Нет в гарнизоне паники, товарищ Вайнштейн.
Спите спокойно.
Вот, смотри, лейтенант.
Если попрёт - мы все в котле окажемся.
Гарнизон - 8 тысяч!
И в одни Северные ворота, такая прорва людей выйти не успеет!
Все с мамками, няньками, бабками, детями!
Обросли добром - занавесочки, салфеточки! Санаторий, бляха муха!
Большую часть гарнизона надо вывести за пределы крепости, в места расположения частей.
Вот о чём я, боевой командир, прошедший две войны, говорил!
И говорить буду!
А 4-я армия на что, Пётр Михайлович?
Не оставят же нас, не дадут свариться, как вы считаете?
Не дадут...
Не дадут, если все окажутся там, где положено.
Бойцы в одном месте - командиры в другом.
Где боец без командира, там и паника.
Это азбука, товарищ лейтенант!
Я совершенно Вас понял, Пётр Михайлович, и наш разговор для себя считаю очень полезным.
Прошу, конечно, держать его в тайне.
Рассмотрение Вашего дела назначено на 27-е число.
Разрешите идти, товарищ лейтенант.
Кино в клубе начинается. - Да, конечно.
Здравия желаю.
Тюх-тюх-тюх-тюх...
Разгорелся наш утюг...
Не ревную я к другой, да это переменится...
Всё равно он будет мой, да никуда не денется.
Соня... Останешься?
Посмотри, как люди живут...
Эй, сапожник! - Кино давай!
Спасибо, товарищ майор.
Петя...
Чай остыл...
Иди спать, Катюша.
Так в Бресте появились немецкие диверсанты... в нашей форме.
Отключение света и воды в крепости - дело их рук.
Что с тобой?
Сегодня опять на заставу перебежчик от поляков пришёл.
На рассвете война начнётся в 4 часа.
Веришь? - Нет, конечно.
Только за эту неделю десятерых поймали и каждый твердит: сегодня, завтра, 8 августа.
Да нет, это я из-за Нюрки взъелся.
Выросла, девчёнка-то...
Раньше всё рассказывала мне, а теперь что ни спросишь - фыркает под нос и всё с приветом...
Слушай, может заболела она?
Сашка Акимов эта болезнь называется.
Влюбилась наша Нюрка.
Так-то, папаша...
Сань! - Ну?
А помнишь, ты обещал меня на рыбалку взять?
Нет, Нюр, тебя родители не отпустят. - А я тихо, когда все заснут.
Ладно, Нюр. Ты пока подуди, а я пойду, перекурю.
Давай поженимся?
А меня ты спросил, жених?