человек похитили и охранника ранили. Вам так и так тюрьма.
- Так мы же не бандиты, мы восставшие рабочие. А когда по телеку покажут так вообще героями станем...

* * *
- Расскажи всё по порядку. Смелей.
- Ты расскажи, собака, как ты за двадцать лет не то что станка, болта, провода сраного не купил. А за поломки работяг штрафуешь. Как у тебя люди по двенадцать часов, а то по две смены за гроши пашут на этом говне допотопном. А ты не то что рубля не прибавил, по три месяца не платишь. Расскажи, как со своей бандой «Ежи» в девяностые за бесценок все предприятия в регионе отхапал. Про лесок за Кисьвой, где конкурентов и несогласных пачками закапывал. Про дружков своих, которые теперь в Думе сидят и тебя прикрывают. Ну и про губера своего, как его продвинул, чтоб область всю под сапогом держать...

* * *
- Ну, я ему, короче, двойку, а он на меня прыгает. Я влево ухожу и сзади ему справа. Я назад, левой прямо в грудак пробиваю ему...

* * *
- Ну, извини. Извини, что мозги и силы есть. Когда другие водку глушили и ныли, впахивал как вол. И под смертью ходил не меньше твоего. Кто из вас по-людски жить не хочет? Я и гляжу, какие вы честные. Приспичило, сразу просты и бандитами стали.
- Ты не ёрничай. Мы ж не у трудяги хотели копейку отобрать. Чё ты прибедняешься? «Прибыли нет». Оправдался, что ли? А чем мы хуже тебя? Ты жируешь, а мы хрен без соли доедаем. Ты знаешь, сволочь, как люди живут? Жилы рвут за гроши, чтоб концы с концами свести. От безнадеги на стену лезут. А ты мне по свою жизнь тяжёлую. Да если б не мужики, если б не пришлось из этого говна выкарабкиваться, я б тебя своими руками душил и смотрел в глаза, пока ты корчишься!..

* * *
- Валерьянки хотите, Константин Дмитрич?
- Я тебе дам «валерьянки»! Ты на заправке охранником сгниёшь!..

* * *
- Ни родных, ни семьи, вот ты и смелый. Мученик.
- Вы не люди. Люди знают, зачем жить.
- А ты знаешь?
- Знаю!..

* * *
- Да он всё успел! Дети, внуки упакованы, всю жизнь жил, как сыр в масле катался! Живи и ты, придурок! Живи! Ничего не изменится, если ты сдохнешь...

* * *
- Когда из учебки наряд пришёл, в точку ехать, все по углам ныкались. У кого понос, кто в дурку косить, ну, а кто на самострел - лишь бы не ехать. Один я, дубина. Ну, так надо, Родина зовёт. Три года кровь с грязью пополам. Вши и трупы. Воевали весело. То окружить то отступать. Отходим, а нам в спину. Ну, думаю, так надо, наверху виднее. Вернулся без глаза. По ночам на стену лезу. Соседи шарахаются. Работы нормальной не светит. Лечиться - в очередь. Чтобы с голода не сдохнуть, на завод к станку. Ну, вот и скажи мне, папа, почему у меня ничего, а у тебя все? Где справедливость?
- А нет её, справедливости. Нету. Есть жизнь реальная. Бедность, голод, нищета. Посмотри, у каждого свой интерес. Понятный. Кто за детей, кто за себя. Один ты за правду. А где ты её видел правду? Там, на войне? Тут? Где всё - купи-продай. Цемент дороже человека. Да ты это не хуже моего знаешь. Вот и вопрос: если ты всё это понимаешь, ради чего ты в петлю лезешь? Ради людей? Да ты их ненавидишь не меньше моего. А то и больше. Тебе не правда нужна. Мстишь. За боль свою мстишь, за мучения. За то, что жизни у тебя не было человеческой. Хочешь, чтобы всем хреново было. Как тебе...