Юноша, в ваших интересах говорить только правду.
Ещe какие письма при себе имеете?
Помилуйте, граф!
Какие письма?
К кому?
Это надо проверить. Шалимов...
Руки...
Спокойно, тихо-тихо-тихо.
Вот. - Н-да...
Кто дал тебе эти списки? - Да что вы, какие списки?
Эту книжку составил я сам.
В ней адреса и фамилии людей, с которыми я когда-нибудь встречался.
Просто это очень удобно.
Ну что ж, придeтся допросить по всей форме. Шалимов, пиши.
Имел ли знакомство в Москве с генерал-майором Лопухиным?
Помилуйте, откуда? Я только курсант.
Ага. С графиней Анной Гавриловной Бестужевой знаком ли?
Нет.
Кхм-кхм.
Ну что ж, коль невиновен, то должен помочь следствию.
Нам известно всe.
Какие поручения давала тебе девица Анастасия Ягужинская в Петербург и кому?
Да какие она могла давать мне поручения!
За шпиона меня принимала, что за еe окнами следил, водой плеснула.
Поручения...
А зачем ты за еe окнами следил?
А? - Зачем следил?
А вы что, молодыми не были?
Когда ты за еe окнами следил?
В ту самую ночь, когда еe второй раз арестовали.
Так. Назови точную дату.
Да вам не хуже моего, наверное, известно. 7 июня.
7 июня. Опиши офицера, который арест производил.
Офицера? Ну, высокий такой, в цивильном платье, черноволосый, нос у него... хороший такой нос.
Один сей офицер был или вкупе с драгунами?
Один.
А ты пиши, пиши, Шалимов.
А чего ж ты скис-то так, молодой человек?
Да так, подумалось.
Может, это и не арест был вовсе. - Вот!
Может быть, и... не арест.
Шалимов, пометь... ночь, ага, 7 июня.
В цивильном платье. Так, угу.
Нос такой... ага, есть.
Ага, один... один. Подписывай.
Здесь? - Здесь.
И здесь.
Здесь. - И вот здесь.
Под страхом смертной казни обязуюсь молчать о том, о чeм допрашиваем был? Да вы что!
Так...
Подожди в коридоре.
Василий Фeдорович! - Я сказал, подожди в коридоре!
А откуда у тебя этот мальчишка?
Пришeл... с рекомендательным письмом к графу Путятину.
Да? - Думаю, был порученцем у Лопухиных.
Да нет, не похож на порученца.
Зачем он тебе?
И так столько лишнего народа натаскали.
Вся Канцелярия завалена письмами на высочайшее имя.
А вдруг пригодится?
Отпусти. Потом сочтeмся.
Ты меня понял?
Вот.
Шалимов, а давай-ка сюда графа. - Сейчас сделаем.
Ой! - Испугался? Ну и прыткий же ты.
Вовремя вы появились. - Ты давно из Навигацкой школы?
А что? -Есть там у вас некий штык-юнкер Котов.
Что за человек?
А при чeм здесь Котов? Меня о нeм не спрашивали.
Хотя он, конечно, негодяй, лошадник. - Тише-тише.
Гардемарины, а море не видели. По пять часов в день в седле сидели.
Что это? -Допрос.
Арестовали час назад твоего Путятина.
Я предупредить тебя не успел.
Ну и влип ты в историю, Белов.
Теперь осторожнее. Адрес мой помнишь? Тихо.
Иди.
Ох! Дошли.
Думала, конца не будет нашему пути.
А вот дошли.
Ой...
Сколько всего было - страшно подумать!
А помнишь, как на нас собаки напали?
А эту ужасную грозу?
А как мы чуть не подрались, помнишь?
Ой, Аннушка, какая же ты чумазая!
Запали костeр. Мыться будем.
А то меня тeтка в дом не пустит, она у меня во какая!
Аннушка! Пойдeм купаться.
Вода какая тeплая!
Пойдeм!
А не заржавеет отцовский подарок?
Шпага-то? - Ага.
Главное, чтоб хорошо колола.
Странная ты, Аннушка.
Ох, какая же ты странная!
