Почему? - Это то же самое, что пить кофе.
Да, пожалуй.
Ладно.
Стойте. - Пошёл ты!
Сам пошёл!
Вон твой студентик с чёртовой лыжнёй.
Подождите. - Неплохо бы ему врезать.
Хочешь посмеяться?
Да. - Да?
Я получил номер её телефона! Как тебе такой поворот?
Пошли.
Простите. Это хозяйственный блок?
Да, чем могу помочь? - У вас тут работает один студент.
У меня студенты не работают. - Он работал в нашем здании. Невысокий...
В каком здании?
Во втором.
Если у вас что-то украли... - Нет, мне нужно узнать его имя.
Я должен знать, на что вы жалуетесь. - Это профессор Лэмбо.
А это профессор Хейс. - Том, не надо.
Это очень важно. Пожалуйста.
Сегодня он не явился на работу.
Он получил работу через инспектора. - Инспектора?
Да, участкового инспектора.
Спасибо.
Болван.
Такие прецеденты, ваша честь, были ещё в 1789 году.
Обвиняемый имел право сам себя защищать.
Особенно защищая от тирании собственную свободу.
Ваша честь! Генри Уорд Бичер писал в 1887 году...
Сейчас XX век. - Извините.
Это просто цирк! - Я в праве говорить в свою защиту, сэр.
Это записано в Конституции. - Я знаю Конституцию.
Свобода - это право души дышать.
Без неё жизнь человека в опасности, а сам он - скопец.
Кто он? - Я продолжу, ваша честь?
Сынок, теперь моя очередь. Передо мной список твоих деяний.
В это с трудом верится.
Июнь 93-го: нападение. Сентябрь 93-го: нападение.
Февраль 94-го: кража автомобиля.
Вы защищали сами себя. Дело прекращено по статье Пользование лошадью и каретой, закон 1798 года. Шучу.
Январь 95-го: глумление над полицейским. Аресты, воровство, неподчинение властям.
За отсутствием улик вас отпускали. Не раз помещали в детские дома.
Но забирали оттуда из-за жестоких избиений.
На всё это можно закрыть глаза, но ты ударил полицейского. Ты сядешь.
Приговор обжалованию не подлежит. Залог $50 000.
Спасибо. - Всем встать!
Алло?
Скайлар? - Да.
Привет, это Уилл.
Кто? - Уилл.
Помнишь смешного парня, который был в баре?
Не могу припомнить никого похожего. Я бы запомнила.
Ты меня поймала. Я тот ужасный беззубый алкаш, который весь вечер донимал тебя.
Ах, Уилл! Я вспомнила.
Как дела? Что же ты не звонил?
Не мог. - Вот и мужик!
Секунду. - Что делаешь?
Не хочешь мою попку?
Герв, я тебя помню. Как дела? - Не хочешь?
Извини.
Я подумал, может, мы куда сходим на этой неделе? Посидим в кафе, пожуём конфеты.
Звучит заманчиво. - Да?
Да, конечно. Ты где?
Вообще-то ты сама вряд ли об этом догадаешься.
Ты случайно не на юриста учишься?
Садись! - Спасибо.
Приятно поговорить с тобой.
Что тебе надо?
Я Джеральд Лэмбо.
Профессор, которого ты послал подальше.
Какого чёрта тебе надо?
Я говорил с судьёй, и он согласился отпустить тебя под моё поручительство.
Правда? - Да.
Но при двух условиях. - Каких?
Первое: мы встречаемся каждую неделю. - Зачем?
Хочу познакомиться с тобой получше.
А ты познакомишься с комбинаторикой математическими пределами.
Звучит многообещающе.
А вторым условием будут твои встречи с психотерапевтом.
Я буду докладывать о них. - Правда?
Да.
Нарушив одно из этих условий, ты вновь окажешься за решёткой.
Математикой заниматься я буду, но никаких терапевтов.
Но ведь это лучше, чем сидеть в тюрьме?
Я прочёл вашу книгу. У Майка проблема та же, что и у Чада - биржевого маклера.
Вы абсолютно правы, всё поняли. Очень хорошо.
Спасибо. - Уилл я вас не сужу, не наклеиваю ярлыков.
Но вы разрушаете свой потенциал.
Больше никаких шалостей, безобразного поведения и агрессии.
Вы правы.