1
Великий Князь Киевский Владимир, все спокойно в городах русских. А из Новгорода вести недобрые.
Князь Ярослав отказался дань Киеву слать.
2
Думалось мне, возвеличите далее Русь.
Но кто?
Глеб? Почти отрок еще.
Мстислав? Не люб ему Киев.
А Святополк породнился с польским королем Бориславом.
Взял его дочь в жены.
Родную землю готов продать латинянам.
Только ты, Борис, единственная моя надежда.
Тебя признают императоры Византийские.
Жаль только, добр ты без меры.
3
Не дай Бог, радости дьяволу.
Воронье черное слетается на землю русскую.
Да и свои бояре смуту затевают. Нет, не о себе мыслю.
4
Что печалишься, княгиня? Отведай меду русского.
5
Там, на Киевском столе, Святополк, руки которого обагрены кровью моих братьев.
Печенегов призвал!
Отдает народ русский на растерзание поганым.
6
Печенеги жгут села и города русские.
Как и при отце нашем, Владимире Святославовиче.
На веки веков изгнать их надобно.
Но не быть миру на Руси без дружины сильной.
7
Правду молвишь. Киевская дружина - слабая.
Слабая. А отчего ей быть сильной?
По правде русской писанной, по твоему велению?
Дружинников вровень ставишь с дворовыми приказчиками да конюшими.
Видано ли?
8
А дружина нужна не мне. Руси. Жен и детей боронить наших.
И сила ее не в том, будет ли она есть и пить из злата.
В умении ратном сила ее.
9
Печенег - враг русича.
10
Дружина, молвишь, недовольна? Была бы Русь довольна.
11
Князь судить будет по всей строгости правды русской.
12
Брат мой, Ярослав, княже Киевский.
Ты решил снять одежды с молчания.
Не я, брат мой, не я! Русь!
13
Готов Бога и себя оскорбить, но долг свой перед Русью исполнить.
14
За кубком русского меда и обсудим все.
15
Правда твоя - один у нас Бог. Да цвет неба и колер трав свой.
В том цвете и видит богомаз лики святых.
Державу мечом храню, а канон в ликах и слове, понятных люду русскому.
Верил бы я словам твоим мудрым, но вижу, все вижу.
Ничего не таю.
Не нужна мне чужая опека, чтобы исполнять свой долг.
16
Русичи! За князя! За Киев! За Русь!
За Киев! За Русь!
Не ступит враг более на землю Русскую.
А на месте этом граду быть, какого свет не видывал.