О чем ты говоришь, Сережа?
А она ушла.
Не надо больше об этом.
Как мы можем равнять себя с ними?
Ты неправ, брат.
По-твоему она права?
Не знаю...
Откуда нам знать каково ей было одной?
Не родись я - может она и не решилась бы на это?
Тогда не время было детей рожать.
Брат, почему ты так зол на весь мир?
Я не на мир - на себя зол, что докатился до такой жизни.
Теперь сам не знаю, как выпутаться.
Тебе виднее.
Этому сразу не научишь. Мы ведь тоже с сестрой воровали, бродяжничали когда-то. Всё было.
Алексей, может быть ты - первый человек, который не учит меня жить.
Легко сказать - начинай всё сначала!
Как?
Ты уже начал, раз задумался над этим.
Жаль, что мы раньше не повстречались - может и у меня бы иначе всё сложилось.
Если бы не война - всё было бы по-другому.
Всем ясна тема сочинения?
Не теряйте времени - приступайте.
Что я знаю о своем отце?
Только то, что мне рассказал Николай Степанович.
Я-то еще полбеды, а третий класс вообще о своих ничего не знает.
Если по-честному, я и не верю, что отец погиб.
Бывали же случаи, когда сначала приходили похоронки, а в сорок пятом человек возвращался, как ни в чем не бывало.
Почему такого не может быть? Я же видел этого пленного вонючку Фурке, а может его сын в Германии тоже думает, что он погиб, а он даже поправился на наших харчах.
Конечно, глупо надеяться всю жизнь на то, что отец вернется.
Но лет пять еще можно.
Интересно, что пишет Сашка Поляков?
У него-то отец дезертировал.
Написал, Валя?
Ты что себя плохо чувствуешь?
Можно выйти?
Иди.
Я хорошо помню своего папу. Последний раз он приезжал в отпуск в мае сорок шестого года, и мы вместе ходили смотреть салют.
Потом он опять вернулся на службу в город Берлин.