1
Вы меня от моей идеи не отвлекайте, ежели желаете на завтрак перед его императорским величеством в особенном виде предстать.
Да в чём же идея твоя?
Идея моя в том, чтобы волоса только слегка подвить и ко лбу направить. Завитки вовсе не кладя.
Ну, а далее?
Так именно.
Зато в лице вашем совсем иная фантазия выйдет.
Чисто, красиво.
Как перед Рождеством Христовым.
Государь император посмотрит, да порадуется.
2
Я забыл сказать вам, что надо начисто смыть французские белила, а то от них лицо портится.
Ступай! Ступай!
Не твоя печаль об её лице, не твоя.
Как стоите?
Я вам ноги пообломаю!
Я вам ухи оторву!
3
Пане Красновой ногу зашибло, я сам свидетельствовал.
Нога синяя, играть решительно не возможно.
И мы осмелились, без вашего ведома.
Люба все роли, ваше сиятельство, помнит, и на роль Евгении сама вызвалась.
Смотри!
Люба роли не испортит, ваше сиятельство.
За порчу мне твоя спина ответит.
4
Не отпустишь ли ты перед вечером своего Аркашку, чтоб он меня как следует в хорошее положение привёл?
Здешние цирюльники, разумеется, гадость.
Я даже и не знал, что они здесь есть.
Потому что у меня и собак моих стригут.
5
Ты же, Афанаска, ежели будешь своим ручищам волю давать, и Любы касаться, так по рукам же и сечён будешь.
Тут театр, а не скотный двор.
6
Как ты руку с пистолетом стал поднимать, я б тебе прежде бритвою всё горло перерезал.
7
Я тебе как брат советую, берегись, когда он бритвой горло бреет.
8
Любушка! За нами гонятся!
Согласны ли вы умереть, если не уйдём?
Вы не пугайтесь, умереть - это вовсе не страшно.
9
Дурень безмозглый дуру избрал.
А бежать-то, дурень, не помадой рожу мазать.
Разжирел, дурень, на графских харчах.
10
Как долго ты была наедине с этим парикмахером?
Будь искренней, дитя моё!
Ты верно разумеешь, о чём я толкую?
Вы уединялись?
Не так ли?
Как долго это продолжалось?
Нет, совсем нисколько.
И ты можешь в этом поклясться на кресте нашего спасителя?
Хорошо!
11
Что не спит горе?
Не спит.
Так нельзя.
Ты уж лучше спи, или плачь по крайности, чтобы из сердца исток был.
Не могу, тёточка.
У меня сердце, как уголь горит, а истока нет.
Так нельзя.
Ты уж лучше плачь.
12
Только вот этого ужасного флакона берегись.
Что это?
Это и есть ужасный флакон.
А в нём яд для забвения.
Дай мне забвенновой.
Не дам. И так забудешь.
Я с собой раз не совладала - выпила.
Добрые люди дали.
А теперь не могу.
13
Не господское дело препираться.
14
Аркаша нынче графу не подвластен.
Он под царской милостью.
Его бить нельзя.
15
А что это люди бегут, да так любопытно разговаривают?
А это все бегут смотреть, как в Пушкарской слободе ночью у дворника офицера во сне зарезал.
Совсем, говорят, горло перехватил и 500 рублей денег с того снял.
Поймали дворника-то.
Тот весь в крови, и деньги при нём, дураке.
Вот все и бегут.
16
Иду я, люди добрые, в вольный Хрущук, что на реке
Дунай.
Сказывали, в этой стороне вольный Хрущук лежит.
Эх ты, блаженная.
Басни всё это.
Холопы крепостные выдумали.
Нету
Хрущука никакого.
Вот хоть у Ерошки спроси, он всю Россию, до самого моря, отходил.
Ясно нету.
Хрущук вольный.
Обманули тебя, православная.