Ест исключительно камыш!
Кеша, камыш!
Вот, пожалуйста! [Алик смеется]
Кот, поедающий камыш! Алик: - Здорово!
Алик: А пусть он опять на меня прыгнет.
Кеша! Сигай!
Хоп! Хоп! [Алик смеется]
Тебе весело, Алик? - Очень весело, очень!
Вот я и хочу с кошкой и собакой людей веселить.
Пиня! Иди ко мне, Пиня!
Сидеть, сидеть. Сидеть. - Умница!
Хипа!
[сочиняя, поет] "Засыпает синий Зурбаган,
А-а-а, о-о-о.
М-м... ла-ла-м-ло... ураган
А-а-а, ва-а.
Нана-нана, нанана и гамом
А-на начинает к Зурбагану-у-у.
Грянет нана-нана-на косой,
А-а-а, о-о-ой, ой.
И на-на-на-на-ная Ассоль,
А-а-а.
Па-ра.
И опять па-нана-нана-на-на,
Нана-нана или только буде-ет."
[музыка песни]
Эх, Дашка, завтра мне крышка!
В каком смысле?
[вздыхает]
Соревнования завтра, а у меня электроатлетический дар аннулирован.
Подведу всех! - Перестань, Радуга.
Надо бы сирену навестить. Может уговорю.
Светлану Михайловну? - Нет, Сирену Ахиллоевну.
Ах, вы меня совсем запутали, барон! - Ах, почему же барон?
Потому что Мюнхгаузен. - У, вот бы мне сейчас ядро!
Зачем?
[вздыхает] Улетел бы от этих соревнований на луну!
[музыка]
[шум воды]
Есть!
Что есть? - Второй куплет Зурбагана!
"Сгинет ночь и день придёт иной, Как волна приходит за волной..."
А хочешь, я тебе всё прочту? - Конечно хочу!
[поет] "Засыпает синий Зурбаган,
А-а-а, а-а-а.
А за горизонтом ураган,
С грохотом и гомоном, и гамом,
Путь свой начинает к Зурбагану-у-у.
Грянет ливень резкий и косо-о-о-ой,
А-а-а.
И продрогнет юная Ассоль,
А-а-а, м-м-м.
И опять понять не смогут люди
Было это или только буде-ет.
Два часа на часах В день ненастный не нашего века,
Смотрит девушка с пристани Вслед кораблю-ю,
И плечами поводит, Озябнув от ветра,
Я люблю это время, Безнадёжно люблю-ю.
У-у-у, а-а-а.
Сгинет ночь, и день придёт иной,
А-а-а.
Как волна приходит за волной.
И проснусь я в мире невозможном,
Где-то между будущим и прошлым.
В мире, где девчонкою босой,
А-а-а, а-а-о-ой.
Вдоль прибоя бегает Ассоль.
О-о-оль, м-м.
Бегает смешная, озорная,
Ничего о парусе не зная.
Два часа на часах В день ненастный не нашего века,
Смотрит девушка с пристани вслед кораблю,
И плечами поводит, озябнув от ветра,
Я люблю это время, Безнадёжно люблю-ю, а-а-а.
Засыпает синий Зурбаган,
А-а-а.
А-а.
А за горизонтом ураган,
Э-э-э.
Грянет ливень резкий и косо-ой,
И продрогнет юная Ассоль, А-а-а.
Сгинет ночь, и день придёт ино-о-ой,
Как волна приходит за волно-о-ой."
Ну как? - Здорово!
Побежали! - Куда?
Да мне еще к сирене надо успеть.
А меня с собой возьмешь? - Не имею права!
[быстрая музыка, танго]
Нет-нет-нет, никаких просьб! - Я прошу хотя бы выслушать меня!
О чем говорить, если нарушено условие?
Но ведь даже приговоренному к казне дают последнее слово!
Ну ладно, говори, хотя казнишь ты себя сам. Ну, говори.
Завтра соревнования и я прошу не за себя!
Не хитри, Радуга! Ты волнуешься за свой престиж.
Тебе понравилось быть чемпионом, греться в лучах славы, которую, честно говоря, ты сам не заслужил.
Это не так, Сирена Ахиллоевна!185 я сам прыгнул - это первое, на сборах я вкалывал до потери пульса - это второе, и третье: я действительно волнуюсь не за себя, а за друзей, товарищей, школу.
Они надеются на мою победу и не в чем не виноваты.
Так что, верните дар, хотя бы на день!
А в-четвертых, Радуга... дар я тебе вернуть не смогу. Так что, прощай.
Ты, фантазер, проиграл.
Торопите. Дайте хоть с Марчеллой попрощаться.
С Марчеллой?
Ну, хорошо.
Это я тебе разрешаю.
Марчелло, рому хочешь?
Кар-р-раул! - [смеясь] Молодец!
Эх, Марчелло, не уговорил я твою хозяйку.
Не вернула она мне дар.
Завтра не миновать мне позора.
И помощи ждать неоткуда. Прощай, Марчелло! Будь счастлив!
Довр-рался, Р-радуга!
Алик! Алик! Алик! Алик!
Алик! Алик! Алик! Алик! Алик! Алик!
Я пойду узнаю. - Давайте.
Алик, толчок слабый. Совсем без запаса прыгнул. Что с тобой?
Да всё нормально.
Силы бережешь что ли?
Да нет.