Стол, инкрустированный вставками из вяза.
Его я хотела бы оставить. - Что ж, это всё.
В следующий раз займёмся полотнами. - Хорошо.
И последнее, Клер, вам надо решить, будем фотографировать здесь или в студии.
Лучше в студии. Не хочу, чтобы в доме толпился народ.
Разделяю ваше мнение. Что ж, я удаляюсь.
вам что-нибудь надо? - Нет, спасибо, мистер Олдман.
А когда мы увидимся в следующий раз?
В смысле, когда вы, Клер, увидите меня? Ведь я лишён такой привилегии.
Простите меня. - Очень скоро.
Всего хорошего. - вам тоже.
[звонит мобильник]
Алло?
Поверить не могу. - Я ночами не спал, Вёрджил.
Должен был искупить свою вину, так что... - Но как ты добыл её?
Я узнал о финансовых трудностях миссис Дерейн, вот и уговорил её продать картину за 250,000 фунтов.
Нельзя сказать, что дёшево. - Ну, я счёл цену приемлемой.
Ты ведь говорил о миллионах, так что выгоду и переоценить сложно.
Сколько ты хочешь, Билли?
Ни единого пенни сверх того, что я старушке заплатил.
Вот сейчас действительно хватку теряешь.
Я лишь хочу вернуть то, что утратил.
Нашу дружбу совместную деятельность.
Звание твоего доверенного сводника.
Поставив только на то, чтобы вернуть мою дружбу и доверие, ты проиграл.
Поскольку ты ни на минуту не утрачивал их.
Грандиозно, потрясающе.
Вы сумели добыть очень важные детали.
И вот самая лучшая.
Ухо. - Серьёзный шаг вперед. Согласен?
Да ещё как. Это поворотный момент.
Глядите.
Исключительно. Детали начинают притягиваться друг к другу.
Да.
Как дела у вашего друга?
Как скоро ты догадался, что речь идёт не о друге, а обо мне самом?
Не в первую минуту, если честно.
Должен признаться, я пренебрёг твоим советом.
В этом было что-то нездоровое, неблагоразумное.
Ну что же, я вас понял.
Математическое множество. Шестидневная неделя.
Математическое множество.51 минут в часе.
Желаете что-нибудь? - Над чем ещё ты думал?
Чай, пожалуйста.
Длину окружности, направление круга.
Ваш чай готов, сэр.
Периметр окружности, центр пространства, площадь сегмента.
Удивительно. Превосходно.
Вертикальное положение двух сфер.
Я принёс оценочную опись мебели и полотен.
Изучите её внимательно. вам надо будет это утвердить.
Я в этом ничего не понимаю.
Я знаю. вам придётся довериться мне, мисс Ибетсон.
В последнее время вы подолгу задерживаетесь в подвале.
Поэтому вы замки и сменили? - Я меняю их каждые полгода.
А я всегда проверяю и перепроверяю, сравниваю и исправляю.
В особенности разбирая всякий хлам в подвале.
Если вы недовольны, объявите мне об этом.
Вы найдёте ключи на столе. Пожалуйста, возьмите их.
Благодарю за доверие. - Вас оскорбило, что двери заперты?
Только обеспокоило.
Вы правы, я должна была предупредить. Простите.
Причины, разрушающие вашу жизнь, выше моего понимания.
Ваш недуг до того абсурден, что в него невозможно поверить.
Сначала даже моя мать подумала, что я притворяюсь.
Мы были за границей. Я не могла пройти между опорами Эйфелевой башни.
Страх парализовал меня. Я начала кричать и упала на землю.
Тогда я была маленькой девочкой, но потом это повторялось всё чаще и чаще.
Ей пришлось поверить.
А бывали случаи, когда вас не охватывала паника на открытом пространстве?
Однажды. Во время школьной экскурсии в Прагу. Мне было четырнадцать.
Там есть площадь с астрономическими часами. Я пересекла её, наверное, раз сто.
Она дивно хороша. - Я помню ресторан с причудливым декором.
Если и есть место на Земле, по которому я тоскую, так это - тот ресторан.
Я была там счастлива. Он назывался "Ночь и день".
И вы туда не возвращались? - Никогда.
Поехали сейчас. Я вас с радостью отвезу.
Вид у вас не особо довольный. А ведь мы почти у цели.
Наш автомат-андроид вот-вот выйдет из тени.
Нет, я очень рад, а вот ты неудержим.
Сегодня один из тех вечеров, когда чувствуешь себя, как это сооружение.
Незавершённым.
А почему вы семью не создали, не обзавелись детьми?
Почитание женщин уживается во мне о страхом перед ними.
И неспособностью их разгадать.
Если таково правило, то мисс Ибетсон, по всей видимости, исключение.
Боюсь, что так.
Так вы ни разу её не видели? - Однажды видел.
Да? Ну, и как она?