Майская ночь, или Утопленница (1952)

Все цитаты, стр. 2

Ха-ха-ха.
А-ха-ха.
Постой! Полно, Левко.
Скажи сначала, говорил ли ты с отцом своим?
Что?
Что я хочу жениться, а ты выйти за меня замуж.
Говорил. Ну, и что же?
Что станешь делать с ним?
Притворился старый по своему обыкновению, глухим: ничего не слышит.
Смотри!
Левко!
Давно-давно, когда я еще была маленькая, что-то страшное рассказывали про этот дом.
Вот ты, верно, знаешь?
Расскажи? Бог с ним, моя красавица!
Мало ли чего не расскажут бабы.
Ты только потревожишь себя.
Ты себя только потревожишь.
Расскажи, Левко.
Видно, правду говорят люди, что у девушек сидит черт, подстрекающий их любопытство.
Ну слушай.
Давно, моё серденько, жил в этом доме, сотник...
У сотника была дочка, ясная панночка, белая, как снег, как твое личико.
Сотникова жена давно уже умерла.
Задумал сотник жениться на другой.
Привез сотник молодую жену в новый дом свой.
Хороша была молодая жена.
Румяна и бела собою была молодая жена; только так страшно взглянула на свою падчерицу, что та вскрикнула, ее увидевши.
Настала ночь.
Ушел сотник с молодою женой в свою опочивальню; заперлась и белая панночка в своей светлице.
Горько сделалось ей.
Глядит: страшная черная кошка крадется к ней.
В испуге перебежала панночка на лежанку,
кошка за нею.
Перепрыгнула панночка на лавку, кошка и туда, и вдруг бросилась к ней на шею и душит ее.
На стене висела отцовская сабля. Схватила ее панночка, и бряк по лапе...
Целых два дня не выходила из светлицы своей молодая жена; на третий день вышла с перевязанной рукою.
Угадала бедная панночка, что мачеха ее ведьма и что она ей перерубила руку.
Приказал сотник своей дочке носить воду, мести хату, и не показываться в панские покои.
Тяжело было бедняжке, да нечего делать: стала выполнять она отцовскую волю.
На четвертый день выгнал сотник свою дочку босую из дому и куска хлеба не дал на дорогу.
Зарыдала, тогда, панночка:
"Погубил ты, батька, родную дочку свою!
Погубила ведьма грешную душу твою!
А мне, несчастной, видно, не жить на белом свете!.."
С этого берега кинулась панночка в воду, и с той поры не стало ее на свете...
А ведьма?
Ведьма?
Старухи выдумали, что с той поры все утопленницы выходили в лунную ночь в панский сад греться на месяце; и сотникова дочка сделалась над ними главною.