Оля...
Какая ты красивая...
Оля!
Я люблю тебя, Оля!
Я люблю тебя...
Оля, ты не дрожи, это ветер...
Это Волга шумит, шумит...
Шумит, шумит...
А в лесу... Не страшно в лесу...
Не страшно...
Нет, страшно!
Страшно!
Сверчок?
Сверчок.
Сверчок...
Его дед Михайло для живого духу принес.
В брошенной избе нашел и в руках принес. - Дед Михайло!
Он ушел! Три дня как ушел.
Варя, а муж где?
Ну где нынче мужику быть? Воюет.
Весной поженились, а летом ушел.
Так и не виделись.
А вы кушайте!
Кушайте...
Тетя Варя! Тетя Варя! Самолет!
Кружит! Над нами кружит!
Варя!
Варя!
Здравствуйте!
Дедусь!
А у показывай твой трофей!
Дедусь!
Да вот же он, вот лежит!
Андрей, не узнаешь меня?
Лешка...
Андрей!
Лешка...
Андрей!
Андрей!
Лешка!
Друг Лешка! Живой!
Бесов ты сын!
Василий Васильевич с обходом. Скажите на милость, опять наши часы отстают!
Почему приняли именно сейчас, когда бомбят?
Я не желаю слышать никаких ссылок на войну!
Это что за выставка?
Только ночью привезли, Василий Васильевич.
Оба летчики, оба из одного полка.
Тот с переломом бедра и правой руки, а этот совсем тяжелый.
Разбиты плюсны ног, гангрена обеих ступней.
Без сознания.
Я конечно не верю, но сопровождающий врач второго ранга пишет что больной с разбитыми ступнями
18 суток выползал из немецкого тыла!
Это явно преувеличено.
Но... - Ничего не преувеличено!
Полз
18 дней!
А почему здесь лежат?