— А я не баба, чтобы злобу по карманам прятать.
— Тогда — мир?
— Перемирие.
...
— Давид Маркович! Там такая буча — город разнесут!
— Ничего, Жуков новый выстроит.
...
— Давид Маркович, ну объясните хотя бы словом, шо там за закрутка вышла? За шо мы по морде получили? Мне ведь не жалко, но таки ж интересно!
— Они, Леша, концерт устроили, шоб всех авторитетов накрыть разом.
— И какой шлимазл это выдумал?
— Жуков…
— Так… Шлимазла беру обратно. И шо он не мог договориться, шоб они сами с ним встретились?
— А он не для поговорить. Он их в заложники взял.
...
— Отставить! Давид Маркович, Вы отказались арестовывать воров и мы взяли это в свои руки…
— Ты слышал, шо он сейчас пел?! Там люди плакали! Я за это немцам глотки грыз! Ты хоть это понимаешь, моль?!!
...
— Нора где?
— Я знаю?
— Ты кто?
— Ой, Давид Маркович, вы меня не узнаёте? Я у вас в УГРО перед войной лекции по психологии читал.
— Помню, помню, Петюня. Где Нора?
— Може, спит? Хотя вы так стучите, что могла бы уже и проснуться…
— Калитку закрой!
...
— Фуражка где?
— Потерял.
— Второго Фимы мне не хватает. Иди, лишенец!
...
— Давид Маркович! Я ж уже все глаза заплакала…Ой, я така рада! Насовсем?
— Насовсем.
— Давочка ж вы мой Маркович! А я ж вам поноску собрала. И носочки теплые! И рубашки стираные! И хлебчика, и рыбки вяленой, шоб хоть как-то покушать…
— Спасибо, тетя Песя…
— Вот только папиросы не нашла, Эммик же ж не курит, поменял на мыло. Взял душистое, трофейное. Лучше б пять больших кусков, так он таки два маленьких… Дак Циля взяла тот кусок, и нету! Считай, весь вокруг себя змыла… Так можно, я вас спрашиваю?.. Что там душить, а?!
...