Младший лейтенант Анисимов, Дзержинский райотдел.
Слушайте, у вас тут провод оборван на Фестивальной.
Что? вы в курсе? Как?
Ну, не знаю. вы уж там сами разбирайтесь с вашим хозяйством, я передал. Все.
Так...
Управление. Так...
Слушаю. Что? А за что задерживается?
А кто знает? Я вас очень прошу, как только прояснится, пожалуйста, сообщите нам. Спасибо.
А что случилось, Андрей Павлович?
Вы представляете, Молодцов в милиции, за что-то задержали.
Я так и знала, что этим дело кончится.
Он мне показался толковым, дисциплинированным, не понимаю, не понимаю.
Это лишний раз подтверждает истину, что в тихом омуте, как говорится...
Вы имеете в виду, что... Вот именно.
Извините, что задержался, все в полном ажуре.
Ну, как, позвонили?
Докладываю, Горэнерго не отвечает, вас, как мне сказали, на работе почему-то нет.
Дальше. Принес сдачу высшей кондиции.
Эту сдачу возьмите себе, я не пью.
Что вы говорите? Бывает.
Тогда позвольте, хлебну отраву за ваше здоровье.
Будьте здоровы.
К развитию стремясь, неудержимо,
в одной занятной книжке я прочел,
о том, как джин загнал в бутылку джина,
и плотно запечатал сургучом.
В порожнюю посуду заключенный джин
мается, вздыхая тяжело.
И видится ему весь мир зеленым,
поскольку смотрит он через стекло.
Вот так.
Здравствуйте.
Вот здесь все документы.
Что это?
Что?
Господи! Это не вам.
Извините, одну минуточку.
Ой. Извините. Извините, это не вам.
Вот. Нет, вот вам.
Ой.
Оригинал.
Вот эта тара специально для вас.
Как говорится, в ногах правды нет. Правда?
Благодарю.
Вы меня извините, в палатке я за этот ящик...
Сколько?
Ну, рубль двадцать.
Двадцать копеек я беру на себя.
Спасибо, большое вам спасибо. Я не прощаюсь.
Будьте любезны, стакан кефира, пожалуйста.
Семь копеек.
И десять плиток шоколада. Дайте лучше двадцать.
Вместе с кефиром, пятьдесят рублей семь копеек.
Ого.
Ага.
Да поймите вы, наконец, товарищ...
Кибиани. - Кибиани.
Молодцов в милиции.
У него дела.
Какие еще дела в рабочее время?
Другой ждет, пятый ждет.
Да подождите вы, сейчас разберутся с вами.
Зинаида Петровна, надо отпустить товарища. Займитесь.
Да, но Андрей Павлович, во-первых, у меня своя работа, а во-вторых, чтобы вникнуть в эти фурнитуры, фонды, мне нужен целый день.
Тогда поручите кому-нибудь другому заняться, у него самолет.
Да.
В том-то и дело, что некому.
Петрицкий в отпуске,