Ты ведь тоже от людей прячешься, я это давно поняла.
И платок не снимаешь, потому что волосы острижены.
А шпагу батюшкину зачем с собой носишь?
Но ты не бойся, я умею хранить чужие тайны.
Ты мне помогла бежать из монастыря, и я тебе помогу.
Долг платежом красен.
Я ведь богатая, Аннушка, очень богатая.
Может, в этом и беда моя.
Привыкла я к тебе.
А сейчас мы расстанемся.
Лучше, если я пойду к Пелагее Дмитриевне одна, а ты останешься здесь ждать от меня вестей.
Но если я через три дня не приду, вестей не подам, то не приду никогда.
Ты не молись за меня, милая Аннушка.
Нет такой молитвы, чтобы мне помогла.
Суровая она, Пелагея Дмитриевна.
А теперь послушай меня.
Если ты не придeшь, где тебя искать?
Не ходи к тeтке.
Пойдeм со мной. Я в Кронштадт иду.
Долгий путь, право слово, но прекрасный.
Там сухие леса.
Сосны стройные, как мачты.
Вереск.
Белый мох.
Пора мне.
А вот и я, заждалась? Миленькая деточка ты моя!
Господи, я ж тебе молочка принесла. Сейчас попьeшь молочка и успокоишься.
Почему в город меня не пускаешь? - Так ведь молодая девица, обидеть может всякий. Глазки-то у нас какие!
Но что же мне делать?
Вчера целый день сидела, сегодня без дела сижу.
Вышивайте вот. Не хотите? Требник можете читать.
Самое вам занятие, кровинка вы заблудшая...
Вообще барыня не любит, когда по дому без дела бродят.
Помогите подушки-то мне вложить.
Надeжного ли ты человека послала известить тeтку обо мне?
Где она молится? Я сама к ней пойду.
Надeжного, надeжного... Уйдите с кроватки-то.
Подай мне бумагу и чернил.
Теперь бумагу, чернила... Это ещe зачем?
Песню слагать буду. - Не велено!
Кем не велено?
Или это сама тeтка Пелагея велела стать тебе моей тюремщицей? Говори!
Ох и нравная вы, сиротинушка!
А хоть бы и тeтушка!
И потому велено, что знает Пелагея Дмитриевна, кому вы будете слагать свои песни. Постыдились бы, барышня!
Молодая девица!
Чего мне стыдиться? Говори! - А-а-а!
Чего мне стыдиться? Говори!
вы с кем из монастыря-то бежали, а?
Бесстыдница! Блудница вавилонская! Прости меня, господи, грешную.
Отопри! - Не отопру.
Отопри, крокодилица! - Не отопру!
Я поговорить с тобой хочу.
С ряженым кавалером из монастыря бежать?
И где вы с ним только договорились?
Что, хороши лунные ночки, а? - Врeшь!
Всe врeшь! -Не вру! - Всe врeшь, старая ведьма, я Пелагее Дмитриевне пожалуюсь. - Не вру! Испугала!
Зачем ты нужна Пелагее Дмитриевне, она тебя и видеть не желает.
Уехали подальше от сраму, пока тебя в монастырь не упекут.
Опозорила ты свой род, замухрышка бесноватая. Ты ещe поплатишься!
Как жизнь без весны,
Весна без листвы,
Листва без грозы
И гроза без молний,
Так годы скучны
Без права любви
Лететь на призыв
Или стон безмолвный твой.
Так годы скучны
Без права любви
Лететь на призыв
Или стон безмолвный твой.
Увы,
Не предскажешь беду!
Зови,
Я удар отведу!
Пусть голову сам
За это отдам,
Гадать о цене -
Не по мне, любимая.
Как я не угадала тебя?
Как не почувствовала?
Ведь видела же - руки крепкие, ноги неутомимые.
Шпага эта бряцала.
Ой... как же?
А как он смотрел на меня!
Господи, воистину, если ты хочешь наказать нас, то делаешь слепыми и глухими.
Я даже имени его не знаю.
Земля,
Где так много разлук,
Сама
Повенчает нас вдруг.
За то ль, что верны
Мы птицам весны,
Они и зимой